Том пятый. Месса в бурлеске - Харитон Байконурович Мамбурин

партерную борьбу с другим мордоворотом, на этот раз обладающим белой кожей. Сначала он мне пару раз врезал, но терпимо, с коротким замахом, а потом мы, сцепившись, давили друг друга секунд пять. Я за это время, едва придя в себя от жгущей спину боли, успел увидеть только Мария, стучащего кулаком в чью-то морду, да Эрику, ломающую руку другому негру, казалось, люто ошарашенному жуткой силой девушки. Затем за спиной моего противника мелькнуло что-то белое, он заорал как ошпаренный кабан, а затем получил от меня пальцами сначала в горло, а потом в глаза. Через еще пару секунд всё стало куда веселее, потому что выроненную дубинку подхватила… Норма.

На самом деле, все решилось практически в момент, когда мы уронили первого. Тот здоровый негр, уронив раздвижную дубинку, позволил этому оружию попасть в руки Широсаки Юки, ловкой, хитрой, чрезвычайно подвижной кицуне, бывшей абсолютно бесполезной в этом махаче… с голыми руками, но ставшей настоящей Немезидой с тонкой металлической палкой-хлыстом. Ей она избивала орущих людей, бегая от одного к другому, жутко отвлекая наших недоброжелателей, чем Марий, Эрика и я с успехом воспользовались. Много ли нужно, чтобы врезать разок-другой по потерявшему бдительность человеку?

Это должна была быть победа, но прибежало еще несколько типов, жутко похожих на официантов этого самого кабаре. Они не лезли в драку, а пытались её прекратить, так что мы, успевшие неслабо отхватить и обозлиться, им тоже вломили, в том числе и дубинками.

Сама развлекуха заняла не более трех минут, но этого времени хватило, чтобы на стоянке возле кабаре появились вооруженные люди, взявшие нас всех на прицел. Они орали, они ругались, они просили Норму прекратить. Та, не обращая внимания на вопли, продолжала сосредоточенно пороть дубинкой воющего от беспредела мужика, которого мы уронили первым…

— Марий, поцелуй её, — успел выдохнуть я, прежде чем нас взяли под стражу.

Блондин выполнил указание.

Глава 16

Изгнание из рая

— Факты, господа наемники, вещь солидная, признаю. Но знаете, что еще круче? Гораздо круче? Интерпретация, мать её. Злобная такая сука, гадкая и двуличная. Так вот, мои боссы интерпретируют вот это…

Толстый палец, покрытый кучей заживших сечек, ткнул в экран большого монитора, на которого демонстрировалась картинка с камер, где мы мудохались со здоровяками в форме.

— … как, мать его, нападение на службу безопасности кабаре, — продолжил говоривший, — Нет, здоровяк, помолчи, дай сказать. Там у меня дураков нет, да и сам я, вроде, ничего. Вы всё грамотно сделали, даже завидно, как дружно вперед рванули, базара нет. Однако напоминаю, интерпретация. Мнение мистера Боунса, чьих людей вы ушатали, весит сейчас побольше вашего. Гораздо. Не настолько, чтобы вас в землю зарывать, как он попросил, но достаточно, чтобы запретить вашей компании вход в Средний и Верхний город. На месяц, господа и дамы. Ровно на месяц. Тридцать дней. Начиная от этого момента.

Ультиматум нам ставил один из лейтенантов русской мафии, именно тех парней, которые и прекратили драку, переросшую уже в экзекуцию. Причем нужно отдать славянам должное, действовали они невероятно мягко по их собственным стандартам. Нам буквально предоставили коридор в Старый город, только отобрали у Нормы погнувшуюся дубинку. Тогда нам было не до разборок, почти все успели получить хотя бы по одному удару этой болючей мерзостью, но вот, на следующее утро, нас с Гриттом зовут в «Жирный кусок», где и ставят ультиматум.

Месяц ни один из нас не должен и шагу сделать на территории Среднего или Верхнего города, иначе хозяева… не поймут. Фатально.

— Мы вас услышали, Евгений Александрович, — по-русски произнес Марий, заставив сидящего с нами человека удивленно вскинуть брови, — Мы не доставим проблем.

— Ну раз так… давайте немного выпьем, — неожиданно подобрел мафиози, перейдя на родной язык, — И я вам расскажу кое-что интересное. А то, может, и знать не знаете, из-за чего вся эта херня вздулась?

— Будет неплохо! — повеселел и я, представляя, какую войну устроят девчонки дома. Эрика сейчас сидела злая как кобра, её достали по ноге. Несильно, но синяк был длинным, зловещим и черным. Очень готическим, как я выразился. Потом пришлось отступать от хромого, но очень злого вампира, пытающегося затравить меня медоедом.

Оказалось, всё дело было… в Мао-Мао, точнее в тех песнях, что она напела менеджерам Стифф Дэдди, сопровождая свои посулы фотографиями и видеозаписями со своего первого пребывания в Апсародае! Гребаная китаянка совсем не зря обрывала нам тогда телефоны и долбилась в двери, шоураннеры очень серьезно рассчитывали на наши гладкие и красивые рожи для этого шоу под названием «свадьба»! Натолкнувшись на наш игнор, эти глянцевые черные парни затаили неслабый зуб… а еще, к тому же, они выяснили, пробивая нашу репутацию, о небольшой чистке этнических меньшинств, которую команда провела в городе с Ла Диспензой, пока я чалился на миссии по убийству оборотня в Праге!

Твою мать, что за расовая дискриминация!

— Спасибо за информацию, — искренне поблагодарил я славянина, когда мы уже прощались, — Однако думаю, вам стоит знать — если этот рэпер попробует как-то пошутить, например нанять людей для разборок с нами в Старом городе… или еще как-то, то мы вспомним, что запрет ваших боссов касается только нас, а не ракет, гранат, пуль или наших друзей.

— Я передам, — посерьезнев, пообещал русский бандит, после чего мы и расстались с ним в самых добрых чувствах.

Ситуация резко стала неприятной. Наша мотивация устроить чернокожему певцу ртом пакость подскочила до небес, а вот возможности, неожиданно, оказались в заднице. Настолько, что даже пришлось приглашать Кси Тинг на чашку чая и пекинскую утку, а также просить Алебастра немного разведать обстановку в «Стемии». Оба шага, предпринятые быстро и решительно, принесли лишь один плод — мы узнали, что Каридад Луна прибыла в город и сейчас снимает номер в отеле «Гранд Лайн», том самом, где мы ранее гостевали с Мао-Мао. Из-за того, что в здании велась реконструкция разбомбленного пентхауса, на остальные номера предоставлялись такие скидки, что рэпер снял несколько этажей под своих личных гостей, когда получил гарантии, что структурная целостность небоскреба не нарушена.

— Ваша головная боль, детишки, — гнусно ухмыльнулась догрызающая обед старушка, — Я слишком сомневаюсь в собственной дочурке, чтобы шевелиться на эту тему. Если вы обгадитесь, то я только выиграю, так что решайте свои проблемы сами!

С «коллегами» тоже не удалось найти общий язык. Барон Штутгард, в чьих первоочередных задачах сейчас стояло восстановление репутации «Стемии» в городе, попросту не захотел связываться с возможными осложнениями, настоятельно посоветовав нам никуда не совать свой нос. Это было более чем разумно,