Сваха для разведенных драконов - Анна Снегова

рядом, и болезненно сильно нужна была твоя любовь. Я питался ею, питался твоей нежностью, твоей верностью, твоей покорностью, иссушая твоё сердце. Прости! Мне теперь долго возвращать тебе долги. Ты станешь моей женой? Моей единственной женой.

Она молчала и смотрела на него так, будто не верит ушам. И крупные слёзы катились по её щекам.

А потом яркая золотистая метка вспыхнула на её груди — дракон, свернувшийся кольцом, сиял так ярко, что его было видно даже через одежду.

— Это означает — да? — с просветлевшим лицом переспросил Харай.

Женщина молча кивнула бросилась ему на грудь. Звякнули ряды её браслетов. Дракон сжал её в руках так сильно, словно это было самое большое сокровище, которое он неожиданно нашёл.

— Умница, — улыбнулась Нанайя. Розовая дракошка парила за моим плечом и умилённо смотрела на соединенную мною пару. — Вот и первый результат. Отличное начало, дорогая!

— Как ты это сделала? — недоумённо спросил Даниель. Синий дракон, оказывается, всё это время был за моей спиной. Не отходил ни на шаг и наблюдал. — Никогда бы не подумал, что этот хрыч, одержимый древностью родословной и золотом, способен на такое. Жениться на собственной наложнице? Кто бы мне сказал ещё вчера, не поверил бы.

Нанайя философски произнесла, взмахивая полупрозрачными крылышками:

— Иногда сложней всего заметить то, что совсем рядом. Вам, смертным, и людям, и драконам, вечно кажется, что счастье — это где-то там, далеко, за горизонтом. Его нужно ждать. Или искать. Или добиваться. Вы не понимаете, что счастье — это то, что каждый носит в своей душе. Просто иногда… иногда нужна чья-то помощь, чтобы отворить эту дверь. Если она слишком уж заржавела.

Когда счастливый, сияющий жених поцеловал свою невесту, я почувствовала, что лишняя здесь. Они оба не замечали никого вокруг.

— Хорошо-то как… — я улыбнулась грустной улыбкой. Почему-то глаза были на мокром месте. — Больше они не будут так одиноки.

Вот только мне что делать с этим иссушающим чувством одиночества внутри?

Когда радуешься чужому счастью и знаешь, что у кого-то в этом жестоком и неприютном мире получилось найти свою половинку, особенно остро ощущаешь собственную неудачливость. Это как застарелая заноза. Можно сколько угодно убеждать себя, что отпустила и всё хорошо. Но в такие моменты боль мешается с тихой грустью и возвращается снова.

Да ещё этот медальон, такой тяжелый…

Я почувствовала, что кружится голова.

Радостный голос Нанайи доносился как через вату.

— Хельга, ты умничка! Я тобой горжусь. Ты отличная драконья сваха. Самая многообещающая, что я видела. Мне кажется, у тебя врождённый талант. Надо скорей проверить, найти следующего одинокого дракона. Ты только посмотри, как светится медальон свахи! Он напитался магией, которую источают соединённые сердца в момент объединения меток. И теперь мы сможем восстановить один артефакт Богини! Останется всего шесть…

— Может, посвятите меня? — недовольно спросил Даниель. — Что у вас происходит? А, твою ж…

Я почувствовала жуткую слабость, колени подогнулись.

Потемнело перед глазами.

Я осела прямиком в руки Даниеля. Он схватил меня и, не слушая возражений, потащил обратно в храм на руках. Ругая по чем свет стоит по дороге за то, что не думаю о себе и трачу столько сил. Но смотрел при этом как-то непонятно.

— Что ты на меня так смотришь? — не утерпела я. Разговаривать получилось с трудом. Я покорно легла головой ему на плечо. Ни о чём не хотелось думать.

— Странная ты, — задумчиво проговорил Даниель, продолжая упорно разглядывать моё лицо. От его взгляда кожу на моей щеке покалывало. Я смотрела на него из-под полуприкрытых ресниц.

— Почему?

— Предыдущая сваха так себя не вела. Как будто… как будто тебе не всё равно на всех этих драконов. Каждый из которых глубоко внутри одинок, и эту страшную пустоту одиночества заполняет лихорадочно — кто чем может.

Я закусила губу. Он сейчас ведь не о себе? А только о других. Сам себя он одиноким не чувствует. И невесту себе искать не намерен. Даже девушка ему не нужна. Так, развлечение на одну ночь. Он предельно честно заявил о своих намерениях. Я не должна об этом забывать ни на минуту.

— Ты прав. Мне не всё равно на этих драконов, — прошептала я. И устало закрыла глаза.

Если я не могу быть счастливой, это не повод озлобиться на весь белый свет.

Ведь можно же помочь стать счастливыми другим. Это греет душу.

Даниель ничего не ответил. Он долго молчал. Я ощущала железные мышцы через тонкую ткань белой рубашки. Он нёс меня без следа усталости, как будто я была пушинка. Приятно, оказывается. Я со своим вечным лишним весом даже не думала никогда, что для кого-то могу быть пушинкой. Пусть сейчас моя фигура сильно изменилась, внутри я, кажется, по привычке ощущала себя коровой. Неуклюжей и некрасивой. Судя по всему, внутреннее самоощущение от внешности не особо зависит. И неожиданное внимание драконьего короля вызывало во мне безотчётное недоверие.

Но вот уже показалась серая каменная махина Храма. Надо там вывеску какую-нибудь смастерить, лениво подумала я. Как-то назвать своё предприятие. Маркетинг — всё для бизнеса.

«Брачное агентство попаданки», думаю подойдёт.

Но, пожалуй, займусь этим не сегодня. Ещё почти целый месяц на то, чтобы соединить шесть брачных пар. Так что, как говорила Скарлетт, «Я подумаю об этом завтра».

У меня всё ещё стоял шум в ушах и страшная слабость в теле.

И было слишком приятно лежать в сильных мужских руках и ни о чём не думать.

Даниель вдруг сурово заявил:

— На тебя слишком плохо влияет пользование медальоном.

Я вяло пожала плечами:

— Что поделаешь, я должна! И буду.

— Упрямая, — вздохнул мой дракон. — Хорошо, тогда в следующий раз — только в моём присутствии. Завтра с утра зайду за тобой. И не смей спорить!

А я слишком выдохлась, чтоб спорить.

Вместо этого начала медленно засыпать.

Редкие прохожие горожане только пялились на нас, но старались держаться как можно дальше. Луковку, судя по всему, надёжно взял в оборот Раст, и она так и не вернулась ко мне. Нанайя незаметно отстала от нас, и как-то так вышло, что мы с синим драконом остались совсем одни.

— Ты, я смотрю, энергично взялась за дело. В первый же день уже стреножила одного из самых упрямых наших холостяков, — сказал Даниель тихо после продолжительной паузы. Его задумчивый взгляд скользил по моему лицу. Я ощущала его как осторожное прикосновение. Это было приятно. Я пригрелась в его руках, как котёнок.

— То ли ещё будет! Держитесь все. Кто не спрятался, я не виновата… «Брачное