Путь от змеиного хвоста - katss

Уже в следующий миг я летела как тот мячик для тенниса. Недалеко, правда. Ровно до кованого металлического панно на стене. Новенького. С детализированной картой мира. Дальше щит разнёс это панно, и выбил кучу кирпичных обломков.

Хорошо хоть, стена здесь внезапно толстая… И мой круговой перераспределил импульс. Качественно. Иначе б летела я сейчас по улице, со свистом и развевающимися рукавами… вышитыми серебром. Как та тучка. Ну или Винни-Пух. Но он-то вниз летел! А мне грозило стать гордой птицей пингвином… Чернильно-синей расцветки.

Королевским, наверное…

Шмякнулась на пол. Подумала. Размяла шею. И поковыляла обратно, потирая нижних девяносто. Попу я себе всё-таки преизрядно отбила…

— Ну и что ты хотел этим сказать, мудило? — спросила у крайне неспешно уходящего ящера. В спину. — Что место женщины на кухне? Тогда твоё место — прости, где? На каменоломне? — Скалообразная фигура замерла. Повернулась всем торсом.

Ага. Значит, эластина в мышцах — совсем немного. А вот коллагена — в избытке… И, судя по едва не мультяшно гипертрофированным пропорциям, тестостерона — ну или что там его этим ящерицам заменяет? — тоже в избытке. Это хорошо… Значит, гибкость снижена. Мои шансы продержаться становятся немного реальнее… А зрение у них, скорее всего, туннельное. Ну, последнее вообще у мужиков — повальный случай. Периферию они почти никогда не различают. Такая вот особенность эволюции… Причём, не только у нас.

Громила снова посмотрел. Всем своим независимым видом давая понять: какое огромное одолжение делает, просто дыша со мной, недостойной, одним воздухом! Медленно поднял руку и ткнул когтистым пальцем (что показательно — без перепонок):

— Самки. Не сражаются.

— Щас самка в моём лице покажет тебе место в пищевой цепочке, — да, чтоб с гарантией запомнил, что матриархат никуда не делся, а только маскируется…  Не сражаются… Да счаз! Расскажи это моей бабушке — ветерану ВОВ!

— Самки. Не сражаются! — повторил объящеренная версия Дуэйна Скалы Джонсона. В мгновение ока он оказался на расстоянии вытянутой руки, отвесил хорошую такую оплеуху. От которой у меня во рту появился привкус крови — щёку случайно прикусила… Пока шея смачно щёлкнула. И в полёт с задетых когтями волос отправилась заколка. Застёжка не выдержала таких приключений.

Проследила за ней взглядом, чтоб позже найти… Но, прямо на моих глазах… Тонкую, украшенную пластинку… раздавил сопляк, злобно скалясь.

Отполированная бирюза и жемчужины только хрустнули.

Время, казалось, замерло вместе со мной.

Хруст всё ещё стоял в ушах. Страшный. Как девятый вал. Как мёртвое лицо сестры, которую я даже не схоронила.

Это был подарок… Чёрт вас возьми, уроды, это был Танькин подарок!…

Горло прошило спазмом. Лёгкие запекло. Я стала покрываться опасно потрескивающими щитами. Два ранее поставленных — рывком утолщились, до состояния мутноватого стеклоизолятора на ЛЭП.

Боль внутри превысила порог, и вылилась в вопль. Шаман успел накастовать защиту — прикрылся колотушкой, бросил под ноги своей охране серо-зелёные бусины…

Из них, графом единичных кругов***, выросли плоские линзы, вертикально поставленные на ребро. Тут же пошли неизвестными вертящимися символами… От которых часть моей магии отразилась и вернулась ко мне — где оказалась сожрана подвижным, слоящимся аки составной доспех щитом.

Другая же отразилась от самого первого, поставленного на лестницу — за которым укрывались мои и иностранцы… И рванула уже в видимом спектре на выход. Снеся словно стенобитное орудие и пару колонн, и почти сейфовые двери, и невидимую преграду, ранее наколдованную шаманом… Вместе с дверями.

В фойе сразу ворвались звуки и запахи улицы — приближающийся вой сирен, пыль дороги и нарастающий аромат бури в дождь. Соня рядом.

Дима не подвёл.

Первым, я с наслаждением свернула башку недомерку!

Жажда сделать это вручную перевесила все мыслимые и немыслимые "против" — и я просто поддалась ей. Какой приятный хруст…

Пригнувшись, метнулась к следующей намеченной жертве. Туфли, к сожалению, не выдержали… Тот урод, который целился в Макарова, всё равно уже сдох. Так что пришлось выбрать другого любителя человечинки. У которого тоже, попирая все законы земной биологии — за несколько секунд отросла кисть. До изначальных параметров. Интересно… Житов не рассказывал о лекарях среди монстров.

В прыжке почувствовала что-то, что вот-вот помешает, сбив вектор… Жаль. Очень жаль. Но придётся просто отрезать. Крокодилья башка ещё стояла на теле, но по факту уже была отдельно… Тут со мной, прямо в полёте, столкнулся какой-то товарняк — на проверку оказавшийся давешним Дуэйном. Вооружённым метровой дубиной.

Грохот от моих перемигивающихся щитов и его туши раздался такой, будто это реально — две скалы впечатались!

Срезала нитью половину дубины, частично взорвав остатки. И, пока он промаргивался от прилетевших в зенки щепок — с усилием, которое на знаю как завтра отзовётся моей многострадальной пояснице? Развернулась в воздухе, и весь полученный импульс вернула, вбив босыми ногами это тело по щиколотку в пол. Напольная плитка разлетелась мелкой шрапнелью. А я, дополнительно заехав ему пяткой в челюсть, оставила это хамло на десерт и прыгнула к спешно кастующему что-то шаману — с криками, будто яйца прищемили.

Сверху уже подозрительно тряслись остатки перекрытия…

С не меньшим грохотом врезавшись друг в друга плечами, в холл влетели Соня с Арсеньевым, почти синхронно бросив мотоциклы у ступенек.

"Ну всё, пизда ящерам!" — успела подумать до того, как хорошенько прописала коленом шаману в челюсть. И добавила сверху по кумполу. Проломив череп. Потолочное перекрытие трястись перестало — но оттуда уже лезли следующие претенденты на отправку к таксидермисту.

— Весело у тебя тут! — прокричала Соня, бросаясь на них с азартом раззадоренного ротвейлера. Снесла на пробу пару голов — заодно случайно раздолбав своей рельсой третью колонну — и сиганула наверх.

Сзади раздался сочный "чмяк!" — и размытая, изрядно злая махина, в пару размашистых ударов снесла остатки насыпавшихся сверху иномирных аборигенов — рельсой ещё шире только что мелькнувшей Сонькиной. Бросила на меня многообещающий взгляд, и тоже сиганула на ту сторону.

…Не поняла?!

Обернулась…

Ну бля!…

В паре метров от меня с шаманом, лежали две аккуратные половинки зубастого "Дуэйна".

— С-сво-о-олочь!! Кто тебя просил?! Это был мой трофей!! — заорала, бессильно топая ногами. Зацепилась нитью за край чего-то там в портале — и, с разбегу, прыгнула за ними.

Я ж этого Арсеньева, лезущего из каждого угла и каждого радиоприёмника, когда-нибудь угондошу!… Когда дорасту…

***

Распахнутое сопределье встретило какими-то доисторическими папоротниками