Сокровища Зазеркалья - Варвара Кислинская

- По моим подсчетам овуляция у суки должна начаться завтра, может послезавтра. Так что в любом случае осеменение надо проводить на этой неделе.

- В общем, ты свалила это на меня. Спасибо, мама. А если овуляция начнется через три дня? Я что ее на анализ каждый день гонять должна?

- Это ее идея и ее проблемы. Ты знаешь что делать?

- Справлюсь, пожалуй.

- Умница. Завтра сообщишь, как все прошло.

- Само собой. Как у вас дела? Хорошо отдыхаете?

- Прекрасно! Каир бесподобен! Завтра едем в Гизу.

- Фотографии лови, - вставил отец.

- Угу.

- И обрати внимание на белокурую троицу. Я думал, такие только в компьютерных играх бывают.

- Кто такие?

- Сестра и два брата-близнеца. Пока они глазеют на Каир, весь Каир глазеет на них.

Что-то неприятно кольнуло. «Марта и близнецы в Египте». Неужели?

- Уже познакомились?

- Да, и почти подружились. Очень милые ребята, - вставляет мама, - такие воспитанные. Марго – редкая умница и мудра не по годам. А Кен и Зак с нее только пылинки не сдувают. И, представляешь, у них мама русская и они в совершенстве знают язык. Общаться с ними – одно удовольствие.

Мы поболтали минут десять, а потом родители стали прощаться. Они собирались на ужин и вечернюю прогулку.

Отключив звонок, я открыла папку с полученными фотографиями. Вот они. Эльфы. В районе ушей на каждом кадре будто что-то смазано. Черт, они и вправду запредельно красивы. Да еще этот эффект удвоения, который создают близнецы. И их типа сестра. Марго – Маргарита – Марта. Вот ты и влипла, Елена Прекрасная. Остается надеяться, что моих предков они не вычислят. Хотя, мама не преминет похвастаться дочкой. Да еще перед двумя такими красавцами. И будет названо имя. И город. И будет сказано, что я в клинике одна. Ужас! И я ведь даже сбежать не могу. И предупредить родителей нельзя, мало ли чего можно ждать от эльфов. Они ведь маги, наверное. Эти их невидимые уши... И проход между мирами, который эта Мальвина, девочка с голубыми волосами, открыла. Да и поздно, наверное, предупреждать. Двое суток прошло, как родители уехали. Все моя матушка уже выболтала.

Я задумалась о том, сколько у меня времени. Получалось, мало. Грэм мог появиться уже завтра. В самом лучшем случае дня через три.

Что ж! Хорошо хоть, что я предупреждена. По крайней мере не испытаю шока, когда его увижу. И ничем себя не выдам. Я смогу. Я умею убегать. Я не доставлю ему удовольствия увидеть мою радость или боль. Обойдется! Пусть я и принадлежу к его народу, но его народу я не принадлежу. Когда-то они бросили моих предков на растерзание миру людей. Мы выжили, мы стали похожими на людей, мы почти стали ими. И то, что мы сохранили свою генетику, не значит, что они имеют право придти и по первому требованию забрать любого из нас. Я – оборотень, но разве я могу перекинуться? И никого это не волновало, пока совершенно случайно Грэм не появился. Отец всю жизнь испытывал дискомфорт, ощущая себя не таким, как все. И никого это не заботило. А теперь им понадобилась я. Вот так вот просто. Пришли и взяли. Ага, щаз! Размечтались! И Грэм... Как он мог? Я ведь ждала его. Действительно ждала. Думала он придет за мной потому, что ему нужна я. Я, а не мой дар. Но за мной он не пришел. Пока я не понадобилась народу оборотней. Тогда он пришел за моим даром. К черту! Выкусят!

Разозлившись окончательно, я схватила последний номер «Ветеринарной клиники» и пошла в кровать. Завтра вставать рано, в клинике дел невпроворот. Почитаю и спать. И никаких снов!

Смотритель Гектор

Стук в дверь совсем некстати. Я никого видеть не хочу. Мне нужно подготовиться к встрече. Не физически. Я не собираюсь облачаться в парадные одежды. Много чести! Мне просто необходимо собраться с мыслями, чтобы быть уверенным в том, что ни чем себя не выдам. Но кому-то не терпится со мной встретиться.

Я вздыхаю, бросаю мимолетный взгляд в зеркало и, убедившись, что лицо не выражает ровным счетом ничего, открываю дверь.

Такого я не ждал. Будь это официальная делегация, мне бы следовало вытянуться по стойке смирно или гнуться в нижайшем поклоне, но озабоченность на лицах говорит, скорее, о том, что сейчас они явились ко мне на поклон.

- Господа, миледи, чем обязан?

- Брось это, мальчик! Мы здесь не для церемоний, - конунг протискивается мимо меня, не дожидаясь приглашения, и я отступаю в сторону, чтобы пропустить остальных.

Визитеры рассаживаются, не церемонясь, а я смотрю только на Асдрагша. Прежде мне никогда не доводилось встречаться с верховным шаманом гоблинов, но трудно не догадаться, что именно он почтил меня своим присутствием в составе столь полномочной делегации. Гоблин насторожен и чувствует себя не в своей тарелке. Есть от чего. Визит верховного шамана на материк – случай беспрецедентный.

Конунг хмурится и никак не может устроиться на слишком высоком для него стуле. Сел бы в кресло, что ли!

Леди Рисс занимает оттоманку в самом дальнем углу, всем своим видом демонстрируя, что она здесь только за компанию. Действительно. Едва ли между нами остались нерешенные вопросы.

Фарияр вообще не садится, предпочитая подпирать плечом дверной косяк. Лицо его, мрачнее тучи. Ну-ну! А у него-то какие претензии?

Я разливаю в бокалы вино и жестом предлагаю своим гостям.

Саламандр относит бокал кошке и возвращается на исходную позицию.

- Итак? – я поднимаю бровь.

- Ты знаешь, кто они, Гектор? - пристально вглядываясь в мое лицо, спрашивает конунг.

Ясно. Либо они явились поделиться не слишком радостной информацией, либо, наоборот, хотят ее получить.

- Анкитиль, Бартавиоль и Велкалион.

- Бартавиоль предатель, - чеканит Фарияр.

- Это достоверно?

- Абсолютно, - вздыхает конунг. - Его не было среди стрелков-ренегатов только потому, что лояльный папочка посадил сынка под замок.

- Значит, Библиотека его не примет, - я пожимаю плечами. - Идеи Энгиона не нашли у нее отклика.

- Серебряная леди в опасности, - рычит эмир. - Он наверняка попытается убить ее. Ты знаешь все, что происходит здесь, Гектор, но не представляешь, что творится во внешнем мире. Убийство Энгиона стало серьезной политической ошибкой. Умерев, он превратился в мученика для многих эльфов. И не только эльфов. Идея превосходства волшебных рас