Мой отверженный (не) монстр - Рина Чар

— Трогательная история, — сухо процедила я. — Но и тут что-то пошло не так. Ошейник сам на него не прыгнул.

— Мой внутренний зверь, — тихо отозвалась Лаяна. — Зверокошки — создания инстинктов. Мы не можем пойти против своей природы. Когда на замок напали, и Элиан обернулся, выпустив свою тьму... мой зверь едва не сошел с ума. Это был первобытный ужас перед абсолютным хищником. Моя кошка отказывалась принимать эту связь. Я задыхалась рядом с ним. Вскоре я начала просто сходить с ума от внутреннего воя зверя и своих человеческих чувств.

Я нахмурилась, переваривая информацию. Это объясняло её бегство. Физиология, против которой не попрешь. Но предательство это не отменяло.

— Хорошо. Ты испугалась и сбежала. Но зачем было сдавать его инквизиции?

Золотистые глаза девушки сузились.

— Я его не сдавала.

— Элиан утверждает обратное.

— Элиан видит то, что ему позволили увидеть, — жестко отрезала она, подавшись вперед. — Послушай меня внимательно, Аделина. Элиан — параноик по отношению к чужакам, но своих он защищает до слепоты. Он доверяет ближнему кругу безоговорочно. Если кто-то сумел в него войти, лорд перестает ждать от него удара в спину. Это непросто, но возможно.

Я придирчиво осмотрела себя. Выходит, я вошла в этот круг? Но мы знакомы слишком мало, как это возможно? Более того, то, как он повел себя сегодня в коридоре, говорило об обратном. Он даже не заметил меня!

Лаяна встала и подошла ближе.

— В его ближнем круге завелась крыса. Тот, кто годами сливал информацию Инквизиции. Тот, кто на самом деле подготовил ауритовый ошейник и ослабил точки барьера в день нападения. К сожалению, как бы ни был силен Элиан, изнутри защита всегда уязвимее.

— Но почему тогда...

— Нет, — тотчас прервала она меня, предугадывая вопрос. — Если бы я, или тот же Лаэль, попытались рассказать об этом Элиану, он бы нам не поверил. Я была чужачкой. Истинной, но всё же не той особой, которой можно было безоговорочно доверять. А с предателем они росли вместе. У них были одни цели и мечты... До определенного момента.

— Подожди... Ты взяла вину на себя? — недоверчиво спросила я.

— Многое случилось вразрез с первоначальным замыслом, — уклончиво ответила она, но я поняла ее правильно. Взяла. И до сих пор расхлебывала. — Мы с Лаэлем планировали заблокировать магическую привязку ошейника. Но эта мразь слишком долго находилась рядом с Элианом, и артефакт успел настроиться на его магию. В самый последний момент ему всё же удалось защелкнуть замок, — сквозь зубы процедила Лаяна. — Хорошо, что нам удалось заставить предателя раскрыться и хотя бы вышвырнуть его из ближнего круга.

— Зачем ты подставила себя под удар? Можно ведь было найти другой путь... 

— Можно, — согласилась она. — Но всё могло затянуться, и я могла потерять шанс, а предатель остаться. На тот момент это был единственный способ уйти, не разрушив его мир окончательно, и получить возможность вернуться в инквизицию...

Глава 20

Она горько усмехнулась.

— Только так я могла копать изнутри. Выяснить, какая даже незначительная шестеренка работала на врага.

— И ты всё это время была одна? — аккуратно уточнила я после недолгой паузы. Стало даже немного неловко от её откровений.

— Не одна, — уголки её губ дрогнули в полуулыбке. — У меня остался союзник. Лаэль.

Я вспомнила недавний обмен любезностями Элиана и Лаэля в зале совещаний. Они действительно давно знакомы. И то, как оценивающе Лаэль отреагировал на меня, говорило о многом. Он переживал за друга.

— Лаэль обо всем знал? 

— Он единственный, кто догадался, что в этой истории что-то не сходится. Прости, но ты слишком вовремя появилась, — мягко ответила она, в её голосе скользнула потаенная нежность. И эти чувства она испытывала явно не ко мне.

— Но мое попадание нельзя было предугадать, — стушевалась я, сама сомневаясь в своих словах.

— Пусть так, — легко согласилась она. — Удачное стечение обстоятельств или они действительно что-то знали благодаря исаари, но факт остается фактом: они подоспели раньше и нацепили на тебя маячок. Понимаешь, всё это время мы искали способы противостояния. Вычисляли время атаки, их дальнейшие планы. Искали предателей, в конце концов, затаившихся в округе.

— Нашли? — спросила я, больше утверждая.

— Иначе бы я здесь не стояла, — улыбнулась она, но тут же стала предельно серьезной. — Не всех, и есть слишком засекреченная информация, куда нам было не добраться. Но мы почти поймали всех крыс. Я благодарна Элиану за то, что он пошел по пути принятия всех нуждающихся. Когда-то я сама оказалась в подобной ситуации. Однако это привело к множеству трудностей. Мы попросту были неподготовлены, даже удивительно, что так долго никто не пытался перейти черту.

— Найти оставшихся после основной атаки будет нетрудно, — поддержала я, заметив её недовольство неполным результатом. Хотя 98 процентов — разве это не успех?

— Не сомневаюсь, — многообещающе обронила она. В этот момент она напомнила Элиана. Ревность я подавила еще до того, как она успела проявиться. — Но сейчас важнее, что инквизиция не просто так идет на твой маячок. Они уверены, что барьеры внутри замка будут отключены их шпионом. Сегодня ночью мы накроем их всех. И внешних врагов, и внутреннюю гниль.

Я отступила на шаг, прислонившись спиной к дверному косяку. Голова шла кругом. Элиан мучился от яда, ненавидел саму суть истинных, а в это время его лучший друг и сбежавшая пара спасали его за спиной.

— Почему ты не расскажешь ему? — спросила я, сглотнув ком в горле. — Ты же здесь.

— Я рассказала, — просто ответила она. — Пять минут назад. Ты слышала конец нашего разговора. И видела его реакцию. Он в бешенстве оттого, что Лаэль врал ему столько времени. Его гордость уязвлена. Элиан не прощает так быстро. Но, возможно... Возможно, со временем всё образумится.

Лаяна неловко улыбнулась и мотнула кошачьим ухом.

— Я тоже так думаю, — ответила я