Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— Прошу прощения за дерзость, моя госпожа, но почему вы сразу не избавились от этого… плода? — спросила Гармонисса осторожно, не прекращая массировать бока Алайи, — Ведь отец ребенка — тот самый наглый вор-смертный, Константин. Ваш злейший враг.

Алайя устало вздохнула, откидываясь на подушки. Ее прекрасное лицо исказила мрачная досада. Отблески адского пламени плясали в черных провалах глаз.

— Думаешь, не пыталась? Как бы не так! — произнесла богиня с горечью, — Представляешь, этот ребенок… он попросту отказался умирать. Сопротивлялся моей воле, моему прямому желанию, силе божественной! Крохотный эмбрион, пылинка, а воле матери-богини не подчинился!

Гармонисса застыла с отвисшей челюстью. За все время своей продолжительной жизни такого она еще не слышала. Немыслимо!

— Но… но как такое возможно? — пролепетала она, пораженная до глубины души, — Значит… ребенок будет невероятно могущественным? Героем? Может, даже бессмертным божеством, как мы?

— Скорее всего, — мрачно кивнула Алайя, — Я пробовала еще несколько раз, уже более изощренными методами. Бесполезно. Плод… не поддается. Он словно надежно защищен какой-то неведомой силой. Возможно, гадкий папаша-Константин приложил к этому руку, но я не уверена… Может быть он и не причем…

Гармонисса понимающе закивала, хотя сама пребывала в полнейшем ступоре. Дитя от столь могущественных родителей… опасный и ценный козырь в рукаве. Хотя саму ситуацию она находила донельзя унизительной и возмутительной для ее великой госпожи. Это ж надо было так опростоволоситься!

В любом случае, дело сделано. Остается только ждать, каким вырастет этот маленький божественный ублюдок.

Неожиданно Алайя пронзительно вскрикнула и схватилась за живот, сгибаясь пополам. Не успела Гармонисса и глазом моргнуть, как тело богини резко сорвалось с места, словно само по себе. Пролетев по дуге, оно с оглушительным плюхом угодило прямо в гущу раскаленной лавы, где как раз поджаривалась очередная партия грешников.

— ГОСПОЖА!!! — взвизгнула Гармонисса, кидаясь к краю потока магмы. Растянула сеть из прочных паучьих нитей и рванулась было на помощь… Но тут Алайя вынырнула из жидкого пламени, раздраженно отфыркиваясь и отплевываясь.

— Вот же поганый мальчишка! — прошипела богиня, стряхивая с себя сгустки лавы. Огненная субстанция, кажется, ничуть не причинила ей вреда, лишь слегка опалила роскошные волосы, — Опять брыкается, негодник! Так и норовит мне все кости переломать, паршивец! Еще и в пекло уронил!

Алайя сердито погрозила кулаком собственному животу. Гармонисса от облегчения чуть не брякнулась в обморок. Слава преисподней, ее госпожа невредима!

Алайя царственно выплыла из магмы, желтые горячие капли стекали по ее упругим формам. Особенно выделялась грудь, сильно увеличившаяся в размерах. А также крупные потемневшие соски идеально круглой формы, толстые, словно желуди. Полуобгоревшие грешники завороженно таращились на неожиданно заманчивое, по-настоящему горячее зрелище, позабыв на миг про собственные жуткие страдания. Богиня раздраженно запустила в них сгустком темной энергии. Те с воплями ужаса разлетелись на мелкие кусочки.

— Нет, ну ты видела? Видела? — фыркала Алайя, усаживаясь обратно на свое ложе. Одним взмахом руки она восстановила свое одеяние, — Видела, как он толкается! Меня аж с места сносит! Еще не родился, а уже своевольничает и портит мамочке жизнь! Характером явно в папашу пошел, скотина мелкая!

Гармонисса сочувственно закивала, тут же подскакивая к госпоже с новыми бальзамами и притираниями.

— А представляешь, каково мне будет, когда он подрастет? — продолжала ворчать Алайя, блаженно жмурясь от нежных прикосновений помощницы. Гармонисса была очень хороша в массаже — Еще и бегать за ним придется, и на проделки его любоваться! Тьфу, тошнит уже от одной мысли!

— Так может, стоит подыскать ему няньку? — предложила Гармонисса, старательно втирая благовония, — Какую-нибудь мелкую демоницу, чтоб приглядывала?

Алайя отрицательно помотала головой:

— Еще чего! Во что тогда Вечная Галерея превратиться? У меня тут не райские ясли, а преисподняя! Не до возни с какими-то сопливыми недо-божками, будь они хоть трижды моими отпрысками!

Гармонисса почтительно склонила голову, признавая правоту госпожи. Мирские радости материнства были не для грозной Алайи. У нее и без того хватало хлопот. Например, прямо сейчас требовалось срочно придумать, как укрепить пошатнувшийся авторитет богини в глазах других обитателей Пантеона. А то ведь засмеют — надо же было так опростоволоситься, подцепить ребенка от какого-то жалкого смертного!

— И все-таки, позвольте спросить — почему вы решили оставить дитя? — не удержалась Гармонисса, — Неужели только из-за его потенциальной силы?

Алайя смерила помощницу колючим взглядом, будто раздумывая — испепелить на месте за дерзость или милостиво просветить. Потом устало вздохнула:

— Сама пока не знаю. Захотелось, и все тут. Любопытно мне — что за существо из него выйдет? Полукровка, рожденный от богини и смертного — это же нонсенс, аномалия! Такого наш божественный план еще не видывал. Вдруг толк выйдет?

Ее глаза вспыхнули нехорошим огнем:

— Вот представь — когда пацан подрастет, натравлю-ка я его на папашу-Константина! Коли сыночек так силен, пусть препроводит родителя прямиком в мои объятья, в бездонные пучины ада! Ох, и повеселюсь я тогда, ох и отыграюсь на этом мерзавце за все хорошее!

Алайя расхохоталась, и звук ее смеха эхом разнесся по мрачным сводам Вечной Галереи, сотрясая стены. На миг даже страдальческие крики грешников смолкли, не в силах перекрыть зловещее веселье богини.

— А знаешь что, душечка? — вдруг осенило Алайю, — Неси-ка сюда то самое адское варево для провинившихся, ну, которое с толченым стеклом и серой. Авось, приучим ребеночка к здешней кухне, пока он в утробе. Глядишь, и характер чуток подрастеряет!

Гармонисса слегка опешила от такого внезапного поручения, но виду не подала. Почтительно кивнула и засеменила к выходу, мысленно гадая — что ж такое будет твориться в их преисподней, когда маленький полубог явится на свет? Похоже, мирку Подземелья предстоит сильно измениться…

А в своих покоях Алайя уже с нетерпением предвкушала, как она обыграет