Снежный кряж - Алексий Малеев

Но чем ближе парень подходил, тем страннее становился лежащий мех. Ну ладно уши, их сделать несложно, но лапы-то зачем? И как? Это же вообще ненужная и очень неудобная деталь для муфты. Но когда собака подняла голову и потрясла ей чем-то зажатым в пасти, не переставая рычать, парень понял в чём дело. Это было не просто что-то, а мёртвый котёнок. В коробке лежали котята! И прямо сейчас их убивала эта блохастая чёрно-серая мерзость! Где же хозяйка собаки? Почему она за ней не смотрит?

Вдруг со стороны коробки раздался писк.

«Кто-то ещё там жив! Кого-то ещё можно спасти!» — било в голове Паши набатом.

Подобрав с газона палку побольше, парень прыжками помчался к подъезду, обрушив орудие борьбы за жизни невинных котят на спину пса. Собака даже не шелохнулась, но рычать перестала. Паша вне себя от злости ударил снова, а потом добавил с ноги.

— Отойди, тварь! — крикнул он и только после этого пёс обратил на него внимание, вцепившись в кроссовок.

От такого Паша даже присел на уже достаточно мокрый асфальт. Слегка стукнув палкой по голове, он заставил её отпустить ногу. Собака тут же снова зарычала на коробку и прильнула мордой к ней.

— Не отдам! — с криком вцепился в пасть Паша, отвернув её от писка, с каждой минутой становившегося всё громче.

Собаку это не устроило, она вырвалась и куснула парня за правое плечо. От неожиданности он вскрикнул и повалился на асфальт. Рука не слушалась и встать с первого раза не получилось.

— Держись, молодёжь, я отловщикам позвонил! — раздалось откуда-то сверху. — Сейчас и скорую вызову.

Паша посмотрел наверх и заметил в проёме балкона второго этажа старичка в инвалидном кресле с телефонов в руке. Собака не спешила нападать, да и на коробку уже смотрела как-то неуверенно. И тут сзади подбежал мужчина в рваных на коленках трениках, грязной серой футболке и домашних тапочках, схватил пса поперёк туловища и прижал к асфальту. Тот пытался вырваться, но мужчина держал крепко. Паша кое-как поднялся и сел на ближайшую скамейку. Она была мокрой, но парень и сам успел промокнуть до нитки, так что хуже всё равно не будет. А вот то, что телефон остался дома, это хорошо, решил он.

Послышался звук серены, очень похожей на полицейскую, но когда звук стало слышно максимально, во двор въехал фургон с собачьей головой в зачёркнутом красном кружке.

— Мужик, отойди, — велел вылезший с водительского сиденья парень лет двадцати пяти.

Державший собаку отпустил её и сел рядом с Пашей на скамейку. Пёс сначала не знал, что ему делать и прости сидел, косясь на коробку. Но, заметив в руках водителя-отловщика ружьё, рванул вглубь двора. Далеко, правда не убежал, дротик с транквилизатором настиг его достаточно быстро.

— Ты молодец, парень, не испугался собаки, — отдышавшись сказал мужик и протянул руку: — Денис.

— Паша, — хотел было сделать тоже самое парень, но рука только едва дёрнулась.

— Понимаю, — смущённо кивнул мужик, опуская ладонь.

— Чья собака-то хоть? — подошёл к ним отловщик. — А-то увезём ведь, а потом хозяин на нас в суд подаст.

— Сука Ольги Викторовны из двадцать четвёртой квартиры, — с усмешкой раздалось откуда-то сверху. Все трое подняли головы и увидели в окне третьего этажа полностью лысого старика лет семидесяти, не меньше. Его лицо выражало огромное удовольствие. — Только её на скорой увезли, когда она с Гердой гуляла. Плохо стало, старушке, за сердце хваталась. А я говорил ей, что надо меньше коньяк хлестать в её возрасте.

— Побойтесь Бога, Роман Игоревич, какой коньяк! — воскликнул другой старичок, тот самый, в инвалидном кресле. — Ольга Викторовна с детства сердцем мучалась, погода стала меняться, вот сосуды и не выдержали. А вам лишь бы напраслину на людей разводить.

Лысый только сплюнул и скрылся в глубине своей квартиры, окно оставив полностью открытым.

— Вы-то как здесь оказались? — спросил Паша Дениса.

Приглядевшись к нему, парень отметил, что называть его мужиком всё-таки рано, на вид ему было не больше тридцати.

— Мама в окно заметила разборку этой шавки с кошкой, охраняющей котят, — сказал тот. — Она меня и разбудила, попросила что-нибудь сделать. А я пока сообразил, что к чему, пока оделся, пока прибежал уже ты здесь. Не успел я.

— И я не успел, — опусти голову Паша, — хотел спасти котят, а все погибли…

И тут, как по заказу, из коробки раздался жалобный пронзительный мяв. Парень, не обращая внимания на больное плечо, бросился к коробке и увидел в ней три маленьких шерстяных комочка. Из-под двух, чёрного и серого, сочилась кровь, смешиваясь с дождём, а вот третий был на вид целый. Он прижался к дальнему углу, его глаза округлись до возможного максимума, выражая вселенский страх. Он даже не шипел, не кусался и не царапался, когда Паша левой рукой забирал его из коробки.

— Мальчик, — отметил подошедший Денис.

Выглядел он не самым лучшим образом, весь промокший, вся правая сторона, от шеи до тапочка, облита грязью. Да и сам Паша был не чище.

— Единственный выживший, — пробормотал он, прижимая к себе котёнка.

А тот и сам, почувствовав тепло тела, жался всё ближе.

— Вот и забирай его себе. Ты, считай, теперь его папа.

— Заберу, — кивнул Паша.

Дождь постепенно сходил на нет, из-за облаков проглядывало солнце. Отловщик закончил заполнять бумаги и, не вылезая из кабины, спросил:

— Так что с хозяйкой собаки делать? Я обязан забрать её с собой за нападение на человека. Ну, собаку в смысле, — пояснил парень, заметив на себе два странных взгляда.

— Езжайте, молодой человек, — махнул рукой старичок-инвалид, — Герда чипирована, Ольга Викторовна потом позвонит в вашу службу сама.

— Ну тогда мне нужна чья-нибудь свидетельская подпись, — сказал отловщик. — Порядок такой.

— Давайте я распишусь, — предложил Денис, посмотрев на Пашу.

— Да мне, собственно, всё равно. Надо написать фамилию, инициалы и адрес на третьей странице и подпись на второй и четвёртой.

— Как-то у вас много бумаг, — покачал головой старичок. — Все, обычно, планшеты протягивают.

— Наше начальство уверено, что бумага надёжнее, — усмехнулся отловщик.

Пока Денис выполнял письменные манипуляции, Паша присел перед тем, что издалека считал меховой муфтой. Чёрно-серая