Тысячи Осеней. Том 2 - Мэн Сиши

– Господин, у задних ворот мужчина с ребенком, назвался Янь Ин, говорит, что он из подчиненных циского князя, а ребенок с ним – это маленький господин из усадьбы его высочества. Он просит дозволения встретиться с князем.

Су Вэй нахмурился:

– Откуда он знает, что циский князь у меня?

Но Юйвэнь Сянь переспросил:

– Янь Ин? Он и вправду был моей правой рукой в бытность командующим. Быть может, это принцесса сказала ему, где я, и велела привести сюда седьмого молодого господина, чтобы спрятать. Пусть войдут, я встречусь с ними.

Су Вэй провел своих гостей по потайному ходу назад в кабинет, а оттуда – в павильон для приема посетителей. Служанка тем временем удалилась, дабы передать распоряжение господина, и вскоре привела юношу с ребенком на руках.

– Янь Ин! – в радостном удивлении вскричал Юйвэнь Сянь. – Ты привел седьмого молодого господина?

Юноша рухнул на колени, на глазах его выступили слезы:

– Ваше высочество! Янь Ин так тревожился за вас!

– Вставай, вставай! – громко говорил Юйвэнь Сянь. – Мужчине не пристало плакать! Да что же ты, вставай!

Он принял ребенка из рук Янь Ина. Малыш схватил Юйвэнь Сяня за щеки, с сосредоточенным видом долго в него вглядывался, а потом выпалил:

– Батюшка, ты похудел.

Юйвэнь Сянь крепко обнял сына и долго не хотел его отпускать. Наконец, разжав объятия, он спросил:

– Как вы нашли меня?

– Ваше высочество, – заговорил Янь Ин, – после вашего исчезновения по столице поползли слухи, будто вас убил Юйвэнь Юнь…

Под пристальным взглядом Юйвэнь Сяня он осекся, замялся и неохотно проговорил:

– Император поместил вашу семью под стражу в вашем собственном доме, несколько дней усадьба циского князя была оцеплена, и все мы места себе не находили, но без вашего распоряжения не смели ничего предпринять. И тогда Вэй Сюй сказал, что на всякий случай – мало ли что произойдет в усадьбе – я должен пойти к принцессе, узнать, где вы, поочередно вывести из усадьбы молодых господ и переправить их в безопасное место, дабы император в гневе не совершил непоправимого!

– И тогда принцесса попросила тебя вывести первым седьмого молодого господина? – уточнил Юйвэнь Сянь.

– Да, – кивнул Янь Ин. – Принцесса сказала, что седьмой молодой господин самый младший, его даже еще не записали в родословную, что случись – его будет непросто разыскать. И она велела сему подчиненному отвести седьмого молодого господина к вам.

Юйвэнь Сянь покрепче прижал к себе малыша. Новости весьма опечалили его: оказывается, даже принцесса готовилась к худшему.

Су Вэй был серьезен и мрачен.

– Говоришь, тебя просил так поступить Вэй Сюй? – переспросил он. – Пока ты шел сюда с седьмым господином, ты не заметил за собой слежки?

Янь Ин задумался.

– Да нет, вроде, ничего такого, я был крайне осторожен…

Не успел он договорить, как Шэнь Цяо изменился в лице и вскочил. Все взоры обратились на него:

– Монах Шэнь?

– Сюда спешат люди, конные и пешие! – проговорил он. – Должно быть, солдаты.

Все разом побледнели.

– Живо назад, в потайной ход! – крикнул Су Вэй.

Но Юйвэнь Сянь не шелохнулся.

– Слишком поздно, – сказал он. – Наверняка они явились по следам Янь Ина и уже окружили усадьбу Су, дабы схватить всех заговорщиков одним махом. Если семейство Су меня не выдаст, император так просто этого не оставит.

