Лучшая бабушка. Империя Железной леди - Арина Теплова

Натуральный и подчеркивающий все достоинства лица Нины. Ведь в этом веке яркие краски на лице были бы непривычны окружающим, а натуральный макияж как раз был самое то.

На завтра у меня было в планах посещение дамского салона. Где, как объяснила мне Анюта, можно было сделать массаж и принять розовые ванны для улучшения кожи.

Глава 30.

Утром следующего дня, как и планировала, я посетила дамский салон, где мне убрали всю нежелательную растительность с ног и бёдер, сделали маникюр и педикюр, и даже приятный массаж. После этого Аркадий свозил меня в обувной магазин, и я снова накупила обновок в кредит.

После обеда я успела одобрить новую кухарку, которую представила мне Лариса Самсоновна. Экономка лично вчера проверила пятерых, велела им приготовить несколько блюд и выбрала лучшую. А также на службу были приняты новый лакей-дворецкий и ещё одна горничная. Всем троим я сразу заявила, что дом под наблюдением полиции, и если я только замечу, что они замышляют что-то против меня, тут же будут уволены, да ещё с плохой рекомендацией.

Уже ближе к вечеру я изучала расходные книги «Императрицы» в своем кабинете и ждала Владимира Львовича. Сегодня была пятница, и его поезд из Москвы прибывал около пяти.

Немного устала от изучения цифр и решила отдохнуть часок в своей спальне. Долго сидела у окна в своей спальне с закрытыми глазами и задремала, с утра гудела голова.

Разбудила меня Рита, постучавшись и заглянув со словами:

— Ниночка Георгиевна, адвокат приехал. Вы велели сразу докладывать, как господин Баскаков приедет.

— Прекрасно, Рита! — выпалила я, быстро поднимаясь с диванчика и оправляя своё домашнее платье.

Оно было новым, простым, лаконичным и очень красивым. Тёмно-синее, приталенное, прямого покроя. Даже на выход можно было в таком. Быстро взглянула на себя в зеркало, одобрительно кивнула. Вроде моя новая причёска не попортилась, а чуть подкрашенные глаза не размазались.

Хотя чего я опасалась? Не собиралась же я поражать своим видом какого там поверенного Нины.

Я вышла из спальни спустя десять минут. Внизу в парадной, как я увидела сверху, меня дожидался Баскаков. Его статную фигуру невозможно было не заметить.

Поспешив к нему, я начала спускаться с лестницы, и он, услышав мои шаги, обернулся в мою сторону, подняв голову.

Высокий, широкоплечий, видный. В его атлетически сложенном теле чувствовалась уверенность и мужская сила. Про таких говорят: красота сурового лица. По виду он был моим ровесником.

Я его сразу узнала. Это был тот самый мужчина у окна, что поднял Анюту после обморока в день моих мнимых похорон.

Невольно засмотревшись на Владимира Львовича, я не заметила, как оступилась на последних ступенях и полетела вниз с лестницы. Но не упала, потому что сильные руки мужчины удержали меня от падения.

Баскаков, чуть прижал меня к себе, осторожно удерживая в своих руках.

— Осторожнее, Нина Георгиевна, — баритоном с хрипотцой произнёс он надо мной и совсем не спешил убирать руки с моей талии.

Я подняла глаза на мужчину и даже перестала на миг дышать.

Взгляд пронзительный, такой, что пробирает до самого нутра. Чёткие черты лица, высокий лоб, серые умные глаза. Приятный мужской запах со смесью изысканного одеколона.

Невероятно хорош, чёрт его побери!

Моё сердце тут же бешено забилось, и я на миг замерла. Ведь он смотрел так, словно хотел меня… Ох… Мысли, которые посетили меня, были совсем не пуританскими, а наоборот.

Я мотнула головой и наконец пришла в себя. С шумом выдохнула.

Его мужская энергетика прямо сбивала с ног. Неудивительно, что я засмотрелась на него и едва не грохнулась с лестницы.

— Поставь меня уже на пол, — велела я, пытаясь взять себя в руки, но моё сердце билось как бешеное.

Я что, на миг потеряла голову? Никогда такого со мной не было. Я всё-таки уже не девочка. Ужас какой-то. Едва не «упала прямо к его ногам», как говорится.

— Простите, — тихо заявил он, осторожно опустил меня на ноги у подножья лестницы и убрал руки. — Я приехал немедленно, Нина Георгиевна, как и обещал.

Он чуть улыбнулся. Я невольно отодвинулась от него. От него исходила такая мужская потаенная сила, что я опять зависла, глупо уставилась на его лицо.

Ох… надо взять себя в руки. Веду себя как глупая гусыня. Баскаков уже, поди, думает обо мне невесть что.

Однако и в его пронзительном горящем взоре, обращённом на меня, было нечто странное. Призывное, ласковое и… любовное?

Глава 31.

Нет, конечно же, мне это только кажется.

Я тряхнула головой, пытаясь согнать с себя это оцепенение от присутствия Баскакова, который стоял в двух шагах от меня.

Владимир Львович прочистил горло и хрипло выдал:

— Здравствуйте, Нина Георгиевна... Вы какая-то другая сегодня. Так изменились...

Ещё бы! Я и сама чувствовала себя сегодня помолодевшей лет на десять.

Он сделал опять ко мне шаг, потом ещё. Оказался вдруг совсем близко. Я видела, что он тоже будто заворожён мной и не сводит с меня пытливого, жадного взора. Словно не мог поверить, что это я.

Неужели я изменившаяся произвела на него такое впечатление?

— Добрый вечер, сударь, я ждала вас, — произнесла я нейтральную фразу, пытаясь разрядить окружающую обстановку.

— Я торопился как мог, Нина, — произнёс он тихо завораживающим баритоном.

Медленно он склонился надо мной, и его рука потянулась к моей талии. И я поняла, что он намерен меня поцеловать. Ещё миг, и он сделает это.

Это понимание окончательно выбило меня из колеи. Я невольно замерла перед ним, едва дыша. Ощутила, что буду совсем не против, если этот притягательный мужчина сделает это.

Но тут что-то щёлкнуло в моей голове. Мы вели себя глупо и недозволенно!

— Владимир Львович! — выпалила я испуганно, вмиг испугалась нахлынувших на меня чувств. — Давайте уже поговорим о делах!

Его рука замерла на полпути от моей талии, и он сглотнул ком в горле. Его взгляд тут же стал осознанным.

Он отступил на шаг. Чуть улыбнулся кончиками губ, отчего меня обдало жаром по всему телу.

— Простите меня. Я неловок. Сегодня вы выглядите по-другому, просто волшебно, и…

— Вы принесли все документы? — перебила я его нервно.

Опомнившись, он как будто пришел в себя. Его взор чуть остыл и успокоился. Он чуть прокашлялся, но когда говорил, его голос был хриплым.