Не мечтай о нас - Кристина Рэйн

Дрожащими пальцами я достаю червяка, застрявшего между грудями, и с отвращением бросаю его в раковину. В этот момент я слышу, как открывается тяжелая деревянная дверь и в туалет кто-то заходит.

– Я видела, что произошло, – раздается женский голос.

– И как, весело было? – сухо интересуюсь я, не оборачиваясь. Должно быть, она была среди тех, кто стоял наверху и наблюдал за происходящим. В голосе незнакомки нет ни дружелюбия, ни сочувствия.

Я стискиваю зубы и снимаю с себя второго червя. Мой взгляд прикован к отражению, но девушка подходит так близко, что оказывается в поле моего зрения. Мое внимание сразу привлекают завязанные в высокий хвост волосы, выкрашенные в ярко-красный цвет. Две свободные пряди обрамляют ее светлое лицо с заметным макияжем. У девушки винно-красные губы и подведенные черным глаза, взгляд которых встречается с моим в зеркале.

Она молча заходит мне за спину, вынимает из моих волос червяка и бросает его в раковину.

– Снимаю перед тобой шляпу. Молодец, что не расплакалась на глазах у этих псевдокоролей.

– Псевдокоролей?

– Трех дней в кампусе было достаточно, чтобы понять, кто здесь считает себя главным. Стоун и его последователи играют с новичками в «Повелителя мух». Каждый, кто к ним не присоединится, рано или поздно должен истечь кровью.

Теперь я поворачиваюсь к незнакомке и окидываю ее изучающим взглядом:

– Ты тоже новенькая? – Я обращаю внимание на ее школьную форму, которая несколько отличается от обычной. На девушке облегающий черный топ и ремень с шипами, обычная юбка в темно-зеленую клетку и галстук того же цвета. На ногах – колготки в сетку и армейские ботинки.

– Форму выдают только после того, как ты определишь свой элемент и будешь официально зачислена в академию, – отвечает она на мой вопросительный взгляд. – Ты, похоже, еще не открыла в себе талант?

– Пока что нет. Легкая добыча для Сайласа и его друзей, – фыркаю я в ответ и отворачиваюсь к зеркалу, чтобы как можно скорее убрать с себя оставшихся червей. Красноволосая без лишних вопросов принимается мне помогать, и я бесконечно благодарна ей за это.

– Они просто хотят от тебя избавиться, пока ты не обнаружила свои способности и не превзошла их всех.

– И ради этого они опускаются до таких глупых выходок? Можно подумать, я откажусь от учебы здесь из-за нескольких дождевых червей.

В отражении я вижу, как лицо незнакомки исказилось.

– Они объявили на тебя охоту. Крутые ребята публично тебя унизили, и это развязывает руки остальным. Студенты поняли, что ты – заноза в заднице Сайласа, и тот, кто хочет к нему подлизаться, этим воспользуется.

Просто супер.

– Ты, кажется, знаешь об этом все, – хмыкнула я.

– Меня саму травили в старшей школе. Здесь динамика та же. Просто дело больше не в твоем стиле одежды или увлечениях, а в способностях, родословной и деньгах.

– Деньгах? – недоверчиво уточняю я.

– Послушай, милашка, учеба здесь стоит баснословно дорого, а грантов Найтстоун почти не выделяет. В мире магов тоже все решают богатство и власть. Так что тебе, наверное, лучше со мной не общаться. Если они узнают, что ты объединилась со стипендиаткой без гроша за душой, мишень на твоей спине станет только ярче.

Я улыбнулась девушке в зеркале.

– Тогда пусть перезаряжают оружие. Я их не боюсь.

– А ты круче, чем кажешься, милашка. Меня зовут Блейк. А ты?

– Хэйден.

* * *

Прохладный ветерок ласкает мои открытые руки. Я устроилась на лужайке в тени большого клена, который нашла на окраине кампуса, положив на колени только что взятую в библиотеке книгу. Кончики пальцев касаются кожаной, явно старинной обложки.

Блейк проводила меня в общежитие, где я смогла принять душ и смыть с себя грязь и отвращение от выходки Сайласа. Затем я выкроила немного времени, чтобы вместе с ней заглянуть в библиотеку, которой вчера так восторгался Джин. После этого моей новой знакомой нужно было уйти на мероприятие для магов-огневиков, поэтому нам пришлось на время расстаться. Однако мы обменялись номерами телефонов, и Блейк предложила мне переночевать у нее, а значит, спать на улице точно не придется. Конечно, Блейк уже делит комнату с другой стипендиаткой, но она сказала, что Кьяра не против и будет рада приютить меня на несколько дней. И хотя мне не хотелось снова напрягать Блейк, другого выхода у меня не было.

Если у меня вообще получится здесь остаться…

Я не смогу участвовать ни в каких мероприятиях до следующего вторника – если только сама случайно не раскрою свои способности в ближайшие несколько дней. Но пока мне хотелось бы заняться кое-чем другим. Вчерашний разговор об отце с профессором Холодные Голубые Глаза натолкнул меня на одну мысль.

Я как раз собираюсь открыть список выпускников магистратуры за 1995–1998 годы, в котором надеюсь найти ответы на некоторые вопросы, когда чувствую в кармане брюк вибрацию смартфона. Взглянув на экран, вижу новое сообщение от Кенни, который записан у меня как «Кен». Я назвала его так еще до начала нашей дружбы. Раньше мне казалось, что Кенни – красавчик со страниц журналов, с которым даже поговорить не о чем, но спустя пару встреч с ним я поняла, насколько ошиблась. Мы оба прошли через похожие трудности и пережили потерю родных, поэтому в последние годы Кенни стал единственным человеком, которого я подпустила к себе ближе.

Кен: Как парни в Джульярде? Уже нашла парочку горячих танцоров-натуралов?

Если бы он только знал…

Я: Ха-ха. Ты ведь в курсе, мне это неинтересно!

Я: А ты? Нашел парочку горячих художниц?;)

Совесть все еще мучает меня из-за лжи, но я пытаюсь подавить в себе это чувство. Вдруг я ощущаю, как что-то касается моего правого бедра. От испуга телефон выскальзывает из пальцев, и я смотрю вниз. Но прежде чем я успеваю отреагировать, нечто обхватывает мои колени, рывком притягивает к дереву и словно веревка несколько раз обвивается вокруг верхней части моего тела.

Удар выбивает у меня из легких весь воздух, и крик застревает в горле. В считаные секунды я оказываюсь привязанной к стволу дерева. Мои руки плотно прижаты к бокам, а пошевелить я могу только ногами и головой, что не слишком спасает ситуацию.

– Ты все еще здесь, – шепчет мне на ухо кто-то сзади, и от теплого дыхания по моей коже бегут мурашки.

Айзек. Проклятье.

Я хочу повернуться на знакомый голос, но петли, приковавшие меня к дереву, поднимаются по ключицам к шее и обвиваются вокруг горла, будто чертовски тугое ожерелье.

– Айзек, –