Кощеева отрада, или Как выдать замуж Ягу - Ника Крылатая

Завалившись на перину, он закинул руки за голову и уставился на усыпанный звездами небосвод. Желтая луна была обгрызена с одного бока, начиная уменьшаться. Он прикидывал, что если нарубить веток и привязать их к бортам, то сверху можно кинуть шторы, и будет настоящий шатер. Жаль, от дождя такой не защитит. А значит, надо обустраивать себе какую-то комнату.

Отрада зараза редкостная, не сжалится. Хотя в комнате вполне достаточно места! Но какая же хорошенькая! В синем платье, так подходящем ее глазам, она была очень симпатичной. А волосы у нее какие! Так и хочется потрогать. А потом можно получить по голове за такое.

– А бабка у нее молодец, – улыбнулся своим мыслям Богдан. – Только зря кота еще этого отправила.

Наглый котяра, пока Отрала плескалась, не затыкался ни на мгновение. Жаловался на все на свете! Богдан не был уверен, что с Отрадой месяц сможет прожить, а теперь и подавно не был уверен, что не сойдет с ума от бесконечной болтовни кота.

– Ну хоть сплю не на камнях, – Богдан перевернулся на бок и накрылся одеялом. Одеяло и подушка вкусно пахли луговыми цветами, и сны ему снились добрые, какие-то светлые. А что именно снилось, сказать бы не смог. Только во сне он был счастлив.

Чего не скажешь про утро.

– Ааааа! – Богдан хотел кулаком попасть в нечто черное, нависшее над его лицом.

– Мааауууу! – взвыло черное. – Убиваааааают!

Задняя часть кота перевесила, и он шлепнулся на камни.

– Ты чего к спящим лезешь? – Богдан перевесился через борт.

– Ах, простите-извините, – нагло ответил Баюн. – Отрада завтрак сготовила. Попросила тебя позвать. Кто ж знал, что ты такой нежный, аки девица.

– Дождь пойдет, – задумчиво проговорил Богдан.

– С чего вдруг? – Баюн с прищуром посмотрел на небо. – Непохоже.

– Отрада завтрак приготовила, – Богдан вылез из телеги. Начал собирать постель. – Сейчас умоюсь и приду.

– Нашли гонца! – Баюн поднялся на лапы и передернул шкурой. Дождавшись, когда Богдан закончит прибирать постель, запрыгнул на телегу и, потоптавшись, улегся. – Эта полоумная с утра носится. Спать мешает, – ворчал Баюн.

Богдан, обалдев от новости, даже не стал выгонять кота. Отрада эти дни безвылазно сидела над книгами, выбрав все, что могли быть магическими. Забота о пропитании легла на его плечи. А тут аж целый завтрак.

Умывшись, поднялся в комнату. Вкусно пахло аж у входа в башню.

– А Баюн где? – обернувшись, спросила Отрада.

– Спит в телеге, – Богдан остановился в дверях, разглядывая девушку.

Отрада выглядела очень непривычно. Оделась она, похоже, в тот самый костюм для полевых работ, о котором говорила. Куртка висела на спинке стула, а девушка расхаживала в плотных темно-коричневых штанах и рубахе. Волосы собрала в тугой узел на затылке.

– Я собираюсь в Дремучий лес, – Отрада вся светилась от предвкушения. Она ловко выставила на стол тарелки с яичницей. – Сумку я уже собрала. Бумагу и перо положила. Перекус сложила, воды тоже во фляжку набрала. Очень интересно познакомиться с обитателями леса!

– Ты уже с одним познакомилась, – хохотнул Богдан, за что был награжден просто испепеляющим взглядом.

– Тебя с собой не приглашаю, – фыркнула Отрада. – Я и одна прекрасно прогуляюсь.

– Ну уж нет, – Богдан, сев за стол, придвинул к себе тарелку. Глазунья! Я желток такой яркий-яркий, да еще с колбаской, и помидорки есть, и вся эта красота укропчиком присыпана. Отрада зараза самая натуральная, а бабка у нее мировая. – Я с тобой пойду.

– Я не заблужусь, – Отрада изящно села на стул. По ней вообще сразу было видно, что воспитывали не в крестьянской семье.

– А я не о тебе беспокоюсь, – ехидно произнес Богдан. – Я местную нечисть охранять буду. Ты же как пристанешь со своим исследовательским интересом, всех их напугаешь и распугаешь!

Отрада, закатив глаза, покачала головой. А потом спокойно начала завтракать. Вот еще, обращать внимание на всякие глупости.

– Удивительно, почему тебе никто не встретился, – долго Отрада молчать не могла. – Лешие любят кругами водить.

– А зачем? – пожал плечами Богдан. – Я его не беспокоил, со всякими просьбами не лез.

– Нет, я хочу выяснить, почему лес Дремучим, и тем более почему о нем забыли настолько, что внесли в легенды, – вилка в руке Отрады замерла на полпути ко рту, и с нее на тарелку шлепнулся кусочек желтка. Жидкое Отрада первым делом выбрала хлебом. – Ты просто не понимаешь масштабов проблемы. Я была уверена, что бабуля приедет искать разгадку, но она почему-то дома осталась. Кстати, я нашла записку. Бабуля желает мне удачи и все такое, и не пишет, почему не приехала. Ну да ладно. Сама справлюсь.

– Я вот сейчас за местную нечисть боюсь еще больше, – Богдан был серьезен. Правду болтливый кот сказал. Полоумная. С нее станется в чащу непролазную сунуться или в болота. Вон как глаза горят, как в лихорадке. А он лишь похитил ее, а не собирается избавиться.

– За себя бойся, – Отрада бросила на него острый взгляд. – Попадешься русалкам – живым не уйдешь. Защекочут и под воду утянут.

– Не догонят, – Богдан самодовольно улыбнулся.

– Дурак, – Отрада опять покачала головой. – Им и не надо бегать. Сладкими голосами околдуют, красотой очаруют. Сам пойдешь. Хоть в реку, хоть в озеро.

– Слушай, я тут сколько лет живу, никого не встречал, – не выдержал Богдан. – И через болота ходил. Только огни болотные несколько раз видел и все.

– Вот это и странно, – Отрада внимательно рассматривала Богдана. – Не может такого быть, чтобы тебе никто не встретился. Лес темный, старый очень. Колдовства в нем много. Тягучего такого, как мед. Зря бабуля не приехала, очень зря.

– Что ты тень на плетень наводишь? – Богдан под пристальным взглядом девушки без зазрения совести доел яичницу и провел по тарелке хлебом. Чтобы вот ни крошечки мимо рта. – Лес как лес. Грибы, ягоды, зайцы. А что валежника полно, так оно и понятно. Некому тут его собирать.

– Я не о том, – отмахнулась Отрада. – Ты просто не чувствуешь! Это вот как… как… – она задумалась, подбирая нужное слово, – как воздух. Вот его не видно, а он есть. Так и колдовство. Это как перед грозой – тягуче, плотно, дышать тяжко. Так и это колдовство в лесу. Словно гроза собирается-собирается, и