Янь Инь с досадой хлопнул себя по бедру:

– Вэй Сюй, мерзавец, неужто и впрямь нарочно послал меня к принцессе?! Принцесса мне доверилась, сказала, где вы, а он отправил за мной по пятам соглядатаев!

Тем временем большой отряд уже подошел к стенам усадьбы Су. Снаружи послышались угрожающие крики, ворота загрохотали от ударов. Поднялся такой шум, что его слышали даже гости усадьбы.

В павильон вбежал управляющий:

– Господин, беда! У ворот целая толпа, говорят, пришли за циским князем по приказу его императорского величества. Если не откроем сами – выломают ворота и ворвутся силой! Что нам делать?!

Юйвэнь Сянь тяжело вздохнул.

– Как говорится, коль счастье – так не горе, а коль горе – так что поделать? Похоже, от судьбы не уйдешь, чему быть – того не миновать. Отворяйте ворота, я уйду с ними. Нельзя допустить, чтобы семейство Су пострадало!

– Куда вы собрались?! – топнул ногой Су Вэй. – Уйдете вы или нет – нас все равно обвинят в укрывательстве преступника! Так за чем дело стало, прячьтесь, а я сам с ними разберусь! Не думаю, что они посмеют разнести всю усадьбу Су!

– Кажется, уездный гун Мэйяна совсем не почитает государя! Даже готов спрятать у себя изменника и навлечь беду на собственную семью! – донесся издалека чей-то холодный смех. Несмотря на расстояние, речь слышалась весьма отчетливо. Су Вэй содрогнулся – он никогда не занимался боевыми искусствами, а потому каждое слово отдавалось у него в ушах барабанным боем.

Первым в павильон вошел Юйвэнь Цин, которого Шэнь Цяо знал по совместному путешествию в Южную Чэнь, но смеялся не он, а тот, кто держался поодаль.

И этот человек тоже не был для Шэнь Цяо незнакомцем. При виде даоса тот в первый миг удивился, но тут же овладел собой и осклабился:

– Монах Шэнь! Вот уж точно, мир тесен!

– Мужун Цинь, – обратился к нему Шэнь Цяо и спокойно осведомился: – Как поживает Чэнь Гун?

Мужун Цинь расплылся в улыбке:

– Как нельзя лучше. Вы будете рады узнать, монах Шэнь, что государь пожаловал моему господину титул гогуна Чжао за то, что тот преподнес ему меч Тайэ.

Глава 31

Юйвэнь

Что ж, значит, Чэнь Гун не бросил сломанный им меч, из рукояти которого извлек одну из цзюаней «Сочинения о Киноварном Ян», а забрал с собой и перековал. Меч сей прославился во времена Сражающихся царств, а благодаря Цинь Шихуанди за ним закрепилось поверье, будто владеющий им будет владеть всей Поднебесной. Самому Чэнь Гуну меч Тайэ был без надобности, и он, желая угодить новому чжоускому государю, преподнес клинок Юйвэнь Юню. Если уж при Гао Вэе Чэнь Гун чувствовал себя как рыба в воде, то и с Юйвэнь Юнем, который от Гао Вэя мало чем отличался, найти общий язык ему было проще простого.

Появление большого отряда стражников, конных и пеших, которые ворвались в усадьбу Су и оцепили ее со всех сторон, переполошило ее обитателей. Кто-то боялся, кто-то гневался, и лишь некоторые сохраняли спокойствие.

Госпожа Цинь, мать Су Вэя, не могла сидеть на месте. Она вышла к непрошеным гостям в сопровождении второго сына, Су Цяо. Тот уже давно посвятил себя боевым искусствам, принадлежал к вольнице-цзянху и потому мог позволить себе не держать язык за зубами. Завидев чужаков, он холодно осведомился:

– Юйвэнь Цин, что ты себе позволяешь? Семейство Су ничего не нарушило и никого не обидело, так зачем ты явился сюда со сворой шелудивых псов?

Лицо Мужун Цина, к которому относилось это оскорбление, перекосило от