Последняя из фениксов для принца драконов - Мария Боталова

— На меня напали. В очередной раз, — заметила с удивлением. Он что, правда не понимает? — Еще я по коридору успела полетать.

Сказала — и задумалась. Спина вроде не болит. Да и руки, ноги целы. Похоже, мне очень повезло с приземлением. Ничего не подвернула и не ушиблась даже.

— Мне жаль, Марина. — Дрэйв прерывисто обнял меня. — С нападениями я разберусь. Еще раз поговорю со всеми. Но, кажется, в последнее время на тебя слишком много всего навалилось. Ты и на наших с тобой занятиях стала не очень активной, огонь перестал откликаться. Да, ты наверняка переволновалась и очень устала. Отдыхай. Восстанавливайся. А завтра выходной, поедем в город. Да, точно. Погуляем весь день, заниматься не будем. Тебе нужен хороший отдых. Что на это скажешь?

— Я подумаю, спасибо, — я натянуто улыбнулась и поспешила юркнуть в комнату.

Судя по звуку воды из ванной комнаты, Анита там.

Я добрела до своей кровати и собиралась уже рухнуть поверх одеяла, как вдруг рядом разверзся черный провал. Высунувшуюся оттуда руку Аяра в пригласительном жесте я узнала сразу. Оглядевшись на всякий случай, убедилась, что Анита не спешит выскакивать из ванной, и вложила пальчики в ладонь Аяра. Меня тут же окутала темная магия — и я очутилась в гостиной. Правда, в незнакомой. Не припоминаю такие темные и мрачные интерьеры в доме, где жила вместе с Аяром до поступления в академию. И потолки здесь, кажется, выше. На дворец немного похоже.

— Спрашивай. Ты сказала, у тебя накопились вопросы.

Я растерянно осмотрелась.

— А… можно присесть? Или стоя спрашивать?

— Можешь присесть, — хмыкнул Аяр и первым занял одно из двух темно-бордовых кожаных кресел.

Помимо кресел, в небольшой комнате имелся столик из странного материала, похожего на темно-красное полупрозрачное стекло, два шкафа с книгами и камин. Пламя в камине приятно, в некоторой степени успокаивающе потрескивало, но все равно чувствовался холодный воздух. За окном стояла темнота. Впрочем, даже если бы что-то увидела на улице, я вряд ли смогла бы определить, где мы находимся. Дарган большой. Эл’сар — тем более.

Я заняла соседнее кресло. Перевела дыхание, собираясь с мыслями. И выпалила:

— У меня пробудился огонь, а потом погас. Мне кажется, это каким-то образом связано с эмоциями.

Аяр смерил меня странным, задумчивым взглядом.

— Ты полагаешь, тебе станет легче, если я дам подтверждение этой догадки?

— Конечно! Я понятия не имею, как управляться со своей магией. Такое ощущение, что вслепую тычусь и чаще промахиваюсь, но иногда попадаю куда нужно. А как, почему — непонятно. Если я буду знать, на что обращать внимание, дело пойдет быстрее.

— Вряд ли, — Аяр хмыкнул. — Магия фениксов пробуждается, когда они влюбляются, и зависит от силы любви.

Я поперхнулась воздухом.

— Не может быть! Я же… нет, конечно же, я не могла влюбиться в Дрэйва. Ох… ты поэтому не говорил о магии, но и не препятствовал моему общению с Дрэйвом? Знал, что так будет лучше, чтобы магия скорее пробудилась? Но нет… — я замотала головой, — я не влюбилась. Точно. Я уверена в этом.

Аяр взирал на меня с сочувствующей улыбкой. Не перебивал растерянную речь. Но, когда я замолкла, недоверчиво глядя на черного дракона, снова заговорил:

— Тебе виднее, влюбилась ты или нет. Не стану настаивать. Это может быть не любовь. Может быть даже не влюбленность. Только первое, легкое, ненавязчивое чувство, которое помогло пробудиться твоей магии. Но, вижу, что-то произошло. Ты не использовала огонь, когда сработал портал.

— Не использовала… Аяр, совсем забыла. Я ведь хотела тебя поблагодарить. Ты в очередной раз меня спас. Эта переделка могла плохо закончиться, — я передернула плечами, вспоминая, каким холодом пахнуло из портала.

— Спас, — кивнул Аяр невозмутимо. — Драконицы хорошо подготовились. Собирались замести следы, когда вы окажетесь по другую сторону портала, но не смогли.

— Значит, я не зря оставила Аниту караулить?

— Зря. Полагаешь, Анита могла остановить старшекурсниц?

Мне сделалось нехорошо.

— А как же тогда… как… — воздух застрял в горле и никак не желал проталкиваться дальше.

— Я не пустил дракониц к Аните. Поэтому они не замели следы. Полагаю, их поймали?

— Поймали, — выдохнула, на мгновение пряча в ладонях лицо. Мне нужно отдышаться. Прийти в себя и собраться с мыслями. Сейчас-сейчас. Я справлюсь с эмоциями. А о том, что Анита все-таки могла всерьез пострадать, подумаю позже. И, может быть, даже выскажу Дрэйву все, что успело накопиться!

Дрэйв… Неужели моя магия на самом деле связана с чувствами? Даже не с эмоциями, а именно с чувствами? Что я ощутила тогда, в первый раз, когда огонь пробудился? Я волновалась, представляя, что Дрэйв может меня поцеловать. В течение нескольких дней, когда мы с драконом активно общались, у меня получалось все лучше и лучше. До тех пор, пока его поступок меня не разочаровал. Разочаровал настолько, что огонь снова пропал.

— Я не могла быть влюблена, — повторила упрямо.

— Я и не спорю, — Аяр повел плечами. — Как уже сказал, для начала может быть достаточно легкой симпатии.

А вот легкую симпатию я совершенно точно испытывала! О боже. Что же теперь делать?

— Значит, у меня больше не будет магии? До тех пор, пока я не начну испытывать симпатию к кому-нибудь другому?

— Почему сразу кто-то другой? Может быть и Дрэйв. Пройдет обида или что ты там к нему испытываешь. Снова пробьется росток симпатии. И твой огонь вернется. — Аяр рассуждал настолько спокойно, будто мы с ним интегралы на математике высчитывали, а не магию, завязанную на чувствах, обсуждали. Или дело в чем-то другом? А что, если…

— Ты не хотел, чтобы у меня пробудилась магия? — предположила неожиданно для самой себя.

— Скажем так… Я надеялся, что к моменту пробуждения твоей магии ты освоишься в Эл’саре чуть больше. Но получилось так, как получилось. Магия пробудилась — и это тоже хорошо. Будешь осваивать параллельно: информацию о мире и огненную магию.

Или не буду, если не смогу ничего почувствовать к Дрэйву.

О! А может, мне просто влюбиться в какого-нибудь дракона? И обязательно в старшекурсника, чтобы был недосягаем. Недосягаемые — они, как правило, и разочаровывают меньше. Буду посматривать на него в коридорах академии, вздыхать в сторонке и любить