Хроники округа Кайсли - Вика Лукьянова

непропорционально увеличились в размерах, придавая голове неестественную форму. И абсолютно черные глаза. Я никогда еще не видел подобного мрака. Они словно поглощали свет и все, что было вокруг.

А вокруг хаотично были разбросаны огарки свечей, некоторые из них горели зеленым пламенем, несколько, совсем мало, — белым. Он проигрывает, вдруг понял я. И словно в подтверждение моим словам одна из белых свечей, издав шипение и какой-то приглушенный свист, загорелась зеленым.

Сириус и Лана о чем-то разговаривали, они смотрели друг на друга не отрываясь, сидели, неподвижно положив руки на стол ладонями вниз. Я несколько раз обошел вокруг них в попытках услышать, о чем они говорят. Но не смог. Создавалось ощущение, что они общаются на выдуманном языке, он был причудливым и непохожим ни на один из знакомых мне. На слух воспринималось, как будто двое маленьких детей притворяются, что знают иностранный язык. Они не замечали моего присутствия.

Я положил руку Сириусу на плечо. Никакой реакции. Я потряс его сначала легонько, а потом все сильнее и сильнее, но он словно не ощущал моих прикосновений, как будто я был призраком. Что же делать? Я огляделся: кроме свечей и стола, в пространстве не было абсолютно ничего. Я стоял и слушал их разговор, хоть и знал, что это бесполезно.

Вдруг прямо в моей голове раздался рычащий голос. От этого шума тело сковало судорогой, я машинально закрыл уши руками, но это не помогло. «Чем ты там занят?! Сдурел? Делай уже что-нибудь!»

— Что я могу сделать? Подскажи! Я не знаю как. — Я кричал и понимал, что это бесполезно. Рогатый не слышал меня.

Но этот лисий вопль отчаяния привел меня в чувство. Я понял, что воздух вокруг сгущается и становится душно, жарко. Все-таки наши тела сейчас задыхаются под водой. Времени и правда нет.

Я кинулся и попробовал перевернуть стол, но он не поддался. Я попытался растоптать и затушить все свечи с зеленым пламенем, но они ползали гусеницами, собирались, возвращали себе форму и загорались вновь. Я кричал Сириусу прямо в ухо. Но и это тоже не возымело никакого эффекта. Вокруг была абсолютная пустота.

Думай, думай, думай! В голове словно предательски затикал секундомер. Знал ли Лис, что так все и будет? Знал ли он, что здесь не будет ничего? Нужно убить демона и вывести отсюда Сириуса. Как убить, когда нет оружия? И тут меня осенило. Лис дал мне оружие — свои силы. В голове всплыли картины недавней драки у дуба. И его голубое, почти холодное пламя. Я подошел к демону Наследнице, выставил руку вперед, указывая на нее пальцем, и шепнул:

— Загорись!

Вспыхнуло пламя, объяв ее целиком. Наследница словно сидела в сердце огромного костра. Я чуть не прослезился от восторга. Но радость была недолгой. Помимо того что огонь полыхал вокруг нее, в общем-то, больше ничего не изменилось. Она словно не замечала пламени, и оно не наносило ей никаких повреждений. Так и продолжила спокойно сидеть и о чем-то монотонно рассказывать Сириусу на непонятном мне языке.

Я взвыл от отчаяния и обиды. Почувствовал, что растратил все лисьи силы и вокруг сразу как будто стало меньше воздуха. Я с трудом дышал, на лице выступила испарина. Наверное, мое тело там, под водой, уже начало умирать.

— Нет, я не могу вот так не справиться! Сириус, пожалуйста, помоги мне, я не знаю, что делать!

Я встал на колени перед столом и взял его за руку.

И в голове почему-то всплыл образ леди Ланы, сидящей на ступеньках склепа. Точно! Лис же говорил, что люди запоминают вещи. Я попытался представить кольцо, как делал до этого в мире за оврагами. Но оно так и не появилось. Видимо, в этом месте (чем бы оно там ни было) такое не работало. Как вдруг я понял, какой же я дурак! Засунул руку в карман и, конечно, нащупал там заколку. Она же была со мной все это время! Я вложил ее в руку Сириуса.

— Пожалуйста, очнись… — то ли попросил, то ли взмолился я.

И Сириус внезапно вскочил на ноги! Резким движением он вогнал заколку прямо в глаз демону, сидящему напротив. И в этот момент пламя, не утихавшее до сих пор, наконец сработало. Наследница словно очнулась от жуткой боли. Крича, визжа и сгорая заживо.

— Нам нужно уходить. Скорее! — задыхаясь, еле-еле пробубнил Сириус.

Два раза повторять не понадобилось, я подхватил его за руку и потащил в ту сторону, откуда пришел. Я не знал в точности, как выйти, но знал, что нужно просто идти вперед. Сириус споткнулся и упал. Я закинул его руку на плечо и практически поволок из последних сил, все ускоряя и ускоряя шаг. Мы уже бежали, когда темнота начала смыкаться вокруг, и я сделал последний вдох, в котором уже не было воздуха.

Рогатый вытащил меня за волосы из воды и выдрал приличных размеров клок. Я кашлял и жадно хватал ртом воздух. Он показался мне вкуснее любой еды, которую я когда-либо пробовал, оседая сладостью на языке. Неужели он всегда был таким вкусным, а я просто никогда этого не замечал? Впрочем, ничего удивительного.

Подхватив нас за локти, Лис вытащил меня и леди Лану на берег. Она кашляла и рыдала, но ее глаза были восхитительно-зеленого оттенка.

— Эй! У нас получилось? Где Сириус?

Рогатый вытащил цепочку и помотал кольцом, висящим на ней. Оно сияло нежным, лазурным светом, как та волшебная вода из черпачка. Я так много хотел ему сказать, но силы оставили меня в этот раз окончательно. Веки закрылись, и я провалился в беспамятство…

Небо начало светлеть, рядом потрескивал костер. Я открыл глаза. Леди Лана сидела на песке и встревоженно смотрела на меня, поглаживая по волосам. Моя голова лежала у нее на коленях. Я резко вскочил, кажется напугав ее этим, и сразу схватился за плечо. Выходит, рана была очень даже глубокая. Но кровь из нее больше не лилась.

— Марс, хвала богам! Очнулся!

И она снова разрыдалась, но в этот раз улыбаясь самой обворожительной улыбкой из тех, что мне доводилось видеть.

— Я так рад, что с вами все в порядке. Стойте, а где Лис?

— Лис?

— Ну… человек… высокий. Или ребенок. С оленьими рожками.

— А, этот. Он молча развел костер, что-то сделал с вашей раной и сразу ушел.

У меня похолодело в висках.

— А как… как давно это было?

Ход времени совершенно нарушился, я не понимал, сколько пробыл без сознания: такое чувство, что не