Генерал под напряжением, или Как ведьма хотела замуж - Татьяна Михаль

class="p1">— Клянётесь ли вы, Аглая, быть женой Кесаря? Любить его, беречь, уважать? Быть с ним в радости и горе, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?

— Клянусь, – проговорила я, и мой голос не дрогнул.

Феня поднялся на задние лапы, протягивая мешочек с кольцами. Кесарь взял одно, надел мне на палец.

— Этим кольцом я обручаюсь с тобой, – его слова были древними, как мир, и новыми, как это утро.

Я взяла второе кольцо, надела ему на палец, и мои руки дрожали.

— Этим кольцом я обручаюсь с тобой, – повторила я.

— Объявляю вас мужем и женой, – провозгласил отец Вениамин. – Кого соединил Бог, человек да не разлучает.

И тогда Кесарь поцеловал меня.

Ох, он меня наградил совсем не лёгким, целомудренным поцелуем, которого я ожидала в церкви.

Он со всей страстью набросился на меня.

Его руки обхватили моё лицо, пальцы зарылись в волосы, и он притянул меня к себе так, будто я была воздухом, которым он дышал.

Его губы тёплые, но твёрдые накрыли мои, и я почувствовала, как мир исчезает.

Не стало церкви, людей, ничего и никого, кроме этого мгновения.

Его дыхание смешалось с моим, и сердце билось так же сильно, как и моё.

Я обвила его шею руками, притянула ближе, и он тихо застонал, и поцелуй стал глубже и жарче, даже отчаяннее, как будто мы оба всю жизнь ждали этого мгновения.

Как будто всё, что было до сейчас – ошибки, страхи и одиночество, всё растворилось в нашем поцелуе, оставив только нас.

Кто-то кашлянул, а кто-то зааплодировал.

Феня, кажется, буркнул что-то язвительное, но я не слышала.

Когда мы отстранились, я увидела, что его глаза стали темнее.

— Отныне ты моя жена, Аглая, – проговорил он тихо и только для меня.

— А ты – мой муж, Кесарь, – произнесла я удивлённо.

И церковь взорвалась аплодисментами.

* * *

Банкет у тётушки Марии я почти не помню, так как было слишком много людей, поздравлений, слёз и смеха.

Тётушка Мария накрыла столы прямо на улице, и казалось, что весь город сидит за ними.

Мясник принёс лучшие куски мяса, торговец зеленью свежие овощи, даже староста, тот самый, который не мог меня простить, подошёл и сказал:

— Я был неправ, Аглая Игоревна, уж простите меня.

— За что? – не поняла я.

— За то, что злился на вас. Вы тогда не виноваты были, потому что моя жена… ну, она сама виновата. А вы просто помогли правде наружу выйти.

Он пожал мою руку и ушёл, а я стояла с открытым ртом, не веря, что это происходит.

Феня носился между столами, собирая дань в виде сарделек и колбасок, и его голубые глаза сияли, как два драгоценных камня.

— Это лучший день в моей жизни! – объявил он, запрыгивая на колени к тётушке Марии.

Кесарь был рядом всё время.

Я чувствовала его присутствие, его руку на моей талии, его смех, когда я отвечала на очередное поздравление, его взгляд, который я ловила на себе, когда думала, что он смотрит в другую сторону.

— Устала? – спросил он меня, когда солнце начало клониться к закату.

— Немного, – призналась я.

— Поедем домой?

— Да, поехали домой, – кивнула я, и это слово прозвучало иначе, чем раньше.

Домой, в наш дом.

— Кесарь?

— Да?

— Спасибо тебе, вообще за всё.

Он чуть удивлённо посмотрел на меня.

— Аглая, – начал он. – Я обещал, что мы разберёмся с этой ситуацией, и я сдержал слово.

— Ты сдержал слово, – кивнула я.

— Но есть кое-что, о чём я не говорил, – он взял мою руку, поднёс к губам, и я почувствовала, как его дыхание касается кожи.

— Что?

— Я рад, что твоё заклинание привело меня к тебе.

Он поцеловал мои пальцы, и я поняла, что это не конец истории. Это только начало.

Потом Кесарь поднял меня на руки, а я обхватила его шею и счастливо засмеялась, он вошёл вместе со мной на руках в дом. Навстречу новой жизни, историям и новым чудесам, которые, я уверена, уже ждали нас.

Глава 18

— АГЛАЯ —

Следующие несколько дней прошли как в тумане, но не в том мутном, тревожном тумане, который окутывает всё перед бедой, а в лёгкой, золотистой дымке, сквозь которую мир кажется лучше, чем он есть на самом деле.

Или, может быть, таким, каким он должен быть.

Я просыпалась утром и первым делом смотрела на свою правую руку. Кольцо было на месте.

Мы завтракали вместе.

Тётушка Мария присылала еду три раза в день, и я уже начала привыкать к тому, что на столе всегда есть горячий суп, свежая выпечка, а от моей стряпни кухня не затягивается гарью.

Иногда мне казалось, что я проживаю чужую жизнь, которую не заслужила.

Но потом Кесарь смотрел на меня, и я понимала: нет, это моя жизнь. Просто раньше я не знала, что она может быть такой… уютной, красивой и счастливой.

А ещё заклинание его больше не держало. Кесарь стал свободен сразу, как только мы обручились.

Значит, он мог уйти.

Мог вернуться в столицу, к своей службе, своей жизни и развестись со мной.

Всё вернулось бы на круги своя.

А я останусь здесь, в «Тихой Заводи», с Феней и Флорой, и делать вид, что ничего не было.

И моя репутация снова станет прежней, если ни ещё хуже.

Ведьма-разведёнка. Класс.

— Свободен, – повторил Кесарь в тот день, когда мы выяснили это, но почему-то он не выглядел радостным.

— Это прекрасно, – сказала я, чувствуя, как внутри что-то сжимается. – Теперь ты можешь покинуть это место, избавиться от моего общества и вернуться…

— Могу, – согласился он. – Но это не значит, что я должен так поступить.

— Что ты имеешь в виду?

Он подошёл ближе, взял меня за руку, и я почувствовала, как его пальцы крепко, но бережно сжимают мои.

— Аглая, – сказал он. – Мы женаты. Не только по заклинанию, а по-настоящему.

— Я знаю, – прошептала я.

— И я не собираюсь уходить, а потом разводиться с тобой, – сказал он. – Если ты не прогонишь меня.

— А если прогоню?

— Тогда я