Сокровища Зазеркалья - Варвара Кислинская

- Конечно.

Мне захотелось завыть. Пашка, милый, добрый все понимающий Пашка, что же ты натворил?! Что же ты наговорил наивной девятнадцатилетней девочке, никогда не любившей никого, кроме одного вервольфа, однажды подарившего ей настоящую сказку?! Зачем ты вывалил на нее самую жестокую половину правды, не сказав того, что могло принести ей счастье? И ведь если я объясню тебе сейчас все это, во всем мире не хватит пепла на твою голову. Мне хочется придушить тебя собственными руками, но я не могу сделать несчастным еще и тебя. Мне придется все исправлять самой. И я исправлю. Обязательно исправлю. Вот только сначала разберусь в своей собственной жизни, починю то, что сломала сама, даже не начав строить. Или хотя бы просто сделаю первый шаг к этому. А потом я помогу и тебе, и Алене, и Грэму. А пока...

- Суду все ясно, Павел Валентинович, - я постаралась улыбнуться.

- Что именно? - недоверчиво покосился на меня Паша.

- Влюбленная девочка ждет встречи со своим прекрасным принцем, а ты на нее вывалил в довесок еще каких-то непонятных теток и странную теорию. Не удивительно, что она спряталась в раковину. Грэму нужно самому с ней встретиться. Без свидетелей. Пускай между собой разбираются.

- Ты так думаешь?

- Мне так кажется. Но знаете, я ведь могу и ошибаться. Рената, одного его, конечно, нельзя отпускать. Вы с Сином поедете с ним.

- А ты?

- У меня пока кое-какие дела здесь есть, но потом я к вам присоединюсь. Паша, у тебя тоже дел невпроворот будет. Нужно искать эту Уме. А как – непонятно.

- Я подумаю.

- Да вообще-то с этим покушением, еще неизвестно, когда мы сможем поехать к Алене, - вздохнула Рената.

- И не надейся. Завтра же и поедете. Никакая дружба Грэма дольше здесь не удержит. Да и не думаю, что мы можем чем-то помочь.

- Ну, да, - усмехнулась гномка, - мы эмиссары Гектора в этом мире, а в том у него и без нас высокопоставленных осведомителей хватает. От леди Рисс до конунга.

Я вздрогнула при упоминании царственной кошки, но сумела взять себя в руки. Это личное дело Гектора. Даже не мое. И вообще, при чем тут Гектор?

- А при чем тут Гектор?

- А ты еще не поняла? – Рената посмотрела на меня, как на умственно отсталую. - В том мире не происходит ничего, во что бы он ни вмешался. Это только кажется, что он всего лишь смотритель Библиотеки. А на самом деле все верховные с ним считаются. Наверное, всем очень повезло, что смотрителем стал такой хороший человек. Несколько тысячелетий Библиотека лишь иногда в случайном порядке подкидывала какие-то знания, а стоило Гектору схлестнуться со своим предшественником, и тут же ты открыла врата.

- Ну, вообще-то это именно я их открыла. Гектор-то тут при чем?

- А при том, что он притягивает пришельцев.

- С чего ты взяла?

- Поняла. Не сразу. Но все, кто пришел отсюда, или просто тут побывал, оседают вокруг него. Я, например и полгода не могу без Библиотеки прожить. Скучаю по Гектору. И почему-то выкладываю ему все свои секреты. Грэм с ним дружит, доверяет ему безгранично. И, мне кажется, тоже всеми сокровенными тайнами делится. А ведь Грэм – волк-одиночка. Ты тоже вместо царской жизни в Сентанене предпочла остаться в Библиотеке. А Риох?

- А что Риох? Он же не пришелец.

- Риох прилип к Библиотеке из-за тебя. А теперь из-за него в Библиотеке останется Джесси. Вождю Предреченному тоже придется ближайший год прожить там, готовиться к Игрищам. И не думаешь же ты, что он навсегда потом туда дорогу забудет?

- Ну, это только предположение.

- После месяца общения с Гектором, это перестанет быть предположением. Увязнет, как миленький. Не знаю я, что такого в Гекторе особенного, но все пришельцы остаются рядом с ним. Словно не могут уйти далеко от Библиотеки. А Гектор – это душа и мозг этого места.

- А от Библиотеки зависит равновесие в том мире, - закончила я. - Да, получается, страшнее смотрителя, зверя нет.

- Не страшнее, а добрее. Мне иногда вообще не понятно, как такого, как он, до сих пор с потрохами не съели.

- Да, жаль, что я с ним так поближе и не познакомился, - вздохнул Павел.

- Так пойди и познакомься! – вызверилась вдруг Рената. - А то сидишь тут за компом, а сам в гости обещал заглядывать. Вот только так и не сподвигся. А сейчас самое время. Пошел бы и добыл нам информацию об этом самом покушении. С альтернативной точки зрения, так сказать. Гектор, кстати, тоже в ней нуждается. Мы-то с Мартой тут, а ему иномирский взгляд не помешает. Ну, что застыл? Сейчас откроем портал, и – вперед. Дай уж двум мудрым женщинам посовещаться, раз сам взвалил на нас эти проблемы.

- Рената, ты серьезно? – недоуменно спросил Паша.

Вместо ответа гномка вывесила на стене мой рисунок и пристально посмотрела на меня, словно спрашивая, согласна ли я с таким решением. Я встала и, дорисовав недостающий штрих, открыла портал.

- Вперед, на подвиги, босс, - усмехнулась я. - Труба зовет.

- Ну... если вы так считаете... – и Павел шагнул в портал, а Рената предательски затерла ластиком уголок карандашного рисунка.

Мы переглянулись и, не сговариваясь, прыснули со смеху. Мне почему-то стало вдруг очень легко. Бесшабашность юности снова бурлила во мне шампанскими пузырьками. Но Рената сразу же вернула меня на грешную землю.

- А теперь выкладывай, почему тебе вдруг жить расхотелось, - потребовала она.

- С чего ты взяла? – попыталась увильнуть я.

- Глазками увидела, ушками услышала! Марта, я же не идиотка. Из тебя вся жизнь ушла, когда Риох сказал, что тебе сейчас лучше не возвращаться.

И что ты будешь делать теперь, Марта? Опять отшутишься? Разве этого тебе хочется? Когда последний раз ты доверялась подруге? Тридцать лет назад? Сорок? Пятьдесят? Когда последний раз в своей человеческой жизни ты смотрела в глаза женщине, не видя в ней ни соперницу, ни ребенка, от которого лучше скрыть жестокую сторону жизни? Когда, Марта? Когда ты последний раз кому-то доверяла просто так, без задней мысли, без страха быть осмеянной или показаться слабой, без страха, что от тебя