Демон по подписке, или Контракт на попаданку - Дарина Ромм

24

От волшебного зелья, обещавшего мне радость и румянец во всю щёку, я проспала без малого пятеро суток. Но это я узнала потом, когда ухаживающая за мной местная медсестричка проболталась.

Пока же я с трудом разлепила тяжелые веки, огляделась вокруг и поняла, что я ни разу не в лазарете. Хотя именно там находилась, когда выпила целебного отварчика доктора Вазара.

У целителей стены были голые, покрытые чем-то вроде краски, только очень скользкой на ощупь. Наверное, местное изобретение, не дающее микробам задерживаться на поверхностях. Хихикнув, представила, как зловредные бактерии, попав на такую скользкоту, просто съезжают вниз, как по горке, и погибают, разбившись о твердость каменного пола. Этакая местная дезинфекция.

Ну ладно, смех смехом, но комната, где я очнулась, была вовсе не больничной палатой. Я бы сказала, комната была палатами — пышными, богатыми, просто царскими. Музеи и дворцы, в которых я немало побывала в своей жизни, казались жалкими лачугами по сравнению с тем, что меня окружало сейчас.

Помещение было большим, с высоким потолком, оформлено в бело-черно-золотых тонах, с вкраплениями мягкого алого и светлого бежевого. Варварски красивое, богатое и… мужское. Не знаю откуда, но я была уверена, что это комната мужчины.

Ну и что я здесь делаю? Кто меня сюда мог перетащить, я и так догадывалась. Но какого⁈.

Приподняла край тяжелого стеганого одеяла, под которым лежала, и проверила, одета хоть или нет.

На удивление, всё оказалось более чем прилично. На мне была длинная плотная ночнушка, смахивающая на балахон ку-клукс-клановца времен борьбы американских негров за свои права. Длинные рукава доставали до кончиков пальцев, а ворот стягивался лентой под горлом. Ну, надеюсь, переодевал меня не хозяин этой комнаты? С него ведь станется. Да и вообще, по какому праву он меня сюда притащил⁈

Не успела я налиться праведным гневом, как послышался скрип двери. Раздались мягкие шаги, и передо мной появилась невысокая, пухленькая, с розовыми щечками и наивными голубыми глазами пожилая леди.

Она склонила к плечу белокурую головку и, приоткрыв ротик, принялась рассматривать меня. В этот момент бабулечка была до ужаса похожа на пожилого ангела в нежно-розовом платье.

Насмотревшись, «ангел» вытянула губки трубочкой и проворковала:

— Ну и какого птухла этот малолетний проныра Станислас припёр тебя из твоего зачуханного мирка? Ему что, тут бабья мало?

— Такого, как я, у вас отродясь не водилось. Смотрите и учитесь! — с пафосом ответила я, не зная, засмеяться или возмутиться на такие наезды.

Тут дверь ещё раз открылась, и нарисовался сияющий господин Данский. Который малолетний проныра, Станислас Играр Даниланис Шестой, Претемнейший Князь, наследник и прочая…

Правда, стоило его шельмовским глазам заметить стоящую возле кровати даму, улыбка мгновенно померкла, и он сделал трусливую попытку слиться со стенкой. Мне даже показалось, хотел сбежать, но храбро поборол свою трусость и просто мимикрировал под обои.

— А спросите у него сами — вон он! Как раз пришёл всё рассказать, — я ткнула пальцем в сторону нахалюги, с потрохами сдавая его ангелу.

Дамочка повернулась, критически оглядела побледневшего высшего демона и ласково закурлыкала:

— Станислас, мой дорогой племянник! Скорее подойди и обними меня.

— Э-э, тётушка Велветина, какими путями к нам? — надо признать, он быстро оправился. Отлепился от обоев и пошел к старушке. Обнял, мило расцеловал ее в пухлые щечки…

Дама хмыкнула и весело покосилась на меня:

— Весь Нижний мир гудит, что Станислас Даниланис приволок к нам какую-то уникальную девицу. Вот я и возмутилась, что все в курсе, а я ни сном ни духом. Прилетела знакомиться с твоей будущей женой и моей племянницей.

— Э-э, тётушка Велветина… — бедный ректор, которому тётка едва до груди доставала, побледнел ещё больше.

— Никакой «женой»! — сурово возвестила я, решив подпортить главе академии жизнь. Заодно и себя повеселю — надо же как-то возвращать радость жизни.

— В смысле⁈ — возмутился Данский, который Претемнейший. Ангел тоже уставилась на меня недовольными глазами — мол, чего мальчика обижаешь…

— Я тебе уже сказала — без калыма замуж не пойду. Но ты только обещаешь заплатить, а сам даже скромного колечка не подарил, — страдальческим голосом заявила я и жалобно всхлипнула.

После моего заявления «ангел» вдруг начала попеременно краснеть-бледнеть-синеть. Повернулась к племянничку и с размаху вмазала ему маленькой сумочкой, висевшей у нее на локотке. Прямо по его изумленной физиономии вмазала!

После чего указала пальцем на дверь и завопила:

— Брысь отсюда, скупердяй! И чтобы без подарков даже близко к нашей девочке не подходил! Пшёл вон, мерзавец!

Кажется, я уже люблю эту старушку!

25

— Вон!!! — снова зарычала тётушка. Да так страшно, что на месте Данского я бы уже летела отсюда на третьей космической скорости. А он ничего так, ещё больше позеленел, но остался стоять на месте.

Нахмурился и сообщил ангелочку:

— Тётушка, это не то, что вы думаете!

— Ты ещё мне расскажи, что я должна думать, паршивец. Приволок девочку в свою спальню и не сделал ни одного подарка! Да я теперь неделю из дома не смогу выйти от стыда. Испортил ей репутацию! Позоришь клан!

Дама замолкла, бурно дыша и не находя новых слов, чтобы выразить своё негодование. Её покрасневшие щечки возмущённо тряслись, белокурые локоны подпрыгивали, а сумочка в руках так и мечтала продолжить знакомство с кое-чьей красивой физиономией.

Натянув одеяло до самого носа, я тихонько посмеивалась, получая искреннее удовольствие от происходящего. Кто бы мог подумать, что суровая крошка, родственница Претемнейшего, встанет на защиту какой-то попаданки. Да ещё так активно! А здоровенный демон будет стоять перед ней с виноватым видом, словно нашкодивший мальчишка, и оправдываться.

Наконец, леди устала возмущаться. Воскликнув напоследок: «Ты моё самое большое разочарование, Станислас Даниланис!» — рухнула в кресло и принялась обмахиваться надушенным платочком.

— Так, я забираю девочку жить к себе, — заговорила после продолжительного молчания дама. — И ещё драгоценности… Подарю ей прабабкину изумрудную парюру и золотой жемчуг — у меня его полно. Иначе сплетен не оберёшься — все будут тыкать в нас пальцем и шептаться, что Даниланисы совсем обеднели. А уж что про тебя будут говорить, Станислас, я даже думать не хочу!

— Нет! — воскликнули мы с демонюгой одновременно.

— Я сам подарю Марине всё, что нужно, — рявкнул красавец возмущённо.

— Я вижу, как ты подарил! — взвилась пожилая леди. И добавила твёрдо: — Девочка переезжает ко мне. И не спорить!

— Простите, леди Велветина, у меня другие планы, — вежливо отказалась я. — Мне срочно нужно домой. У вас тут хорошо,