Деревенская кукольница - Елена Ликина

прав. В свой визит к тётке Тае Николай не заметил никого из особых гостей. Кто-то из них набросил непрогляд и на Лиду, Николай смог различить лишь слабый серебристый свет, окутывающий её.

Позвать бы сюда Натку. Или Натэлу с Люсей. Вот кто бы дал дельный совет – Николай в этом нисколько не сомневался. Да только не получится так. Связи нет, а уехать сейчас – потерять драгоценное время. В его отсутствие может произойти что угодно. Нужно рассчитывать лишь на себя.

– Так посмотреть, что-ль? А, хозяин? – настойчиво повторил Тихон.

– Что?.. – чуть вздрогнув, Николай виновато улыбнулся запечнику. – Прости, не расслышал. Ты о чём?

– В подполе нашёл кой-чего. От прошлого хозяина… от деда… – Тихон сбился и помрачнел. – Не знаю даже, стоит ли показывать.

– Раз начал – договаривай, – заинтересовался Николай. – Что нашёл?

– Коробчонку.

– Показывай.

– Не можно. Не даётся она в руки нашему брату. Заговорённая, видать. Ты бы сам попробовал. Вдруг получится.

– Ну, давай, – Николаю совсем не хотелось спускаться в мрачный холодный подвал. Что может быть интересного в какой-то коробчонке? Но делать нечего – под настойчивым взглядом Тихона он откинул крышку люка и спустился вниз. Домовый прошлёпал следом – покопавшись в дальнем углу, извлёк из набросанного тряпья изношенный дедов тулуп, оттянул на сторону карман, в котором что-то темнело.

– Вон она, коробчонка. Углядел, Николаша?

– Углядел, – Николай осторожно потянул коробок. Тот оказался совсем небольшим – сантиметров десять в длину – и очень грязным. Толстый слой сажи покрывал его со всех сторон.

– В печи выдержан, в самой топке! – просипел Тихон. – Вишь, дерево подкоптилося.

– И не сгорел? – Николай повертел коробок.

– Под закляткой разве сгорит.

– Что там, как думаешь? – Николаю вдруг расхотелось заглядывать внутрь.

– Глянь сперва сам. После скажу.

На коробке не было ни замка, ни зазора. Николай и вертел его, и стучал, но всё без толку.

– Что ты как маленький, Николаш! – наконец не выдержал Тихон. – Тут словом надо, неужто не дотумкал?

– Да каким словом-то? – вспылил Николай. – Сим-сим откройся?

В ответ негромко затрещало – между половинками коробка протянулась щель.

– Во даёт! – Николай изумлённо взглянул на запечника. – Прям как в знакомой сказке. Там тоже волшебное слово было – сим-сим…

– Не знаю я никакую сим-симу, – Тихон уставился на коробок. – Ты попросил – он послушался. Вот и вся наука.

– Ладно, давай смотреть, – Николай аккуратно приподнял крышку и разочарованно выдохнул. Внутри не обнаружилось ничего выдающегося. Там лежал лишь старый стёршийся клык.

– Это чей? – доставать находку не хотелось.

– Волколачий. Тот сбросил, а дед подобрал. На семи огнях прокалил, заговором запечатал.

– А поподробнее? – попросил Николай. – Что значит на семи огнях?

– Семь раз печь разжигал. Осиной да берёзой растапливал. Дубовых листьев добавлял. Погостной земелей досыпал.

– Однако, – Николай негромко присвистнул. – Зачем столько возни?

– Чтобы дело сладилось! – Тихон огляделся и зашептал. – С этим клыком оборотиться можно! В волка перекинуться!

– Да ладно тебе, – Николай усмехнулся. – Через нож, слышал, оборачивались. Но чтобы через клык…

– Дак клык особенный! Волколачий!

– Не верится мне в это, Тихон. Уж прости. Что же дед… Колдун его не опробовал?

