Пламя и кровь - Джордж Мартин

В нем числились имена двадцати мужчин, будто бы изливавших свое семя в лоно королевы Алис. Старые и молодые, пригожие и неказистые, рыцари и оруженосцы, лорды и челядинцы, даже певцы, кузнецы и конюхи — десница короля, похоже, широко раскинул сети. Роднило всех только одно: они были отцами здоровых детей, доказав тем самым свою мужскую силу.

Под пытками сознались все, кроме двоих. Один из сознавшихся, отец двенадцати детей, все еще хранил золото, уплаченное лордом Харровеем «за службу». Дознание учинили скорое и тайное; ни лорд Харровей и королева Алис не ведали о подозрениях короля, пока к ним не вломились рыцари Королевской гвардии. На глазах Алис, которую вытащили из постели, убили ее сестер — они пытались защитить королеву. Ее отца, который в тот час досматривал Башню десницы, скинули с крыши на камни, и он разбился насмерть. Схватили также сыновей, братьев и племянников Харровея, всех их сбросили на пики, которыми был утыкан сухой ров вокруг Твердыни Мейгора. Кто-то умирал часами, а слабоумный Хорас Харровей промучился несколько дней. Двадцать прелюбодеев из списка королевы Тианны в скором времени присоединились к ним, а затем еще дюжина мужчин, которых назвали первые двадцать.

Наихудшую смерть уготовили самой королеве Алис, которую отдали на муки Тианне, ее сестре по браку. Об этой смерти мы говорить не будем, ибо о некоторых вещах лучше всего умолчать и забыть. Достаточно сказать, что Алис умирала почти две недели, а сам Мейгор неотступно находился рядом и смотрел на ее агонию. Тело королевы разрубили на семь частей и водрузили их на пиках над семью городскими воротами, где те и оставались, пока не сгнили.

Сам король Мейгор покинул столичный город. Собрав сильное войско рыцарей и латников, он выступил на Харренхолл, чтобы довершить истребление дома Харровеев. Защитников у огромного замка на Божьем Оке было немного, и кастелян, племянник лорда Лукаса и родич покойной королевы, открыл ворота приближающемуся королю, но покорность его не спасла. Его милость предал мечу весь гарнизон, а также всех мужчин, женщин и детей, в ком нашли хоть каплю крови Харровеев. Затем король ушел в Город лорда Харровея на Трезубце, где повторил все сделанное.

После этого кровопролития стали поговаривать, что Харренхолл проклят, ибо всякий род, владеющий замком, постигали печальная судьба и кровавая гибель. Тем не менее, многие честолюбцы из людей Мейгора желали замка Харрена Черного и его обширных и плодородных земель. Столь многие, что утомленный бесконечными прошениями король пообещал отдать Харренхолл сильнейшему. И вот посреди залитых кровью улиц Города лорда Харровея двадцать три королевских рыцаря сразились на мечах, копьях и булавах. Победа досталась сиру Уолтону Тауэрсу, и Мейгор назвал его лордом Харренхолла. Однако общая схватка была жесточайшей, и Тауэрс недолго наслаждался наградой — он умирал от полученных ран и через две недели скончался. Харренхолл отошел старшему сыну сира Уолтона, но угодья замка сильно поубавились: Город лорда Харровея король передал лорду Альтону Баттервеллу, а остальные земли Харровеев — лорду Дарнольду Дарри.

Мейгора, вернувшегося в столицу к делам Железного трона, встретили вестью о смерти его матери, королевы Висеньи. А из-за смятения после ее кончины сразу не заметили, что королева Алисса с детьми исчезла с Драконьего Камня, причем вместе с драконами, Вермитором и Среброкрылой, а куда — никому не было ведомо. И более того, беглецы смогли выкрасть валирийский меч Темную Сестру.

Его милость распорядился сжечь тело усопшей матери, захоронив прах и кости подле Завоевателя, а после того послал Королевскую гвардию схватить собственного оруженосца принца Визериса:

— Заключите его в темницу и допросите пожестче. Узнайте, куда бежала его мать.

— Он может и не знать, — усомнился сир Оуэн Буш, рыцарь Королевской гвардии Мейгора.

На что король, как известно, изрек:

— Значит, пусть умрет. Быть может, эта сука заявится на похороны.

Принц Визерис не знал, куда исчезла его мать — не помогли даже темные искусства пентошийки Тианны. После девятидневного допроса принц умер, а тело его по приказу короля бросили на пару недель гнить на внутреннем дворе.

— Подождем, пока его мать не придет за ним, — сказал Мейгор.

Но королева Алисса так и не появилась, и, в конце концов, его милость предал останки огню. Загубленному принцу исполнилось всего пятнадцать лет; его любили и лорды, и простой люд. Все королевство скорбело о нем.

В 45 году от З.Э. возведение Красного замка наконец-то завершилось. В честь этого события король Мейгор устроил пир для мастеров и рабочих — всех, кто строил замок. Туда отправили целые возы крепких вин и сладких яств, отрядили шлюх из лучших городских борделей. Празднества длились три дня. А после от короля пришли рыцари и предали мечу всех работников, чтобы те не смогли раскрыть секреты Красного замка, под которым и захоронили их кости.

Вскоре после завершения строительства некая внезапная болезнь поразила королеву Серису, и та скончалась. При дворе гулял слушок, что ее милость якобы оскорбила короля каким-то едким замечанием, и он приказал сиру Оуэну вырезать ей язык. И будто бы королева сопротивлялась, а соскользнувший нож сира Оуэна резанул ей по горлу. В то время эта история, пусть и ничем не подтвержденная, широко разошлась, но ныне большинство мейстеров почитают ее за клевету, состряпанную каким-то врагом короля, чтобы очернить его еще более. Как бы там ни было, после смерти первой жены у Мейгора осталась единственная королева — пентошийка Тианна, госпожа над пауками с черными волосами и черным сердцем, которую ненавидели и боялись все до единого.

Едва был уложен последний камень Красного замка, Мейгор повелел очистить вершину холма Рейнис от руин септы Поминовения вкупе с костями и прахом сгинувших там Сынов Воина. Его милость постановил, что на том холме должно быть воздвигнуто огромное каменное «стойло для драконов», достойное обиталище для Балериона, Вхагар и их потомства. Так началось возведение Драконьего Логова. Вполне ожидаемо оказалось, что поиск зодчих, каменщиков и прочего рабочего люда для этой стройки — дело весьма непростое. Их так много сбежало, что королю, в конце концов, пришлось завезти мастеров из Мира и Волантиса, а в подчинение им поставить колодников из городских темниц.

В конце 45 года от З.Э.