Сваха для разведенных драконов - Анна Снегова

— Прости меня, дурака! — очень тихо и как-то просто попросил Ашшур. — Я всю жизнь потратил на чужие цели. На чужие дороги, которые уводили в лабиринты тупиков. Пока моя порастала быльём. Хорошо, что успел снова увидеть её, пока не стало слишком поздно.

Когда он подошёл к старухе и взял её дрожащую руку, у той на тыльной стороне ладони, увитой выпуклыми венами, проявилась сияющее очертание свернувшегося кольцом оранжевого дракона.

Я стояла поодаль, в углу двора, и как дура всхлипывала и тёрла глаза.

Я так на последней серии своего любимого турецкого серила не хлюпала носом! А там, между прочим, двести тридцать одна серия была.

— Хельга, это что-то! — пропищала восторженно Нанайя с соседнего забора. — Сразу две пары одним ударом! Такого я давненько не припомню.

— А раз так, — с энтузиазмом заявил Даниель, подкрадываясь сзади и подхватывая меня на руки. — То ей положен выходной. Я её у тебя украду, если не возражаешь?

— О моих возражениях ты, как обычно, не спрашиваешь? — строго спросила я, обнимая его за шею.

Синий взгляд внимательно посмотрел на меня с прищуром.

— Я и так слишком долго терпел. Официально заявляю — моё терпение лопнуло. Забираю тебя. И до завтрашнего утра из рук не выпущу.

Моё сердечко ёкнуло, когда прямо на ходу он обернулся в дракона. И гигантский могучий зверь взмыл над городом, унося меня в когтях.

Глава 30

Дракон бесцеремонно плюхнул меня на широкий балкон дворца, увитый цветами, на котором поместилась бы половина моей ипотечной квартиры. Сам грохнулся рядом, на ходу превращаясь в человека.

Отряхнулся, фыркнул. Прошёл пару шагов ко мне, заставляя отступить, так резко и дико, по-хищному, ощущалось всем телом это приближение. Я прижалась спиной к стене из старого белого камня, нагретого солнцем. Пышные плети лиан, усыпанные белыми цветами, давали тень и отсекали пологом от всего мира.

Синяя чешуя прямо на глаза втягивалась ему под кожу, вертикальный зрачок становился человеческим, когти на пальцах стали ногтями.

Но дикий огонь во взгляде никуда не делся.

Всё это время король носил маску благодушного рыцаря, который приглядывает за незадачливой попаданкой. Попутно отгоняя от неё лишних кавалеров. Но дракон всегда остаётся драконом. Не надо было мне забывать.

Что-то внутри сладко ёкнуло.

Я вдруг лихорадочно принялась припоминать, как давно делала эпиляцию.

Даниель протянул руку, коснулся моей щеки, медленно провёл по ней. По-хозяйски убрал растрепавшийся локон волос мне за ухо.

— Для начала я обещал тебя покормить.

Кратчайший путь к сердцу женщины лежит через её желудок, я так считаю.

Но вот это предательское «для начала» я тоже заметила.

Мурашки по телу поползли ещё активнее.

Дракон взял меня за руку и повёл с солнечного балкона в прохладу комнаты. Я с некоторой долей смущения поняла, что это спальня. Вот как-то так я себе представляла покои турецких султанов. Кажется, в Дракилоне в принципе уважали низкую мебель, любили сидеть на подушках и, судя по всему, спать тоже предпочитали практически на полу. По крайней мере, вот это округлое ложе, занимавшее добрую треть просторной комнаты, было больше всего похоже на толстый матрас из расшитой серебром дорогой ткани, который положили прямо на тёмный паркет. Над ним покачивался полог из невесомой белоснежной кисеи. По обе стороны стояли пышные зелёные растения в кадках.

— Ты с таким интересом разглядываешь мою постель, — хмыкнул Даниель, подходя сзади так близко и бесшумно, что я чуть не подскочила.

— Мне просто интересно, почему у целого короля целого королевства нет нормальной кровати на ножках.

— На полу прохладней, — пожал плечами он.

Подошёл к низкому резному столику, инкрустированному перламутром и бирюзой, уселся на подушках, скрестив ноги. Налил из высокого металлического кувшина с орнаментом прозрачной воды в бокал. Протянул мне. Я осторожно уселась рядом, подогнув колени, с благодарностью приняла бокал и начала жадно пить. Меня мучала жажда после прогулок по городу.

— Впрочем, если хочешь, можешь сама проверить её удобство. А завтрак оставим на потом, когда как следует нагуляем аппетит.

Я поперхнулась и закашлялась.

Дракон смотрел смеющимися синими глазами, при этом сохраняя предельно серьёзное выражение лица.

Мы оба знали, зачем он меня сюда притащил.

Вопрос времени, когда всё случится. Чуть раньше или чуть позже. На такой кровати или на другой. Или просто на полу. С него станется.

Напряжение внутри меня взвинтилось на максимум.

Даниель пододвинул ко мне блюдо с фруктами. Я таких никогда не видела. Кисть оранжевых ягод напоминала виноград, но по вкусу была точно ванильное мороженое. Рядом горкой лежали фиолетово-чёрные, полосатые, как тигрята, плоды размером с мой кулак. Поверх них — ещё какие-то маленькие розовые шарики, покрытые белесым пушком. Я сделала вид, что поглощена исследованием содержимого этого блюда. А сама лихорадочно размышляла.

Оля, ты взрослая женщина.

У тебя совершенно точно начинает крышечка отъезжать в присутствии этого мужчины, и тело красноречиво напоминает, как давно у тебя не было отношений.

Если всё будет хорошо, то после выполнения задания Богини ты вернёшься к себе домой, каких-то четыре брака осталось организовать. Три из семи уже на мази, не такая уж трудная работа оказалась. Хотя все эти скачки в прошлое и выпивают много сил. Но даже интересно.

Так что и король этот синеглазый, и его настойчивые, с целеустремлённостью носорога ухаживания, очень скоро останутся позади. Почему бы не воспринять это как небольшой курортный роман? Будет приятное воспоминание. В конце концов, ты давно не девочка, и пора бы уже не смущаться, как восемнадцатилетняя девственница.

Почему бы и не да?

Но я знала, почему.

Не умею я «просто так». Влюблюсь по уши, если ещё не влюбилась. И когда нас отсекут друг от друга непреодолимые стены миров, а дракон пойдёт искать очередную пассию на одну ночь, я у себя в однушке буду ночами лежать, глядя в потолок. И медленно умирать от тоски по нему.

Знаем, плавали.

Я ж весь интернет перелопатила, столько роликов от всяких психологов пересмотрела, столько книг перечитала. «Работала над собой», ага. Пыталась себя переделать. Чтоб не быть больше наивной дурой. Не влюбляться без памяти во всяких идиотов. Не представлять себе каждый раз «и жили они долго и счастливо» после пары-тройки свиданий и навешанной на уши лапши про то, что я — «та самая, единственная и неповторимая, которую всю жизнь искал».

Этот хотя бы не врёт.

Сразу и честно сказал, что от меня ничего, кроме моего тела не нужно. Ни