Тайная война заклинаний - Юлия Евгеньевна Галанина

Честно говоря, то, что он начал появляться у Ракушки, кроме раздражения - ничего не вызывало. Я так звала его год назад, когда он улетел, так ловила каждый солнечный всполох, думая, не он ли вернулся… - и я поверила ему там, в горах, когда он сказал, что всё, наши дороги разошлись. Зачем он теперь напоминает о себе? Зачем? Я твердо решила научиться жить без него. И вообще начать жизнь заново: раз уж мне снова предстоит школа. После пансионата, после университета. Самое время.

***

Профессор недолго наслаждался красотами дикой природы и благоуханиями, свойственными сельской местности.

Очень скоро это ему надоело. Он огляделся в поисках развлечений и обнаружил, что я парю в каких-то туманных грезах. Что не есть порядок.

И обрадовался, что обучение можно начать прямо в пути, преподаватель налицо, ученик присутствует, что ещё надо?

- Душа моя, - вкрадчиво пустил он пробный шар, - а расскажи мне, пожалуйста, из чего, как ты думаешь, складывается безопасность государства?

Вопрос застал врасплох.

- А… э…. Из безопасности границ?..

- Молодец. Но не только, не только.

- Ну-у… я не знаю… Армии?

- Армия тоже не помешает, - согласился Профессор. – Но армия, должен я тебе сказать, совсем не решающий фактор. У Смелых была хорошая армия, в которой каждый воин был герой – и что? Не помогло.

- Нет, но без армии тоже нельзя! – возмутилась я.

- Конечно, нельзя, но это лишь один из кирпичиков. Армия – хорошо, границы – хорошо. Что еще?

- Разведка! – догадалась я.

- Разведка, - не стал отпираться Профессор. – Но здесь нужно смотреть шире. Информированность – так бы я сказал. Вот смотри, сейчас у нас, слава Медбрату и Сестре-Хозяйке, наблюдается некоторое затишье. Я бы даже осторожно назвал это миром. Империя и остров – официально – не воюют.

- Хм, а на самом деле?

- На самом деле, душа моя, мир этот очень хрупок и выстроен на страхе.

- Страхе перед чем?

- Перед магией, чем же ещё? – удивился Профессор. - Никто не воюет только потому, что толком не знает, как это – воевать в условиях вернувшейся магии. Потому сейчас и затишье.

- А как вы думаете, оно долго продлится? – уцепилась я за последние слова Профессора.

- Я не знаю, сколько оно ещё продлится, я знаю только, что это наша работа – сделать так, чтобы перемирие тянулось и тянулось, - Профессор спрыгнул с телеги, зашагал рядом, разминая затекшие ноги.

Мне стало любопытно:

- А как мы будем это делать?

- Самыми разными способами, - туманно объяснил Профессор. – Вот тебя из Лоскутка вывезли – уже хорошо.

- Но, боюсь, этого маловато, - ядовито заметила я и тоже спрыгнула с повозки.

- Не прибедняйся, душа моя, - Профессору мой яд был что мёд. - Я думаю, ты не будешь разочарована, если узнаешь, что в Лоскутке большая часть работы Службы Заклинаний состояла в том, чтобы охранять тебя – и это была тяжелая работа, не сомневайся.

- Не верю я, что меня охраняли!

- Видишь, как хорошо мы работали. Понимаешь в чём дело, душа моя: результат работы нашей службы – это когда ничего не происходит. Когда что-то происходит, значит это провал.

- Да ладно… - не очень-то поверила я начальству. – Так работать всякий захочет.

- Сама скоро убедишься, - пообещал Профессор.

- Хорошо, - попыталась поймать я Профессора. - Другими словами, вывезя меня с острова, вы, получается, лишили Службу Заклинаний работы?

Профессор оглушительно захохотал. Отсмеявшись, он сказал:

- Душа моя, но люди-то не железные! Должны же они от тебя отдохнуть хоть немного. А работы – непочатый край. Просто немного поспокойнее в городе станет.

Пока я думала, может мне, всё ж таки, обидеться, дорога сделала резкий крюк.

За поворотом нас встречали.

***

Град сиял улыбкой от уха до уха. Вылитый разбойник.

А Стриж сидел посреди дороги, в высоком кресле, в красном платье – паинька паинькой.

Всё-таки он был куда больше похож на меня, чем я сама.

- Ну, вот и хвала Сестре-Хозяйке, - обрадовался Профессор. – А то я уже начал волноваться, куда это вы запропастились.

- Ха! – оскалился еще больше Град. – Пока некоторые едут себе не спеша, наслаждаясь жизнью, кое-кому пришлось от погони уходить.

- И как, успешно? – поинтересовалась я из-за спины Профессора.

- А ты как думаешь?

- Думаю, не очень.

- Почему это? – опешил Град.

- Мне так кажется… - похлопала я ресницами.

- Издеваешься! – понял Град.

- Ага. А ты думал, я брошусь выяснять, откуда вы кресло взяли?

- Было дело, - невозмутимо признал Лед. – Ну, признайся, ты же все равно удивилась – посреди дороги вдруг кресло, да?

- Если бы вас поблизости не было – удивилась бы, а так нет.

- Вот так всегда. Стараешься, стараешься… - протянул жалобно Град.

- Я удивился, - утешил его Профессор.

Стриж, мало знакомый с нашими пикировками, крутил головой, переводя взгляд то на меня, то на Града. Но быстро сообразил, что к чему. Слез с кресла и исчез в кустах: переодеться.

Град вынул обрывок бумаги и невнятно прочёл: кресло превратилось в мятое, перевернутое ведро. Это заклинание было, пожалуй, интереснее найденного мною. Я умела кислые лимоны превращать в пресные. Превращать же вёдра в кресла куда интереснее.

Стриж выбрался на дорогу уже в обычной одежде.

Запрыгнул на телегу.

- Вот и славно, мы все в сборе. Душа моя, готовь платье номер два. Так что там у вас с погоней? – Профессор, кряхтя, тоже забрался на борт, сел поудобнее. Тихая лошадь послушно затрусила по дороге.

Град пошел пешком.

- Погоней это, конечно, назвать было сложно, но за нами следили. Я думаю, связываться не решились, раз этим делом специальные люди занимаются.

- А ты мне подаришь это заклинание? – начала я обрабатывать Града. – Оно только из мятых ведер кресла делает или из любого