Не мечтай о нас - Кристина Рэйн

– Прости, не хотела тебя волновать, – искренне пытаюсь оправдаться я. Просто за последние несколько часов я совсем забыла, что Блейк может меня ждать.

Как можно скорее я направляюсь к своему чемодану, который стоит в углу комнаты, в поисках какой-нибудь одежды. Надеюсь, она не заметит, что…

– Чья это футболка? – скептически спрашивает она. – Прошлой ночью ты пропала в лесу полуголой, а возвращаешься в мужской футболке. Где ты была, Хэйден Скотт?

Попалась.

– Ты что, моя мать? – Я пытаюсь увильнуть от ответа.

– Нет, но твоя подруга.

– Очень любопытная. Я ночевала у Айзека, – отвечаю я, закатывая глаза, потому что Блейк точно не успокоится, пока не получит ответ на свой вопрос. А у меня нет сил спорить и доказывать, что моя жизнь – не ее дело. Голова все еще раскалывается, и я чувствую себя уставшей как собака. Дело не только в алкоголе, но и в мыслях о том, чем мы с Айзеком занимались пару часов назад.

О том, что он со мной сделал. Дважды, пока я не выбилась из сил и не заснула в его объятиях.

– Айзека Хантера? Лучшего друга Сайласа? – Голос Блейк срывается на крик. – Ты еще не врубилась? Почему ты пошла к нему? Каждый в кампусе знает, что он берет все, что…

– Мы не спали, – перебиваю ее я.

– Ах нет? Хочешь сказать, этот ловелас позволил тебе спать в своей постели, не потребовав ничего взамен?

– Именно так. – По крайней мере, не в том смысле, который Блейк сейчас имеет в виду. – Это не первый раз, когда я ночую у него, и сексом мы не занимаемся. Мы же не…

– Ты уже ночевала у него? Хэйден! – Блейк определенно потрясена. – Боже, из всех парней ты выбрала того, кто превращает твою жизнь в ад? Я бы ни за что не легла в одну постель с человеком, который меня унижает.

Я решительно встаю и поворачиваюсь к ней:

– Айзек – не Сайлас!

Наступившая тишина напрягает до предела. Мое сердце колотится где-то в горле.

Блейк сдувает с глаз прядь красных волос и качает головой. На ее лице написано разочарование.

– Мне все равно, это твое дело. Но я больше не буду защищать тебя от них, если они снова вытрут об тебя ноги.

– Я никогда не просила тебя защищать меня от кого бы то ни было! – крикнула я, загоняя подругу в угол, снова наклоняюсь к чемодану, чтобы достать легинсы, чистые трусы и спортивный топ, а затем выбегаю из комнаты, чтобы переодеться в общей ванной.

Дерьмо, почему этот разговор так быстро перерос в ссору?

Стук в висках становится невыносимым. Мне нужно выйти на свежий воздух и проветрить голову. Первое, что приходит в голову, – это танцы, но тогда я не смогу подышать свежим воздухом. Кроме того, здесь нет уединенного места, чтобы спокойно включить музыку. Но я могла бы отправиться на пробежку. Кампус, наверное, размером с Центральный парк.

Я возвращаюсь в комнату, чтобы взять кроссовки. Блейк улеглась в постель, полностью меня игнорируя. Как хочет. Зашнуровав свои светло-голубые кроссовки, я выхожу из общежития.

* * *

Быстрыми шагами я удаляюсь от мощеных дорожек и увитых плющом зданий в сторону леса, окружающего заднюю часть кампуса, и высматриваю какую-нибудь небольшую тропинку, чтобы не заблудиться среди множества деревьев.

Перед глазами снова и снова проносятся обрывки воспоминаний о прошлой ночи. Как я в одиночестве продираюсь сквозь заросли. В полной темноте. Мокрая, потому что до этого была… в озере.

Сайлас. Он топил меня. Раз за разом.

Мне не хватает воздуха, но вместо того, чтобы остановиться, я увеличиваю темп и начинаю прокручивать мысли быстрее. Пробегаю мимо высокой старой башни и вхожу в лес, который сегодня уже не кажется таким темным и густым. Солнечный свет проникает между ветвями хвойных деревьев, раскрывая красоту этого зеленого места. Он помогает мне справляться с мрачными воспоминаниями о вчерашнем дне.

И о том, что случилось пять лет назад.

Я концентрируюсь на технике шагов, дыхании и сердцебиении. На хрусте под подошвами кроссовок. И на жжении в легких.

Наверное, лучше не бегать на улице в моем похмельном и потрепанном состоянии, но истощение организма всегда было самым эффективным способом успокоиться.

Как и вчера, я снова убегаю от Сайласа, но каждый раз, когда у меня в мыслях возникает его лицо, оно расплывается и превращается в лицо Айзека. Его полный вожделения взгляд, обращенный ко мне. Его губы, все еще влажные. Я отчаянно моргаю и вдруг вижу вместо лица Айзека золотую маску.

Я спотыкаюсь, испуганно вскрикиваю и падаю на землю. В колени и ладони впиваются мелкие камешки и песчинки.

– Черт, – выругалась я и поднялась на ноги. Щурясь от яркого солнечного света, я поднесла руку ко лбу и огляделась по сторонам. Я настолько погрузилась в свои мысли, что не обратила внимания на то, куда бегу. Прямо передо мной в небо вздымается большое темное здание. Она сложена из серого камня, а небольшая колокольня с крестом на остроконечной крыше зловещей тенью выделяется на фоне солнца.

По моему телу пробегают мурашки. Я вытираю израненные, но, к счастью, не кровоточащие ладони о бедра и решаю как можно скорее отсюда убраться.

Почему-то это место кажется мне жутким. Но, пройдя всего несколько метров, я останавливаюсь в замешательстве. За заброшенным зданием скрывается заросший сад, сливающийся с лесом. А там, в подлеске, лежит светлое тело. Свернувшееся калачиком, будто зародыш. Только это взрослая девушка.

– О боже, – выдыхаю я и бросаюсь вперед. – С тобой все в порядке? – Я опускаюсь перед незнакомкой на колени, но не решаюсь к ней прикоснуться. На девушке совсем нет одежды.

Длинные светлые волосы струятся по ее плечам и спадают на землю. В них запутались мелкие листья, сосновые иголки и ветки. Ее лицо отвернуто от меня.

– Ты меня слышишь? – спрашиваю я, слегка касаясь ее плеча. Она теплая. Ее кожа буквально светится.

Внезапно девушка начинает двигаться. Она стонет, приподнимается на локтях и поворачивает ко мне голову.

– Черт, который час? – спрашивает она.

От удивления у меня отвисает челюсть.

Блондинка встает, встряхивает волосами, которые доходят ей до бедер, и вытаскивает из них несколько веточек. Кажется, нагота не доставляет ей никаких проблем.

– Так… все нормально? – спрашиваю я на всякий случай, стараясь смотреть ей в лицо, а не на красивую, хотя и грязную грудь. – Ты… спала здесь?

– Похоже, задремала.

– А где твои вещи?

Она оглядывается по сторонам:

– Лежат, наверное, где-нибудь в лесу. Надо будет найти.

В моей голове будто начинают раскручиваться шестеренки, и на поверхность