Кощеева отрада, или Как выдать замуж Ягу - Ника Крылатая

class="p1">Обида на несправедливость жизни долго не давала уснуть. Лишь когда забрезжил рассвет, он смог погрузиться в сон. А вот пробуждение могло бы быть гораздо приятнее, но Отрада решила его взбодрить с самого утра!

Богдан спал чутко, реагируя на каждый хорошо, как зверь. Поэтому тихий скрип двери и легкие шаги выдернули его из дермы. Чуть приподняв веки, увидел ноги Отрады. Девушка шла очень осторожно мимо него в сторону провала, бывшего воротами.

Ступать старалась тихо, но шла уверенно, не оглядываясь по сторонам. Она явно не волновалась, что ее застукают. Богдан открыл глаза, продолжая лежать. В руках у Отрады был свернутый лист. Когда девушка дошла до ворот, поднялся и осторожно пошел за ней. Интересно было узнать, что же она задумала.

Крадучись, дошел до стены и, прижавшись к каменной кладке, вытянул шею, выглядывая наружу. Отрада, игнорируя тропинку, шла к кромке леса. На пару мгновений остановилась, а потом смело шагнула под сень деревьев. Богдан, стараясь не шуметь, последовал за ней.

Отрада, выбирая одной ей ведомую дорогу, все шла и шла вглубь леса. Прячась за широкие стволы деревьев, Богдан следовал за ней. Яркое, хоть и слегка потрепанное платье девушки, помогало не упустить ее из виду. Так они шли довольно долго, пока не показалась за деревьями полянка. Отрада, выйдя на нее, повертелась по сторонам и кивнула сама себе.

– Хозяин леса! – громко крикнула она. – Доброго тебе дня! Покажись уже, разговор есть.

Богдан, вжавшись в ствол исполинского дуба, замер. Нахалка вызывала на разговор лешего. Сколько Богдан ни бродил по этому лесу, да и по любому другому, никогда не встречался с лешим. Время шло, но никто на полянку не выходил. Богдан уже устал ждать и стал сомневаться, что леший появится.

– Хозяин, выходи! – нетерпеливо выкрикнула Отрада. – Я пришла с миром!

Вдруг все вокруг замерло. Перестал шелестеть лес, умолкли пичуги и даже кузнечики перестали стрекотать. Все будто в тревожном ожидании замерло. А потом поднялся ветер! Да такой, что Богдану пришлось присесть и вцепиться в дерево, ветви которого так и норовили хлестануть его по лицу.

Взметнулся подол платья, золотые волосы забились крыльями за спиной, сорвавшаяся лента больше не удерживала косу, поднялся на поляне мелкий сор, но Отрада и полшага назад не сделала. Все продолжала стоять с царственным величием, принимая порывы ветра, бьющие ей в лицо.

– Ну будет! – вновь крикнула. – Пошутили и хватит.

– Ве-едьма! – раздалось протяжно-скрипуче. – Как смеешь ты тревожить мой покой?

– А как смеешь ты не заботиться о лесе? – в ответ спросила Отрада. – Все заросло так, что ногу сломать можно и шею свернуть!

– Что-то ты не свернула, – послушалось раздосадованное. – Зачем приперлась в мой Дремучий лес?

Ветер так и продолжал дуть, грозясь снести нахалку к деревьям, и Отраде это уже надоело.

– Кончай пугать меня! – потребовала строго. – Я Отрада из рода Ягушинских. Неужели не чуешь силу Яг?

Тут же ветрище стих и вновь опустилась настороженная тишина.

– Так ты Яга-а, – кажется, невидимый собеседник был раздосадован. – Так бы сразу и сказала!

– Негостеприимный ты, хозяин,– усмехнулась Отрада. – Я к тебе сама пришла, а могла ведь потребовать тебя предстать передо мной. Лес твой не пожгла, реку вспять не повернула, болото не осушила. Выходи, разговор есть.

Богдан, держась за дуб, поднялся и внимательно вглядывался в лес на той стороне поляны. Очень ему хотелось увидеть лешего. Ему виделся огромный косматый мужик, поросший мхом и лишайниками, с волосами-ветками, руками-корягами и огромным носом, похожим на сучок. Приемная мать частенько пугала, что отдаст лешему.

И поэтому даже не сразу понял, что вышедший из-за деревьев сухонький старичок и есть леший. На нем были простые штаны, подвернутые до щиколоток и холщовая рубаха без всякой вышивки. Обуви старичок не носил, даже лаптей каких. Шел босой, опираясь на посох – обыкновенную палку. Всклокоченные седые волосы с торчащими из них палочками и листиками, кустистые брови сведены к переносице и бородища до колен, в которой тоже застряло порядочно всякого сора.

– Ну, будь здорова, Яга, – поздоровался насмешливо. – А охранничек твой чего к дубу жмется?

– И тебе, Леший, не хворать, – в тон отозвалась Яга. – Богдан мне не охранник, он меня украл. Ну нравится ему думать, что я не знаю, что там прячется.

Богдан смутился и покраснел. Не понравилось ему, что застукали. Но теперь что уж делать, пришлось выходить. Леший наблюдал за ним с насмешливым блеском в глазах.

– На морду хорош, – сделал ему комплимент Леший, – высок, фигурой ладен. Чего ж ты девку уворовал, не мог посвататься как все люди? Отчаянный ты парень! Ягу воровать! Не то герой, не то дурак!

Богдан хотел ответить Лешему, что все совсем не так, но Отрада не дала и слова вставить.

– Сейчас не об этом, – по-деловому заявила она. – Мне надо весточку бабуле доставить, чтобы не волновалась. А потом от нее забрать вещи, которые она приготовит по этому списку, – Отрада протянула Лешему свое письмо. – Я собираюсь тут пожить примерно месяц, а может, и больше. Хочу изучить легендарный Дремучий лес.

– Ты глянь, шустрая какая! – Леший от избытка чувств хлопнул себя по коленям. – А ежели я запрещу? Никого пущать в лес не позволю! Мой Дремучий лес! Мой! А ты хоть и Яга, а все равно девка!

– Ах так! – Отрада притопнула в раздражении. – А ну как бабку мою Добраву сюда вызову? Ей тоже скажешь, что она девка?

– Ну что сразу бабку, – всплеснул руками Леший. – Не надо бабку. Писульку твою передам, так уж и быть.

– А что, бабуля настолько страшна? – влез в разговор Богдан.

– Ээээ, да ты сам подумай! – воскликнул Леший. – Девка твоя на ветру стояла и даже не дрогнула. А она внучка. Раз бабка жива, значит, вся сила рода у нее. Там не сила – силища! Она этот ветер повернет, деревья с корнем выдерет и мне их засунет в … В общем, сделает очень неприятно! Ведьмы бабы ух какие. На расправу строгие.

– Колдунья я, – поправила его Отрада.

– Колдунья, тьфу, – презрительно сплюнул Леший. – Ведьма ты! Самая натуральная. Давай сюда свою бумажку. Отнесу. Ответ куды доставить?

– К замку, – Отрада вздернула нос. В любой ситуации это помогало верить в свои силы.

– Агась, Черный замок, – кивнул Леший. – Красивый был.

– Расскажете? – тут же загорелись любопытством глаза Отрады.

– Нет! – рявкнул Леший. –