Тысячи Осеней. Том 2 - Мэн Сиши

Юйвэнь Цина, судя по всему, отправили выполнять грязную работу совершенно внезапно, сам он меньше всего искал ссоры с семейством Су. Выслушав Су Цяо, он с улыбкой ответил:

– Рад встрече, второй господин Су. Пару дней назад я слышал, будто бы вы отбыли на гору Цинчэн. Не думал, что вы могли так быстро вернуться.

Затем он повернулся к Юйвэнь Сяню, Су Вэю и госпоже Цинь, поприветствовал всех и обратился к Шэнь Цяо как к старому знакомому:

– После нашего расставания, монах Шэнь, я часто вас вспоминал. Похоже, теперь вы пребываете в добром здравии?

Шэнь Цяо кивнул:

– Весьма тронут, ныне мне гораздо лучше.

– Вот и славно, славно.

Непринужденное обхождение Юйвэнь Цина несколько разрядило обстановку.

Поклонившись Юйвэнь Сяню, Юйвэнь Цин наконец заговорил о деле:

– Почтенный князь, некто донес, будто именно вы причастны к тяжкой болезни и скоропостижной кончине предыдущего государя. Его величество страшно разгневался и велел мне привести вас во дворец, дабы вы могли объясниться. Ежели обвинение несправедливо, его величество поступит с вами по совести.

– Какая чушь! – не сдержавшись, выкрикнул Янь Ин. – Его высочество циский князь служил покойному государю верой и правдой, как мог он его погубить?! Все это гнусная клевета!

Шэнь Цяо, не удержавшись, оглянулся на Доу Янь: девочка пряталась за спиной Юйвэнь Сяня, она была потрясена и напугана.

Шэнь Цяо не разбирался в хитросплетениях дворцовых интриг и обыкновенно видел в людях только хорошее, но после всего пережитого он понемногу научился рассуждать как Янь Уши.

Юйвэнь Юнь знал: Доу Янь видела, как он убил отца, к тому же он ни на миг не забывал, что его дядя обладал немалым влиянием, совершил множество подвигов на поле брани и пользовался уважением и любовью среди солдат. Он опасался, как бы Юйвэнь Сянь не стал для него угрозой, и решил ударить первым, обвинив того в убийстве государя. Его не волновало, поверят в то или нет. Другое имело значение: никто теперь не поверит Доу Янь. Даже если девочка расскажет правду, она станет лишь очередным слухом.

Как-никак, Юйвэнь Юнь был родным сыном Юйвэнь Юна. Может, он и не блистал умом, но решительности и хитрости, необходимых для государя, ему было не занимать. Юйвэнь Сянь, в свою очередь, промешкал слишком долго. И сегодняшний день, пожалуй, ничем хорошим для него не закончится.

Если уж Шэнь Цяо все понял, то сам Юйвэнь Сянь тем более не мог не понять. Мысли обо всем, что предшествовало нынешним обвинениям, вихрем пронеслись в его голове.

На самом деле Янь Уши приходил к нему еще при жизни Юйвэнь Юна и недвусмысленно дал понять: если тот жаждет великих свершений и готов сместить наследного принца Юйвэнь Юня, то школа Чистой Луны окажет ему всяческую поддержку. Но тогда Юйвэнь Сянь не дал согласия. А потом Юйвэнь Юн вдруг занемог, да так тяжело, что слег. Тогда Бянь Яньмэй снова намекнул Юйвэнь Сяню, что надобно заранее готовиться к тому, что последует за смертью государя, но Юйвэнь Сянь и в этот раз не решился действовать и отказался идти против воли Неба.

Бянь Яньмэй не стал его уговаривать. На следующее утро после кончины императора в его усадьбе не осталось ни души, и никто не знал, куда делись ее обитатели. А сам Юйвэнь Сянь, отказавшись от помощи, допустил роковую оплошность и оказался в западне. Все случилось ровно так, как и предвидел Янь Уши.

Когда-то глава школы Чистой Луны сказал ему: «Не пройдет и месяца после кончины Юйвэнь Юна, как Юйвэнь Юнь выступит против собственного дяди».

Его слова сбылись.

Юйвэнь Сянь вздохнул – он и сам не знал, что теперь чувствует.

– Всю свою жизнь я верно служил государю, – ответил он Юйвэнь Цину. – Солнце и луна свидетели, что я не лгу. Это знал прошлый император, знает нынешний, знают все придворные сановники. В день смерти императора я и вправду приходил во дворец навестить его, но государь утомился и задремал, потому я пробыл у него не больше четверти часа, а затем сразу же удалился. Лишь потом я узнал о том, что его величество почил. Как же я могу быть причастен к его кончине?

Юйвэнь Цин смутился:

– Почтенный циский князь, сии речи вам лучше приберечь до встречи с его величеством. Я лишь исполняю высочайшее повеление, решать что-либо – не в моей власти.

– Если циский князь войдет во дворец, то выйдет ли оттуда живым и здоровым? – холодно вопросил Су Вэй.

Юйвэнь Цин промолчал. По правде говоря, ответ и не требовался – все и так его знали.

– Сановник Юйвэнь, – вдруг подал голос Мужун Цинь, – когда мы отправлялись, государь велел не затягивать с сим делом, чем быстрее, тем лучше!

В лице Юйвэнь Цина читалось недовольство его словами, однако он не осадил Мужун Циня, а обратился к Юйвэнь Сяню:

– Почтенный князь, вы сами все слышали. Прошу, следуйте за мной.

– Ваше высочество, вам нельзя с ними идти! – выпалил взволнованный Янь Ин. – Если пойдете – назад уже не вернетесь! Всяк в Поднебесной знает, что вас обвиняют несправедливо, но император ни за что вас не отпустит. Только прикажите – и я жизнь отдам, но помогу вам уйти!

Мужун Цинь криво усмехнулся:

– Государь подготовился загодя, как говорится, силки на небе и сети на земле. На всем пути от усадьбы Су до выезда из столицы расставлены засады, где караулят опытные мастера боевых искусств. Даже если вы и вырветесь отсюда, из Чанъаня вам не сбежать! Да и кроме того, вся ваша семья по-прежнему остается в усадьбе: неужели вы так жестоки, что обречете их на смерть?

– Какой же ты подлец, Мужун Цинь! – обрушился на него Янь Ин. – Слуга трех господ! Да как ты смеешь рот открывать!

– Су – древний и знатный род, – внезапно заговорила госпожа Цинь. – Он всегда славился благородством и честностью, в нем не было ни одного подлеца или труса. Циский князь проливал кровь на поле брани во имя Чжоу, совершил немало ратных подвигов, доблесть его всем известна, народ уважает и преклоняется перед ним. Разве можно бросить его в темницу, поверив злому навету? Если его величество сомневается, я готова от имени рода Су поручиться за невиновность циского князя!

– Верно, – поддержал мать Су Вэй. – Род Су готов свидетельствовать в пользу циского князя.

– Воля ваша, – равнодушно ответил Мужун Цинь. – Ступайте к его величеству и перед ним говорите все что пожелаете, а нам не мешайте исполнять приказ. Мы пришли за Юйвэнь Сянем, и ничьи слова нас не остановят.

Су Цяо смерил Мужун Циня гневным взглядом:

– А если мы его не отдадим?

– Тогда не взыщите, – Мужун Цинь медленно обнажил меч.

– Господин Мужун! Сей юноша – второй господин Су, но притом он личный