Кукла на троне - Роман Евгеньевич Суржиков

Мира пожалела, что послала волну из поезда. Лучше бы вернулась без предупреждений — не пришлось бы захлебываться в волнах лицемерия.

— Встреча прекрасна, благодарю вас. Я вижу, и ваши успехи заслуживают восторга. Ярмарка весьма оживленна, не так ли?

— Мои успехи — плод находок вашего величества. Горожан влечет возможность повидать Дворцовый Остров и шанс купить бумажную елену за семь глорий серебром. Посетителей больше, чем во все прошлые годы. Доходы огромны — сорок тысяч золотом за один первый день.

— Глядите, как бы остров не затонул под грузом монет! — сострил шериф. — Готовьте лодку, ваше величество!

Мира поморщилась:

— Непременно… Леди Аланис, ответьте мне… вы знали о крестьянском восстании?

— Да, ваше величество.

— Почему не сказали мне?

Аланис Альмера последней стала бы откровенничать с Мирой. Вопрос был глуп и преследовал единственную цель: выплеснуть горечь. Аланис ответила:

— Ваше величество, зачем оно вам?! Мужики-бунтари — забота солдат и констеблей, а не вельможных дам! Я сама предпочла бы не знать, лишь по случаю услыхала.

Раскланявшись с нею, Мира двинулась по ярмарке.

Всюду бурило и кипело. Продавалось все и отовсюду, со всех концов света, из лесов и городов, болот и гор. Примерялись сапоги и кафтаны, развертывались платки, блистали зеркала, смотрелся на просвет фарфор, пробовались на мозолях клинки, раскрывались луковицы часов, напяливались на нос очки, шумно с причмокиванием пилось наперстками вино, столь же шумно вдыхались запахи чаев и кофейных зерен… Голова раскалывалась от шума, вспоминался топот ордынских коней.

— Ваше величество, я скажу лишь одно слово: поздравляю! — банкир Конто протиснулся меж солдат эскорта. — Нет, простите, одним никак не обойтись! Ярмарка во дворце — гениальный ход; бумажные деньги со скидкой — полнейший триумф! Люди тратят их намного охотней: и из-за скидки, и потому, что не чувствуют цены бумажек. Умом понимают, но на чувствах — нет. Расстаться с золотом намного трудней, чем с бумагой!

— Я не предвидела этого, — устало выронила Мира. — Просто хотела ввести в оборот ассигнации.

— Притворюсь, что не расслышал. Больше не говорите этих слов! Ваше величество — мастер финансов. Никому не нужно слышать обратного!

Триумф… Вопрос латания дыр в казне, над которым она столько билась, теперь, похоже, решен. Хватит денег на ремонт рельсовых дорог, на выпуск ассигнаций, на восстановление полков Серебряного Лиса… Даже на налоговую реформу, о которой Мира до сих пор боялась думать всерьез.

Мире следовало радоваться. Пусть хотя бы устало, вполсилы. Она не спала прошлую ночь. Весь день в поезде мечтала уснуть, но ночью вместо сна явились мысли… Кайр Джемис рассказал о восстании все, что знал. Как путевские лорды потрошили закрома своих крестьян. Как фуражиры Алексиса довершали дело. Как сборщики налогов выжимали все соки по приказу Дрейфуса Борна…

— Говорят, бунтари зовут себя Подснежниками. Я не видел, но слыхал, что они привязывают цветы к древкам копий.

— Зачем?

— Показать мирные намерения. Доказать, что хотят не боя, а переговоров… Ваше величество, поверьте моем опыту: если полста тысяч вооруженных парней выходят на поле — что бы они ни говорили, бой наверняка состоится.

Слова вертелись у нее в голове, звучали вновь и вновь, по кругу. Следовало бы радоваться… Да-да.

— Фашше феличшестфо! Какое шчастье!

Министр двора, а с ним министр путей и глава торговой гильдии.

— Вы фернулись со фстречи с этими дикарями, чудовищами. Вы совершенно жифая! Праздник, праздник для фсех!

— Поздравляю ваше величество, — скинул шапку глава торговцев.

— Слава Янмэй, — поклонился министр путей.

Министр двора приплясывал на месте от радости.

— Глядите: ярмарка — подлинная феерия жизни! Фсе еще лучше, чем я обещал вам! Не хватает лишь оркестра, но он будет уше очшень скоро! Минутка — и зазвучит музыка!

— Ярмарка крайне прибыльна, — басил торговец. — По нашим прикидкам, общий доход за все дни составит…

— Ах, зачшем! Не мучайте ее величшестфо финансофой ерундой! Она — девушка. Жшизнь девушки — красота и праздник, а не арифметика!

— Вы слыхали о восстании Подснежников? — спросила Мира. Поочередно поймала взгляд каждого.

— Ремонтные бригады из Южного Пути докладывали о крестьянских волнениях, — сказал министр путей.

— Купцы в Южном Пути испытывали трудности с приобретением продовольствия, — сказал глава гильдии.

— Почему никто из вас не сказал мне?

— Вам было так трудно… — шепнул министр путей. — Я боялся лишний раз потревожить…

— Боги, фаше феличшестфо, зачем это нушно! Крестьянский бунт — не праздник, а скука. Жшизнь девушки не долшна быть скукой!..

Мира думала о невидимом. На нее смотрят сотни человек — праздник, слава Янмэй, здравие величеству! Никто не видит, как она зла, расстроена, измучена… И у нее нет даже права возмущаться этому: она сама, как и весь ее двор, не заметила страданий сотни тысяч подданных. Можно ли после этого ждать хоть какого-то внимания к себе?

— Мы слыхали, что ваше величество открыли счет в банке Конто, — господа Фергюссон и Дей выхватились из толпы. — Для нас было бы честью и радостью, если бы вы соблаговолили открыть счет и у нас. Если только ваше величество подпишет контракт об открытии счета, мы немедленно предоставим вам кредит в пятьдесят тысяч эфесов для беспроцентного использования.

Сегодня ей совсем не хотелось лицемерить. Аж до отвращения.

— В чем причина вашей щедрости? Зависть к конкуренту? Надежда разбогатеть от моего успеха?

— Ваше величество печатает денежные знаки с гербом Короны и вензелем банка Конто. Мы хотели бы, чтобы поток ассигнаций обслуживался двумя банками — его и нашим. Это выгодно для нас, не скрою, но и более надежно для вашего величества.

— Я подпишу с вами контракт, и даже больший, чем вы просите. Но от потребуется реформа вашего банка. Мне нужно, чтобы ваши отделения имелись в каждом городке Земель Короны, где нет отделений Конто.

— Хотите покрыть банковской сетью все населенные пункты Короны? Простите, ваше величество, но зачем?

— Я очень устала… — честно призналась Мира. — Лейтенант Шаттэрхенд проводит вас в Престольную Цитадель к моему наставнику по налоговому делу. Он поведает подробности плана.

— Плана, ваше величество?.. Да, конечно! Мы счастливы быть посвященными в ваш план.

— Последний вопрос: вы знали о крестьянском восстании?

— Вне сферы наших интересов, ваше величество.