Сваха для разведенных драконов - Анна Снегова

— Да мне хоть Величество, хоть Невеличество! Идём домой, кому говорю! — и рыжий с угрожающим видом стал наступать на дедка.

Тут уж моя душа не выдержала.

У меня, как-никак, сделка срывалась! Жизненно мне необходимая.

Я встала меж ними и загородила дедка грудью, уперев руки в бока.

— Вы никуда не заберете моего клиента! До тех пор, пока Богиня не явила свою волю, этот дракон под моей защитой.

Рыжий опешил. И кажется, стушевался. Его скулы слегка покраснели.

— У нас что, новая драконица в городе? Из какого ты рода?

Я не успела и рта раскрыть.

Меня схватили за локоть и ревниво потянули назад.

Даниель демонстративно уложил руку мне на талию и чмокнул меня в висок.

— Из рода отбитых на голову девиц, у которых напрочь отсутствует инстинкт самосохранения и глазомер. Габариты противников не умеет сопоставлять. Ну и к тому же она — наша новая драконья сваха. Так что Хельга не врала, твой дед пока у неё в обороте, никуда отсюда не пойдёт. Теперь она им командует.

— Ничего себе! — присвистнул рыжий.

Я же от наглости короля так опешила, что не нашлась, что сказать. Когда он ещё меня и добил.

При всей показной ленивости его движений, Даниель вдруг неуловимым образом изменился. Глаза грозно сверкнули. Синий ряд чешуй перламутром мелькнул вдоль руки и на шее. В очень-очень спокойном голосе прозвучало нечто такое, что рыжий вытянулся по струнке смирно, когда король добавил:

— А, ну и ещё одна деталь — эта женщина моя.

Рыжий демонстративно шагнул в сторону и сделал вид, что изучает узоры на прогнившем дереве калитки. Старичок вылупился на нас во все глаза. Гадкая Нанайя на верхушке доски давилась со смеху так, что едва не свалилась. Только мне одной было не до смеху.

— Я ничья! Я своя собственная! — прошипела я, пытаясь отодрать чужую лапу по одному пальчику со своей талии. Лапа ожидаемо отдираться не пожелала.

Советских мультиков, само собой, этот нахал не смотрел, отсылки не оценил и ровным счетом никак не отреагировал.

— Идёмте уже! — скомандовал Даниель. — Я проголодался. Хельга, заканчивай здесь и забираю тебя завтракать.

— Никуда я с тобой не пойду!! — уже не на шутку зверея, взвыла я.

Про эмансипацию и феминизм тут, ясно-понятно, тоже ни сном ни духом. Так что всё, что я получила в ответ, это иронично-насмешливый — «ну конечно! Ещё как пойдёшь» — взгляд Даниеля.

— Чем я так нагрешила в прошлой жизни, — вздохнула я, проходя в злосчастную калитку. Драконы в этот узкий проём с трудом втиснулись, и хлипкое сооружение едва не приказало долго жить.

— О нет, я так и знал! Только не сюда! — уныло вздохнул рыжий и снова попытался свернуть деда с пути. — Давай лучше на более приличных улицах поищем? Что-то более подобающее твоему статусу…

— Отстань, щенок! — фыркнул дед. — Яйца курицу не учат! Сам разберусь.

А всё-таки он спорил больше из вредности. Было видно, что здесь ему не по себе.

Наш сморщенный, как изюм, жених шёл первым, оглядываясь с брезгливо-напуганным видом. Это был типичный двор-колодец, какому бы Питер позавидовал. Потому что здесь был не просто замкнутый двор, в котором было видно лишь клочок неба над головой. Так тесно лепились друг к другу постройки, а стены домов буквально врастали один в другой. Тут и там меж окнами протягивались верёвки со стиркой. Пахло вареной капустой, где-то уныло завывал младенец, из какого-то окна надрывно и бестолково лаяла мелкая собачонка. На выкрашенных бледно-жёлтой краской стенах ни следа не было лепнины, каких-нибудь скульптур, позолоты и прочей мишуры, какими украшали дома богатеев. Краска местами облупилась, а один угол был изрисован углём всякими рожицами.

Кажется, для престарелого дракона это всё была жутка экзотика, он по таким злачным местам обычно не ходил. А может, и не знал, что они вообще существуют.

Изюминка двора была не в этом.

Прямо посреди него кто-то умудрился соорудить загон для кур! А рядом — разбить крохотный огородик. Хотя я не представляла, что можно вырастить в подобном месте, куда редко заглядывало солнце. Но, как говорила лягушка, застревая в клюве цапли, «жить захочешь — ещё не так раскорячишься».

Всё это безобразие, как вишенка на торте, украшали две жидкие клумбы и парочка кустов. Честно говоря, очень гармонично смотрелся бы лебедь из покрышек. Но к сожалению, машиностроения в местный мир не завезли.

— И вы предлагаете мне здесь искать себе невесту? — уныло уточнил Ашшур. — Как-то тут…

— Не надо здесь никого искать! — торопливо перебил его племянник. — Идём уже домой!

А всё-таки, это настораживает.

Почему вдруг рыжий детинушка так против того, чтобы его дед обзавёлся на старости лет новой пассией? Чует моё сердце, что-то тут не чисто.

И я уже вознамерилась было подойти поближе, чтоб начать выяснять, что именно, как меня потянули назад. И затащили в тёмный уголок возле калитки.

Даниель зажал меня у забора и надёжно зафиксировал одной рукой. Ослепительно улыбнулся, как ни в чём не бывало. Аккуратно заправил мне прядь волос за ухо, пока я сверлила его исподлобья своим фирменным «лапы-убрал-пока-цел»-взглядом. Нет, всё-таки в такие момент очень ясно и понятно, откуда взялись корни у патриархата. Попробуй слабой женщине хотя бы с места сдвинуть такую тушу!! Да ещё и наряды такие специально придумали, чтоб ни побегать, ни даже коленкой как следует куда надо не врезать. Мягкие юбки мешают и без сомнения смягчат удар. Ну никакой тебе самообороны!

— Я только хотел прояснить одну вещь, — промурлыкал дракон.

— Какая именно из частей твоего тела тебе наименее дорога? — буркнула я.

Он рассмеялся.

— Все. А некоторые особенно. Тебе в скором времени станут тоже. Но я не об этом.

Он склонился ниже ко мне. Я основательно напряглась. Подумала, целоваться полезет.

Но кажется, дракону приспичило поговорить. Я едва сумела подавить всплеск разочарования где-то в глубинах моего дурацкого организма. Который голосу разума отказывался повиноваться категорически.

Прямо над моим ухом раздалось вкрадчивое:

— Хотел раз и навсегда обозначить. Поскольку я не твой клиент и никогда им не стану…

— Это мы ещё посмотрим! — храбро перебила я.

На мои губы легла горячая ладонь и небрежно зажала мне рот.

— …То имей в виду, Хельга. Командовать мной, как этим полоумным дедом, ты не будешь. И спорить со мной тоже. Особенно на людях. Если я сказал, идём есть, значит идём есть. Женщина, которая прилюдно спорит со своим мужчиной, роняет его авторитет. А я