Ведомости Бульквариуса 4 - Руслан Алексеевич Михайлов

**

За следующий мгновенно пролетевший час я сделал следующее: допечатал для запаса старые визитки; плюс напечатал новые, где отчетливым штампом было начертано «Перевозки Бульквариуса»; познакомился и выпил перченого водорослевого сока с парой посетителей лавки, обменявшись с ними визитками и выяснив их род деятельности, после чего расспросил владельца, выяснил, что нужная мне вещь доступна для печати, стоит сущие копейки, а наносится одним легким движением руки. Ну и напечатал само собой эту вещь. Применять пока было негде, но я почему-то был уверен, что это дело наживное...

С помощью эликсиров догнав одного из ящерообразных трудяг, переговорил с сонным возчиком, убедившись, что все в полном порядке. До остановки им оставалось плыть минут двадцать, и я со своим возросшим опытом переговоров в темпе обеспечил полную загрузку повозками еще до того, как мой ящер показался на повороте. Скормив плезиозавру три ведра моллюсков – каждое за серебруху, а он слопал и не заметил – я влил в себя очередную «афалину», окунулся в попутное стремительное течение и помчался наперерез второму ящеру. К югу от Приглубья начиналась бездна, уровень океана резко понижался, но местами оставались «островки» мелководья, и я летел то над грозной сумрачной пустотой, то над оживленными песчаными мелями, где бурлила жизнь. Однажды я спущусь в эти глубины... но вряд ли скоро – для пребывания на глубине требовались навыки, которых я пока не имел.

Со вторым своим живым транспортным средством я поступил точно также, обеспечив полную загрузку повозками на следующие несколько часов. Одновременно договорился с местными торговцами, что ближе к вечеру они подготовят несколько повозок для доставки в город. Разумеется, я выяснил чем именно живет это крохотное селение из десятка домов, каким товаром торгуют, как часто отправляют грузы, как зовут старосту и лавочника. Это же я сделал совсем недавно в предыдущей деревне, хотя там народу жило побольше. Это же селение именовалось Закатный Склон, а одна из отходящих от него дорог круто уходило в глубину. Интересное место... но какое-то неуютное. Поэтому я покинул его без малейшего сожаления, направившись дальше на юг и осмотрительно держась мелководного маршрута, в чем помогали теплые восходящие течения. И вот плыву, а мне все еще зябко от рассказа веселого рыжего мальчишки ахилота, чье повествование о главном заработке деревушки звучало так:

- Оно ночь ползет-наползает, значит, а поутру мужики рубят, рубят, отрезают да пластами в телеги валят. Как нагрузят доверху – так и город отправляют на продажу. Бывает, правда, что ночью наползает слишком шибко и так глядь – в ближний к обрыву дом окна да двери выбиты, а жители пожраны. Но такого уж давно не бывало – последними моих родителей пожрало... А так жить можно... хотя я в дальнем амбаре у дороги уж третий год живу и сплю больше днем, а не ночью... Да-а-а-а...

- Да-а-а-а – повторил я задумчиво и резко вильнул, чтобы не влететь внутрь пульсирующей гигантской медузы.

Вот же ей удобно – слишком быстрые самостоятельно прямиком ей в желудок влетают. Главное, чтобы насквозь не пролетело...

В следующем поселении я впервые увидел самый настоящий подводный мост. Причем мост живой. И платный. Плату за проезд по нему принимал сам мост, имевший даже не название, а имя. Звался он Громдазвон, выглядел распиленным вдоль деревом длиной метров сорок, лежащим одним концом на краю обрыва, а вторым на краю расположенного уже на территории подводной бездны островка, по сути, представляющего собой растущую со дна одинокую коралловую колонну. Мост имел ажурные бока и местами даже крышу, сплетенные из его ветвей, а на обоих концах высоко над въездами торчало что-то вроде отростков монструозной рыбы удильщика, но при этом помимо фонаря там еще имелся глаз, а под ним разверстая пасть. Вот в эту пасть и кидалась плата – мост был хищным и брал рыбьей плотью или гигантскими моллюском. Я вот даже не сомневался, что этот мост, выглядящий как пришелец из зеленого ада, окажется именно хищным. Хотя удобно он устроился, тут и не возразишь. А с другой стороны островка имелся еще один мост, но подлиннее и вел он к череде островков, между которыми была проложена уже обычная дорога. Бесплатная и неживая...

Вообще диковинка диковинкой – мост под водой! Но далеко не все из обитателей подводного мира Вальдиры умели плавать. Я сам недавно научился, а кто-то все еще вынужден передвигаться исключительно по дну. Вот для таких как они мост – жизненная необходимость, как и для сухопутников.

Но на этом чудеса чудесатые не закончились – пока я изумленно осматривал начинающийся у очередного крохотного поселения живой мост, чуть ли не впритирку мимо меня беззвучно пролетел... самый настоящий воздушный шар! И да – он тоже был живой. И с щупальцами... и со здоровенным выпученным глазом... На пульсирующее тело-шар была накинута прочная сетка, к которой, помимо болтающейся внизу пассажирской корзины, крепились различные грузы. Возможно, они еще играли и роль балласта. Шар передвигался по течению, но помимо цепляющихся за все длинных щупалец, он имел несколько сопел сзади, что изредка выпускали мощные струи воды и давали ускорение.

Обалдеть...

Хочу такой! – эта мысль как пришла, так и осталась где-то в уголке жадного сознания.

Хотя пока даже не знаю, как называются эти создания и сколько они стоят. Выглядят круто... может и подороже плезиозавра будут.

Что еще приметил: пассажирская корзина была герметичной и с окошками, а внутри сидели сухопутные игроки, прилипшие носами к стеклам иллюминаторов. Шар двигался на юг, а после того, как я прочел текст на болтающейся вверху рекламной тканевой полосе, стало ясно, что это регулярный пассажирский рейс между городами Акальроум и Уэльдроум. И сопровождали их четыре белые акулы с наездниками. Акулы были куда быстрее и им приходилось наворачивать круги вокруг шара. Так что я предпочел спуститься пониже и усесться на конек крыши крайнего дома, благо там и другие игроки нашли себе место для передышки, а копошащийся во дворе старик вроде бы и не был против.

Послушав чужие разговоры, я узнал, что скоро намечаются некие ежедневые гонки с названием «Тройная Смерть», где игры верхом на реактивных гоночных кальдраках с бешеной скоростью помчатся по трем живым мостам. Победит тот, кто первым достигнет конца последнего моста и останется при этом живым – дело в том, что платить за проезд отчаюги не собирались, а мосты, являющиеся живыми созданиями, почему-то дико