"Непрофильный" факультет. Основы совместной работы - Александра Антарио

с вами на весь год, в этом семестре по нему будет зачёт, в следующем — экзамен. Вашу программу я просмотрел и слегка подкорректировал с учётом наиболее востребованных в реальности схем и тем. Возможно, часть информации будет повторять уже пройденное вами ранее, особенно на лекциях, но не спешите расслабляться: как я понял, вам дали только самые основы, во многом даже скорее общие принципы работы с чужими воспоминаниями, оценки правдивости и проведения опросов. Что и логично, на втором курсе сложно работать с чем-то сложнее. На моём курсе мы углубимся в необходимые для проведения следствия приёмы и методы. Что-то из схем я вам покажу, что-то не буду: в судебной менталистике, как и в лекарской, хватает того, чем можно навредить, применив неправильно или не в тех целях. Поэтому менталистов в широком смысле вроде вас учат тому, что необходимо неспециалисту чтобы оказать помощь, если речь о лекарской, или удостовериться, что дело необходимо передавать в руки более высококвалифицированного судебного менталиста, если речь о судебной. Отдельно поговорим и о собственно судебном процессе и схемах, применяемых при опросе свидетельствующих на нём лиц. Обвиняемых тоже коснёмся, но только в ознакомительных целях, эти схемы как раз из той группы, что осваиваются уже непосредственно при работе на соответствующей должности, после принесения клятв и установки необходимых внушений. В нашей работе вообще довольно много клятв и внушений, это позволяет уменьшить риск того, что кто-то из судебных менталистов позволит себе лишнее. Не полностью исключить, всё же менталисты есть менталисты, но значительно уменьшить.

Примерно в таком духе судебный менталист и продолжил рассказ, но уже по теме сегодняшней лекции, которой значился опрос свидетелей. Ровно, очень спокойно, по делу, с примерами из личного опыта. И вроде бы не было в этом ничего такого, но почему-то вот от этого спокойствия как раз становилось не по себе.

Тем удивительнее было то, что Мира по дороге к общаге не могла сдержать восторгов новым преподавателем и многие, хотя и далеко не все, её в этом поддерживали.

«Как пары? Как ир Крой? Как ваш новый препод?» — писал на доске Ник.

Хотелось рассказать всё подробно, поделиться сомнениями, но это лучше было делать не письменно, а Ник сегодня, пока стоит хорошая погода, собирался ещё раз проверить местное кладбище, едва ли стоило отвлекать его своим появлением. Да и у неё завтра было три практики, силы ещё пригодятся.

Потому написала:

«Ир Крой дал контрошу и читал техбез. Но думала, будет хуже. А новый… не знаю. Странно. Видно, что он много знает, но как-то с ним… словно на полигоне».

Ответ ждать не стала, отправилась в душ, пока туда не завалились некроманты, у которых стояли пятые пары.

«Может, просто ты привыкла к уже знакомым преподам? А тут чужой менталист. Ещё и судебный».

«Может. Как твоё кладбище?»

«Отлично: тихо и спокойно. Уже дома, сейчас поем и спать».

«Спокойной ночи».

«И тебе».

Девушка положила доску на стол, повернулась на бок и почти сразу уснула: за лето успела отвыкнуть от некромантского графика и снова входить в него оказалось не так-то просто.

Вопреки опасениям обоих архимагов, ир Ледэ и ир Вильоса дознаватель отдела безопасности, получив беспрепятственный доступ в МАН, не предпринял попытки встретиться с Джул, даже ничего о ней не спросил. Возможно, решил с этим не спешить и усыпить бдительность, возможно, не собирался смешивать одну работу с другой, в этом мнения некроманта и менталиста расходились.

— Мне он не нравится, — Малькольм заметно нервничал.

— Потому что может обойти щиты и вытащить у тебя из головы информацию? — предположил Чарльз, отойдя от окна деканата, у которого стоял до того.

— Что-то вроде того, — подумав, согласился приятель.

— Добро пожаловать в мир простых смертных. Примерно так мы чувствуем себя, когда рядом менталист вроде тебя.

Магистр ментальной магии покачал головой:

— Сомневаюсь, что именно так. Ир Каринг, как и большинство его коллег, несколько… своеобразен. Вспомни собеседование.

— Предпочёл бы забыть как страшный сон, — признал проректор.

— Не ты один. И это у тебя было собеседование только с ним. А у меня до него было ещё пять судебных менталистов! — декан поёжился. — И некоторые из них ещё похлеще ир Каринга по части допросов! Я аж снова почувствовал себя студентом на коллоквиуме у нашего преподавателя по судебке! Он у нас тоже был с многолетним практическим опытом. Не знаю, что за дополнительные схемы они все используют, но даже просто от нахождения с ними рядом жуть берёт!

— Но специалист этот менталист хороший?

— Отличный, — вздохнул ир Ледэ. — Но от этого не легче. Одно время его пытались заманить в АПиС, но он неизменно отказывался, хотя условия там наверняка были лучше наших. А теперь вдруг сам заявился к нам, стоило кинуть клич.

— Поменялись приоритеты, но проситься в АПиС гордость не позволяет?

— Может и так.

Боевой менталист оказался совершенно иным, чем его судебный коллега. Невысокий, щуплый, кажется, даже ниже большинства девушек, но поджарый, хорошо тренированный шатен, ничуть не пугал, хотя его возможности, пожалуй, были не менее опасны для обывателя или даже другого менталиста, чем возможности дознавателей.

— Калеб Фердинанд ир Фэйр, — представился он. — Боевой менталист. Наслышан о ваших и особенно вашего декана успехах. Выигранная дуэль с боевым менталистом, — группа заинтересовалась, что от взгляда мужчины не укрылось, но он предпочёл продолжить мысль: — усыпленная академия, использование взаимодействия на полигонах… И наверняка это ведь ещё далеко не все, верно?

Студенты смутились. Это действительно было ещё не все. В списке их «достижений» значились и иные, вот только рассказывать об этом было как-то неудобно.

— Взаимодействие с некромантией выглядит перспективно и для боевой менталистики, но мы с вами займёмся более классическим применением ментальной магии. Да?

— Думаю, применять взаимодействие в боевой менталистике слишком опасно, — возразила Кларисса. — Если её схемы ещё и усиливать, можно навредить непоправимо.

— В боевой менталистике шанс навредить непоправимо есть всегда, — посерьёзнев, заметил ир Фэйр. Магистром он, к слову, не был. — Вы воздействуете атакующими схемами на сознание, фактически вслепую, не зная, что именно у противника за щиты и есть ли они. Если нет или они слабые, или вы не рассчитаете силу удара, есть вполне реальный риск отправить его к лекарям, возможно, на всю жизнь. И забывать об этом не стоит. Но и осторожничать, когда