Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

— Леонид, — я обратился к Курпатскому. — Есть просьба. Алия должна выжить. Любой ценой. Иначе всё это бессмысленно.

Виконт ничего не произнёс — только кивнул, погнав повозку вперёд. Чем больше расстояние будет между ними и городом, тем больше шанс выжить. Я же выпил зелье на ману и помчался навстречу тёмной лавине. В какой-то момент мне даже удалось посмотреть на боковые улочки — тёмные бежали ко мне со всех сторон. Меня это более чем устраивало — чем больше тварей умрёт сейчас, тем меньше их останется потом. Когда я добрался до ратуши, мне в буквальном смысле пришлось ползти по телам. Тысячи кронов устилали мостовую, превращая её в страшное месиво.

В ратушу мне и вовсе пришлось пролезать, откидывая тела — твари не переставая лезли из разлома. Радовало одно — я чётко понимал, куда следует двигаться. Туда, откуда шёл основной поток. Спустившись в подвал, я, наконец, увидел огромную металлическую дверь, что когда-то закрывала вход. Сейчас она оказалась погнута и отброшена в сторону вместе с толстыми стальными штырями, что удерживали её в стене. Даже думать не хочу, какой силой обладал тот, кто такое сделал.

Протолкавшись мимо кронов, я пошёл по первому уровню и резко остановился. С потолка на меня рухнул рапс! Тварь до последнего сидела в засаде и, если бы не купол защиты, что постоянно висел на мне, меня бы сожрали на месте! Одновременно с лечением использовать зеркало у меня получалось не всегда, так что пришлось отключить его ещё во время въезда в город. Тварь откинуло в сторону, она развернулась в воздухе и, едва коснувшись лапами камней, тут же бросилась на меня, чтобы уже никогда ни на кого не прыгать. Она даже не долетела — лечебная аура уничтожила её в полёте. Но этот момент заставил меня сильно задуматься о том, что же на самом деле происходит с этим разломом? Твари продолжали наступать, уже успев законопатить проход своими телами. Вот только это были обычные слабые кроны, что явились сюда посредством Волны. Или не Волны? Тогда, под академией, в разломе не осталось ни одной спокойной твари — они все помчались на поверхность. Здесь же рапс сидел в своей засаде, никого не трогал, пока не появился я. Дорога явно утоптана, что говорит о том, что ею часто пользуются. Однако рапс по какой-то причине игнорирует тех, кто здесь ходит и не стал игнорировать меня. Почему? Как мне кажется, это один из самый важный вопросов, ответ на который поможет мне в будущем.

Я выругался. Сейчас у меня было такое состояние, что я готов был иди за Стену и искать себе грамотного тёмного учителя, что сможет объяснить мне всё, что со мной и вокруг меня происходит. Ибо самостоятельно я уже устал тыкаться как слепой котёнок, используя метод проб и ошибок. Слишком высока цена бывает за эти ошибки.

Вернув себе зеркало, чтобы случайная тварь не увидела во мне ужин, я пошёл навстречу потоку тварей. Надеюсь, городу будет полегче от того, что мне удалось заблокировать прибытие новых особей и перебить пусть не всех, но большую часть зубастых уродцев. Первый уровень остался позади, за ним второй, третий — поток тварей не иссякал, но теперь мне приходилось ещё и сражаться с обитателями разлома. Даже зеркало не спасало от агрессии тварей, когда они попадали в зону действия лечебной ауры. Монстры прекрасно видели источник их боли и старались её как можно скорее сцапать. Зеркало осталось — с ним было гораздо проще находиться в разломе, но я больше на него не полагался, сжигая тварей сотнями.

Арка портального перехода обнаружилась на пятом уровне. К этому моменту мана начала заканчиваться, так что я без лишних сомнений вытянул руку и активировал «Тёмный шип». Чем быстрее это сделаю, тем лучше. Схема уничтожения врат оказалась привычной — над порталом появилась полоска прочности, что уменьшилась почти на двадцать процентов! По прочности конструкции эта арка даже близко не стояла с той, что мне пришлось уничтожать в академии. Выстрел. Выстрел. Ещё. Во время финального, пятого использования «Тёмного шипа», я искренне надеялся на то, что сейчас вылезет рогатая голова, чтобы разобраться, какого Скрона здесь происходит, но этого не произошло. Либо твари поумнели, либо закончились, либо к этим вратам они не имели никакого отношения. Едва конструкция рухнула, как я ощутил небывалое облегчение. Каким-то таинственным образом я знал, что все кроны, что остались живыми на поверхности, сейчас превратились в неподвижные статуи. Город был спасён.

— Что же, ты всё-таки это сделал. Мои поздравления, — сбоку послышался старческий голос. Я действовал мгновенно — ещё до того, как развернуться, моя рука уже смотрела в нужную сторону. Мастер Мерам, если это и вправду был он, стоял у дальней стены. Рядом с ним находился епископ Цват, вот только одного взгляда на церковника хватило, чтобы понять — не жилец. Он, как и все обращённые, задрал руки к небу и бормотал свою заунывную песню. Сейчас, когда ор сгораемых заживо в лечебном свете тварей угас, до меня, наконец, донеслось это бормотание.

Всё это я думал одновременно с атакой — тёмная сосулька уже летела к своей цели. Я пригнулся, приготовившись ринуться в рукопашную, но не смог этого сделать — мне довелось увидеть результат использования «Тёмного шипа». Он долетел до противника, соприкоснулся с его телом и просто исчез, словно поглотился аурой или защитой. Такого в моей практике ещё не было, так что я растерялся. Ровно на две секунды, пока пиктограмма вновь не стала активной. Вторая сосулька отправилась в полёт, но на этот раз моей целью был не мастер, а епископ. Нельзя позволять обращённому заканчивать свою песнь. Об этом все церковники твердят.

— Нет, молодой человек, не так быстро, — старик сделал неуловимое движение и сместился, встав на пути моей сосульки. Она вновь врезалась в его тело и исчезла без следа и взрыва. Что ещё на две секунды повергло меня в шок. Вновь до того момента, пока способность не стала активной. Третий кусок тьмы я отправил в камни прямо под ногами старика. На этот раз результат был достигнут