– Дак не успел! Обряд-то провёл. А после выжидать пришлось. Колдовство вроде как настояться должно. Вот как вино у заполоши. – Тихон мечтательно сощурился. – Она таку-у-у рябиновку соображает! И настой из можжевёловых ягод. Помнится, сяду вечерком, как пойду пробу снимать, как пойду!..

– И сколько требовалось выждать? – перебил размечтавшегося Тихона Николай.

– Дак семь годов надобно. Как раз времечко вышло. Теперя должон в силу войти. Только смотри, Николаша, страшная эта штуковина! Оплаты потребует. Оно ж как бывает – что-то взял, а что-то взамен отдай.

– Зачем же ты мне её показал?

– Дак сам не знаю, – Тихон поскрёб в бороде. – Мож, пригодится для чего. Только к себе не пользуй.

– А что будет, если использую? – Николай не поверил в возможную силу клыка, но подразнить Тихона хотелось. – Обернусь волком. Распугаю сходку у Таи, освобожу девушку Лиду.

– Не можно так! – испугался Тихон. – Платить придётся, Николаша.

– И чем платить?

– Жизней! Если к себе приблизишь – считай всё! Род на тебе завершится.

– Не великая потеря, – пробормотал Николай. – Род завершился на бабушке. Я всего лишь последыш.

– Да что ты, что ты… – всполошился Тихон. – Не говори так. Нельзя!

– Ладно! Давай уже выбираться, – Николай только теперь понял, насколько замёрз. Захлопнув коробочку, сунул её в карман и полез наверх. Тихон сопел позади, твердил про непосильную плату.

Николай молчал, ему вдруг очень захотелось опробовать клык, испытать на себе его силу.

– Поклянись, Николаша! – Тихон подёргал его за штанину. – Обещай, что не станешь пользовать!

– Отстань, Тихон. Я же не знаю, что нужно делать.

– Вот и хорошо, вот и славно… – Тихон забегал возле печи с тревогой поглядывая на Николая. Внезапно что-то вспомнив, он звонко шлёпнул себя по лбу и, отколупнув кусочек глины, сунул тот Николаю. – Возьми лучше опечину. Она не многое может, но скрытое покажет.

– Я смогу увидеть скрытое? – оживился Николай. – Что же ты сразу не сказал?!

– Старый стал… старенький… память не та… Только теперь и вспомнил.

– Как действует эта… опечина?

– В руке зажми. И крепко держи. А больше ничего и не надо.

– Ну, Тихон! Спасибо. Ты мастер удивлять! – Николай быстро направился к выходу.

– Далеко ли собрался, Николаш?

– Пройдусь по деревне. Может, встречу кого. Увижу скрытое.

Глава 11

Обращение

Николай сразу увидел Лиду – она стояла возле машины. Рядом толклась незнакомая бабка. Что-то втолковывая девушке, размахивала деревянной клюкой. Обычная бабка. С виду совершенно безобидная. Если бы не опечина, он не смог бы разглядеть её истинную личину. Не смог бы распознать тварь.

Откуда она прибрела в Глушь? Зачем наведалась в покинутую деревню? Возможно, объявила очередную охоту? И её теперешняя жертва – Лида?!

У Николая взмокли ладони. Опечина скользнула на снег, но он не стал её поднимать.

Нужно вернуться, – подумалось вдруг. Отступить, пока ещё не поздно. Способа, как одолеть бабку, он всё равно не знал. Да и возможно ли сделать такое?

Зачерпнув снега, Николай отёр им лицо, пытаясь загасить раскручивающуюся панику.

– Вернись! Отступи! Противник тебе не по силам! – вопило где-то внутри.

В памяти всплыли давние бабушкины сказы. Самый страшный из них был про неё – про лихарку, что бродит особняком по земле.

– Просто так её не прознать, – говорила бабушка. – На ней всегда чужое обличье. Любым перекинуться может, любого заморочит, себе подчинит. А после выпьет до донышка, вытянет всё светлое да хорошее, и станет человек пустышкой.

Руки предательски затряслись. Путаясь в карманах, Николай вытащил старенький коробок, вывалил