Объект Исследования - Ника Летта

— Если будут какие-то новости, я обязательно дам вам знать, — ответил Шиардан.

Должность куратора обязывала следить за эмоциональным состоянием своих подопечных. Судя по тому как Шеррас хлопнул брата по плечу, им придется наведаться на родину второй раз за такой короткий срок. Переживают. Не хорошо.

Ладно, протерев переносицу, вирасс решил не откладывать в долгий ящик, и навестить землянку, будившую в нем давно позабытые чувства мук совести.

Шиардан не спешил.

Он никогда не спешил, когда дело касалось решений, которые могли изменить ход событий. Но ноги сами вели его по стерильным коридорам медицинского сектора. Пальцы непроизвольно потирали внутреннюю сторону запястья, где скрывался старый рубец – символ сироты, выгравированный в детстве. Ритуальный знак, который должен был означать гордость, честь, силу и приверженность традиций рода. Но для него он всегда был напоминанием о слабости, о сломанных жизнях.

Поднявшись на нужный уровень, он прошел внутрь медицинского блока. Мягкий белый свет рассеивал полумрак помещения. В центре комнаты, заключенная в капсулу жизнеобеспечения, лежала землянка.

Полупрозрачное стекло отражало свет мониторов, окрашивая её кожу в бледно-голубой оттенок. Проводники нейросвязи тянулись от висков, тонкие трубки подключены к системе поддержания функций. Дыхание ровное. Чувств. Нет. Он подошел ближе, склонившись над капсулой.

Его янтарные глаза скользнули по её лицу, отмечая резкие линии напряжения даже в бессознательном состоянии. Даже сейчас, находясь на грани между жизнью и забвением, он надеялся, она боролась. Видеть ее такой безжизненной после их последней встречей было… будило в нем неприятные ассоциации.

Он видел это прежде. Много лет назад. Cлишком часто на протяжении юности он просыпался от кошмаров, уходящими корнями в детство.

Глухая тишина. Запах холодного железа и медицинских препаратов. Фигура матери лежащее на полу, опираясь спиной о стену. И маленький он, дергающий отцов за руки и полы одежд, пытаясь привлечь их внимание. То одного, то второго.

— Пока вас не было… — плакал маленький Шиардан. — Я носил ей цветы… Я пытался её порадовать…

Но отцы не обращали на него внимания, полностью оглушенные горем.

— Она сломалась. Теперь её не вернуть. —прошептал один из его родителей.

И пустые глаза матери. Растерянный, он смотрел на неё, не понимая, что происходит. Это был первый и единственный раз, когда она приняла его подношение. Маленький букетик полевых цветов теперь сиротливо лежал, измятый, в углу комнаты. И вот чем все закончилось.

Связь, которая была сформирована в день образования союза, утянула его отцов вслед за матерью. В тот день он стал сиротой, потеряв сразу троих родителей. Вернувшись в реальность Шиардан проморгал глазами, ощущая гнев. Нет, не так. ГНЕВ.

Он запомнил, как он в тот момент впервые ощутил отвращение к собственному бессилию. К родной крови, которая позволила ей исчезнуть в пустоте.

Шиардан подошел к капсуле ближе и медленно провел рукой по гладкому стеклу, наклоняясь, чтобы лучше рассмотреть лицо землянки.

— Я знаю, ты там. — она не была похожей на его мать, эта женщина с далекой примитивной планеты, была сильнее духом многих известных ему представителей рас, населяющих галактику.

Но в ответ была тишина. Зачем он сюда вообще пришел? Встряхнув головой, он развернулся чтобы уйти. Но на пороге остановился, услышав едва заметный писк датчиков. Что говорило о том, что жизнь в этом теле все еще есть. И есть шанс ее спасти.

Тяжело закрыв глаза, он глубже вздохнул стерильный воздух и про себя прошептал: «Не могу поверить, что я иду на такое.»

НА ПЕРВОМ УРОВНЕ СТАНЦИИ ОРИОН 17

ДВА ЧАСА СПУСТЯ

Мей’Тарин медленно шагал в сторону лаборатории., недалеко от Зала Совета, чтобы сообщить о том, что землянка очнулась. И помимо него было кому сообщить эту важную весть. Только в планы зейнарца это не входило.Благие вести — соответствующая награда. А он много чего хотел.

Из-за наличия Императора по всему уровню была расставлена его личная стража.Даже мышь не проскочит. Советник Администрации как раз завернул за угол, как сквозь открытые двери послышался раздирающий крик, а следом за ним приглушенный из-за расстояния ответ Ронана Великолепного

— Ты был эффективным инструментом, пока не потерял функциональность. — Поначалу голос Императора звучал ровно и равнодушно, но с каждым его словом проcкальзывало все больше едва сдерживаемой злости — Твоя ошибка стоила мне 1.5 секунды оборонного сбоя. Это слишком много.

Мей’Тарин слегка сбавил шаг. Представить, что там творится, даже при скудном воображении труда не составляло.

— Вы не понимаете, Император! Я пытался улучшить систему! Я единственный, кто видел правду! — даже теоретическое посягательство на власть, при таком жестком правителе губительно, а тут сдавший позиции профессор прямым текстом такое заявлял — Вы не можете меня убить! Я нужен вам! Я...

— Придержите его — что и следовало ожидать, зейнарец покачал головой, затем раздался душераздирающий крик, сменившийся на булькающий кашель.

В этот момент Эра Лай зашел в лабораторию и обвел взглядом вдоль стен. Там собралось большое количество народа, пытки были показательными. С одной стороны были собраны все члены Академического Совета, с другой личные советники Императора. И у всех были бледные лица, а в глазах мелькало множество эмоций, ключевой из которых был страх.

В центре стояла конструкция к которой был прикреплен профессор Ашерон, его тело повисло на руках, а по подбородку стекала кровь. Император лишил его языка. Зейнарец обратил внимание с каким равнодушием Его Величество отошли от некогда верного слуги. Ронан медленно снимал с рук окровавленные перчатки, и не глядя бросил их на металическую подставку, скальпели на которой едва слышно звякнули.

Близко стоявшие к Императору лаборанты при этом едва заметно вздрогнули. Ронан же перевел взгляд на Мей Тарина.

— Эра Лай…— тягуче произнес он, некоторые члены совета едва заметно переглянулись между собой.

Зейнарец это про себя отметил, и мысленно записал их имена. Но сейчас ему было не до их интриг.

—Землянка очнулась Ваше Величество — приветственно поклонился он Монарху.

— Очень хорошо, Эра Лай, — заметил Ронан, лениво взяв влажную салфетку из рук подоспевшего гвардейца. — Мне тут профессор по секрету прошептал… Что именно по твоей вине интеграция землянки с системой Асдаль провалилась. Не хочешь поделиться своими предположениями на этот счет?

Ни один мускул не дрогнул на лице Мей Тарина. Нечто такое он предполагал, поэтому невозмутимо выдержал пронзительный взгляд своего Владыки.Удовлетворенно качнув головой Ронан Великолепный продолжил:

— Я жду полный отчет того,