Холодный, расчётливый и нелюбимый - Мария Клепикова

— Верните меня и сына обратно, пожалуйста, — едва сдерживая эмоции, прошипела я.

Вот не зря я сомневалась в этой прогулке. Нужно было верить своей интуиции, а не идти на поводу сына. Херр Капитан напоказ проигнорировал мои слова и повернулся к наблюдающей за нами разношерстной команде, подзадоривая их мимикой.

— Верните нас обратно! — взвизгнула я, уже не сдерживаясь и вполне отчётливо догадываясь о весьма не добрых намерениях мужчины.

Херр Капитан резко повернулся ко мне. Весь его облик переменился в худшую сторону, и из более-менее приличного человека он превратился в мерзкого негодяя.

— Заткнись! — гаркнул он и наотмашь ударил меня по лицу.

Я молила всех богов, чтобы сын не видел происходящего. Херр Капитан был рослым и грузным мужчиной, и за его внушительными габаритами меня и не заметить, но обеспокоенную интонацию и звонкий хлопок сын уловил чётко:

— Мама!

— Всё хорошо, милый. Мама сейчас поговорит с Херр Капитаном, и мы пойдём домой, — ласково ответила я, потирая покрасневшую щёку и пытаясь сохранить спокойствие, дабы не напугать сына.

— Надо же, какая забота. Только я на твоём месте не стал бы мальца обманывать, — перегар морского волка заставил меня скривиться.

Да, давно я не бывала в переделках. Уж и забыла, какого это бывает. Признаться, я всё ещё надеялась на мирное решение возникшей проблемы. Неужели этому мерзавцу хватит наглости что-либо сделать с нами? Или он не знает, что поместье маршала Эволетта находится поблизости? Неужели полезет на рожон? М-да, видать это заезжие бандиты, эдакие «джентельмены удачи» не знающие страха и чувства самосохранения. Не зря Буран нервничал перед нашим отплытием.

Но во всём мне нужно винить только себя. Поддалась чувствам и мимолётной надежде, которая в любом случае не имела надежды на успех. С бандитами смысла связываться не было, ни как герцогине Киорлийской, ни как несчастной беглянке чужой страны. Куда не кинь, а всё клин…

Пока я рассуждала, бандиты не стали времени терять и уж точно не собирались вести переговоры, на которые я всё же надеялась. Один из рыбаков, уловив многозначительный взгляд Херр Капитана, схватил Стефана.

— Пусти меня, гад, пусти, сказал! — сынишка отбрыкивался, поднятый высоко над палубой.

Сердце выстрелило целой обоймой: Стефан извивался, пытаясь расцепить руки мучителя, но куда ему — ещё даже не отроку — тягаться со взрослым мужчиной?

Я бросила обеспокоенный взгляд на сына и затряслась от гнева. Кровь внутри вскипела, и во мне проснулась прежняя я, которая не боялась ничего.

Как! Как они посмели прикоснуться своими грязными лапищами к моей кровиночке?!

Как же мне было больно видеть, как Стефан отчаянно стучал маленькими кулачками по небритой физиономии рыбака, не в силах защитить меня, свою мать.

Мой маленький, отважный мужчина!

Глядя на этот бесчеловечный поступок бандита, я, не думая, решительно бросилась в его направлении, но жилистая рука Херр Капитана не дала совершиться возмездию и заломила мою хрупкую женскую.

Ну, уж нет, вдалбливаемый годами навык рукопашного боя никуда не исчез: я рефлекторно применила приём самообороны, немедленно и чётко освобождаясь от захвата. С Херр Капитаном я вполне могла биться даже в антимагических браслетах на равных, если бы не мешающие мне негодяи. Один из морячков изловчился и обхватил меня сзади, не давая свободно двигаться. Что ж, зря он так поступил, и недолго думая, до крови прокусила его руку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ах, ты ж, ***! — взвыл он. — Ты мне за это ответишь! Повредила мою руку — лишишься своей!

Бандит выхватил из ножен изогнутую саблю, и не успела я опомниться, как он отрубил кисть моей руки поверх красивых браслетов. Вот только он, по всей видимости, считал, что это просто дорогие украшения.

— А-а-а! — невольно вырвалось у меня, когда наравне с болью, я почувствовала приток магической энергии.

Херр Маршал фон Стейнвегг, чтоб Вас комары покусали! Тут было в пору и поплакать, и посмеяться.

— Какое огорчение, — ничуть не раскаиваясь в поступке подчинённого, произнёс Херр Капитан. — Но так даже лучше. На чёрном рынке калеки пользуются небывалым спросом последнее время, а за такую красавицу, как ты, Фрау, с «миленьким» изъяном мы вполне можем взять втридорога, если даже не больше. Тем более, ты у нас из благородных. Что скажете, парни?

Ответом главному бандиту послужил дружный корявый смех. Однако, в пылу своего веселья они не заметили самого главного.

С нескрываемым злорадством я наблюдала за изумлением и последовавшим ужасом всей команды, когда из моей раны не только не потекла кровь, но и сама рука, которую быстро подняла, резко вырвавшись, медленно начала срастаться и восстанавливаться на глазах.

Я всё ещё стояла на коленях, полуотвернувшись от них. Вот это удача! Благодаря отрубленной кисти, антимагический браслет слетел, и теперь я была абсолютно уверена, что вновь обретала волшебные силы, пусть и наполовину, но и этого достаточно, чтобы справиться с шайкой преступников. Наконец, когда рука закончила сращиваться, я повернулась к сыну и тихо прошептала:

— Сынок, Стефан, я с этими моряками поиграю немного. Не бойся.

Бандиты, не веря собственным глазам, наблюдали за тем, как я быстро собирала вокруг себя морскую воду, и как гневно горели мои глаза. Что ж, сами напросились!

— Ну что, мальчики, потанцуем?

Все оставались в оцепенении. Ну да, никто из них не ожидал такого поворота от беззащитной женщины с ребёнком. Лишь только один из рыбаков, пытаясь привести команду в чувства, воскликнул:

— Блеф! Не верьте ей! Она тоже хочет нас обмануть, как та бабулька с иллюзиями!

— Верно! — согласились с ним опомнившиеся остальные бандиты и бросились на меня.

Глупо, как глупо с вашей стороны, подонки!

Я очень и очень недобро ухмыльнулась. Многолетнее воздержание, злость, обида и отчаяние вылились всплеском энергии. Отсекая пути отступления бурными потоками, я целенаправленно собирала банду злоумышлеников в центре палубы, а затем одним точным движением запечатала их в водяной тюрьме. Это получилось настолько легко, что даже не интересно. Но не все были мною пойманы. Держащий моего сына мужлан запаниковал и, в надежде спасти свою шкуру, швырнул Стефана в стену, а сам прыгнул в воду. Я благодарила всех богов, что вовремя это заметила и направила струю к сыну, смягчая удар.

Укрыться на судне никто не смог. Мои водные потоки, словно щупальца, заглядывали в любой, даже самый дальний уголок, подавая мне импульсы, и опутывая, словно канатами, я тащила их на палубу к остальным. Недопохитители безуспешно пытались