Лорд, построим мир с нуля? Ну или перестроим! - ИллювиА

— брошенный промышленный квадрат на северо-восточной окраине, сосед с действующим мусоросортировочным узлом и двумя складами, которые судя по документам пустовали, но по фотографиям явно нет. Цена сносная, но расширяться туда значило упереться в чужое через двести метров.

Второй — полоса земли вдоль старого акведука, который систему маго-водоснабжения пережил ровно на двадцать лет и теперь представлял собой бетонный хребет с травой и голубями. Узкий. Длинный. Бессмысленный.

Третий я закрыл сразу, как увидел слово «разлом» в примечаниях мелким шрифтом.

Четвёртый был на юго-западе, в часе езды от города, если верить карте. Бывший сельскохозяйственный надел, заброшенный лет сорок назад, когда окрестные фермеры потянулись за субсидиями ближе к районным центрам. Примерно три гектара. Официально — ничейный, муниципальный, выставленный на торги в третий раз без покупателя.

Я посмотрел на фотографию. Поле. Просто поле, с редкими мутировавшими кустами по краям и одним покосившимся навесом посередине.

Три гектара пространства в любую сторону.

Я подал заявку на просмотр.

Письмо-подтверждение пришло утром следующего дня — стандартная форма, маго-печать муниципалитета, время встречи с агентом в одиннадцать. Я перечитал его дважды, потом выпил кофе, потом перечитал ещё раз. Ничего нового оно от этого не сообщило.

Автобус до юго-западной окраины ходил редко, левитирующее такси стоило половину того, что у меня оставалось на неделю, поэтому я поехал на автобусе.

Агент ждал у дороги. Молодой, скучающий, в куртке с логотипом муниципального земельного комитета на рукаве. Он пожал мне руку, убедился что я тот кто подавал заявку, и повёл вдоль межевого столба к полю.

Три гектара на фотографии выглядели просто. Вживую они выглядели примерно так же, но больше. Ветер гнал по жухлой траве что-то похожее на пыль, у кустов по краям я заметил слабое фиолетовое свечение — мутировавшая флора, не опасная, скорее всего, просто насыщенная маной.

Агент что-то говорил про документы. Я слушал вполуха и смотрел на покосившийся навес посередине поля.

Земля была ничья. Пространства хватало. И что самое важное, с одной земля упиралась в ничейные пустоши которые тянулись до горизонта, у меня был просто невероятный простор для дальнейшего расширения.

И что меня волновало больше прочих в этой ситуации, этот мир поощрял развитие земель за пределами городов. Тем кто справится со всеми неудобствами внешнего мира который находится под властью правительства только на бумаге, а на деле все давно заросло магическими сорняками которые попробуй выведи и прочими проблемами мутировавшей флоры и фауны.

После очистки и освоения внешних земель мне потребуется всего лишь оплатить сугубо символическую плату, в зависимости от удаленности от городских территорий цена будет убывать. Даже за клок земли сразу у моей будущей территории она будет стоить в сто раз дешевле чем тот пустырь который я покупаю сейчас. Я посмотрел в сторону агента.

Глава 4

Агент всё говорил. Я кивал.

В голове уже раскладывался первый слой плана — грубый, без деталей, больше похожий на список желаний чем на стратегию, но хоть что-то. Выкупить надел, обозначить границу, поставить хоть какой-нибудь фундамент который система согласится признать постройкой. Дальше — смотреть что скажет класс. Лорд без территории это не лорд, это просто слово в строке статуса.

Я присел на корточки и взял горсть земли. Обычная на вид, темноватая, чуть влажная в глубине. Мана в ней чувствовалась слабо — не жила, не источник, просто фоновое насыщение как везде за пределами города. Но земля была живой. Не мёртвый асфальт, не промышленный бетон.

Агент наконец замолчал и посмотрел на меня с профессиональным ожиданием.

— Беру, все это беру — сказал я, и ссыпал землю обратно и указывая на земли вокруг.

Агент моргнул. Кажется, не ожидал что настолько быстро.

— Всё сто семьдесят гектаров? — уточнил он, и в голосе промелькнуло что-то между уважением и лёгким беспокойством за мой рассудок.

— Всё.

Хотя моих накоплений было не достаточно на всю эту покупку, у меня было достаточно средств для первого взноса и примерные представления где взять оставшуюся сумму.

Он достал планшет и начал тыкать в него с той деловитой сосредоточенностью, какая бывает у людей когда они боятся что покупатель передумает раньше чем подпишет.

Я встал, отряхнул ладони о штаны и посмотрел на поле. Ветер гнал по нему волны — трава была длинная, с лиловатым отливом, явно мутировавший подвид чего-то обычного. Система молчала. Никаких всплывающих окошек, никаких поздравлений. Класс ждал чего-то более весомого чем намерение.

Логично. Земля ещё не моя. Бумага не подписана, перевод не прошёл.

Пока агент заполнял договор, я прикинул сколько у меня уйдёт на минимальный фундамент который система согласится считать постройкой, а не кучей камней.

Ответа не было. Это и был ответ.

Рассматривая широкие просторы, на которые я сначала не надеялся, а как оказалось вокруг тех трех гектаров которые я видел в начале, располагались такие же обрывки бывших сельхоз угодий. Они хотя и прикрыты неким защитным массивом города для защиты от агрессивной срезы внешнего мира, но зарастать обычными сорняками ей никто не мешал.

Впрочем, сорняки здесь были особые. Я пригляделся — у края поля торчали метровые стебли с тёмно-синими волокнами вместо листьев, а между ними что-то ползло по земле плотным ковром, мелкое, с серебристым отблеском. Мутанты растительного царства, которым никто не удосужился дать имя или просто не счёл нужным. Система, впрочем, молчала и про них.

Агент что-то уточнил насчёт сервитута вдоль восточной межи. Я сказал «хорошо» не особо вникая.

Сто семьдесят гектаров заброшенного ничего с лиловой травой, синими сорняками и фоновой маной чуть выше нуля. Отличное начало для лорда без замка, без армии и без малейшего понимания что именно система считает достаточным основанием для признания поселения.

Где-то в глубине статуса класс тихо ждал. Не торопил, не намекал. Просто висел там — слово в строке, обещание без срока исполнения.

Договор подписали прямо здесь — агент постелил на капот своего флаера тонкую плёнку умной бумаги, которая сама фиксировала подписи через биометрию. Я приложил палец, система моргнула уведомлением о списании средств, и сто семьдесят гектаров заброшенного ничего формально стали моими.

Ни конфетти, ни фанфар, ни даже системного колокольчика.

Агент пожал мне руку, сел в флаер и растворился в сторону города раньше чем пыль улеглась.

Я остался один.

Ветер гнул лиловую траву. Где-то слева что-то мелкое шуршало в серебристом ковре у земли —