Том пятый. Месса в бурлеске - Харитон Байконурович Мамбурин

вампиресса, удивленная и обрадованная их неожиданно откровенным диалогом, — Он тогда назвал всех нас лишними. Неудобных людей собрали в кучу и выкинули куда-подальше, озадачив сложной миссией, да? Все окей, у них получилось, у нас получилось, живем дальше! Только барон в Инквизиции остался, Марий. Ты — барон. Ты очень ненужный никому барон!

Это была далеко не новая мысль в светлой голове Гритта, но получив точку зрения постороннего наблюдателя, он вцепился в неё похлеще голодного мастиффа… и тут же выкинул из головы, когда в двери номера Эрики раздался аккуратный отчетливый стук.

Через секунду они оба уже стояли на полусогнутых ногах, вдали от окон, сжимая пистолеты. Стук через некоторое время повторился.

Аккуратно приблизившись к двери и получив отмашку от Эрики, проверяющей окна, Марий спросил через дверь:

— Кто там и чем обязан?

В ответ он услышал спокойный и уверенный голос относительно пожилого человека:

— Ваша светлость, меня зовут Морган Майерс, я из организации, к которой мы оба относимся. Оказавшись по делам в этом городе, я сейчас исполняю поручение некоторых людей из Центра, попросивших меня переговорить с вами.

— И о чем же будет беседа?

Эрика, неслышно подкравшаяся к Гритту, прислушалась к двери, показывая блондину один палец, подтверждая, что стоящий там человек совершенно один и иных сердцебиений она не слышит.

— Немного неловко говорить через дверь, но если ваше недоверие столь сильно, то я попрошу вас позвонить моему бывшему ученику, Петру Красовскому. Думаю, определенный кредит доверия я смогу получить по его рекомендации. Хотя бы для того, чтобы вы открыли дверь, а не выстрелили сквозь неё…

Человек за дверью знал, что они вполне способны на подобную шутку после событий в Гонконге.

И он ждал.

Марий и Эрика переглянулись, негласно приходя к соглашению. Свободная рука вампирессы вытащила смартфон, зажимая кнопку быстрого вызова.

Глава 15

Нежелательные события

Политика есть везде. Любое общество разумных, выстроив законы своего существования, ударяется в политику, чтобы не бить друг друга по голове в борьбе за главенство или свои интересы. Без этого никак. Политика предполагает компромиссы, предательство, создание фракций, внутреннюю борьбу… и так далее, тому подобное.

В какой-то момент времени где-то в высоких кабинетах Инквизиции зашла речь о кадетах из академий, слишком ценных для того, чтобы отправлять их на убой, но слишком «особенных», чтобы позволять им спокойно жить в каком-нибудь отделении. Кто-то был гениален, но нестабилен, кто-то получал травму, чаще всего, магического характера, у кого-то были отклонения другого характера, в том числе и в психике. Организация знала, как применять этот «брак», но, с оговорками — если дело касалось людей. Вампиров и оборотней в наличии куда меньше, а еще встречались исключения, вроде белошерстной широкицуне или, скажем, совершенно никому не нужного барона, который просто попался под руку.

Из таких, совершенно уникальных, «огрызков», решили сочинить отдел ликвидаторов, чьей задачей будет вцепляться в горло тому, на кого покажут из Центра. На самом деле, никто особых надежд не питал на эту идею, «несессариум малум» должен был самоуничтожиться под гнетом обстоятельств. Жизненная среда Апсародая, банальное бегство членов, ошибки на операции, недостаток финансирования. Причин могло быть много, очень много. Мы были, по сути, просто мусором, заметенным под ковер, компромиссом, удовлетворившим в моменте некоторых высокопоставленных членов Священной Инквизиции.

Даже наше выживание особой погоды не делало, мы все равно оставались кучкой неизвестных, запертых в городе беззакония на нищем острове. Это был беспроигрышный вариант с точки зрения политики.

Однако вмешался случай. Мы находим супер-аккумулятор, мы откапываем свинцовый гроб графа Дракулы, мы творим дела, вмешиваемся в события и, что хуже всего (кое для кого) — спасаем жизнь барону Штутгарду. Мы тесно работаем со старшим рыцарем Цурье, мы, еще не начав выполнять прямые обязанности, становимся ключевыми персонажами кучи событий и отчетов. Мусор сидит под ковром, мусор не собирается вылезать, но он «шумит» настолько громко, что теперь о нем знают все. О нем, о ковре, о том, чья идея это была…

Знание вызывает любопытство, оно провоцирует вопросы, последние должны быть адресованы. Люди, придумавшие наш отдел, находят эти вопросы неудобными. У них нет красивых и правильных ответов, через которые можно интерпретировать эту ситуацию. Тем временем, вопросы идут из самых разных источников, в том числе и от аристократии, не совсем понимающей, как возможен барон с голым задом. Без слуг, без собственности, без семьи, без наследника, без влияния.

Мы стали проблемой. Её попытались «решить». Марий Гритт, удрав с Эрикой из Гонконга, избежал «решения». Мой бывший директор, заглянувший к ним в Пхукете на огонек, принес весть, что этого достаточно. Видео с дрона Алебастра получено, неудобных вопросов станет больше, но на них придется отвечать, вместо того чтобы пытаться продолжать втихую расправиться с нами. Цена безопасности для нас — не развивать тему дальше. Позволить серьезным дядям и тетям самим разобраться в своем грязном белье.

— Ты ему поверил? — спросил я, когда барон, расправившийся со своей обильной порцией итальянской еды, заказанной нами загодя, закончил свой рассказ.

— Мы поверили, — вместо блондина ответила поджавшая ноги Хатсбург, мастерски игнорирующая попрошайничающего бинтуронга, — Он нам еще и рассказал, что в мире творится. Поверь, Красовский, мы сейчас такая мелкая сошка…

Наша славная организация участвовала в войне. Точнее, инквизиторов в хвост и гриву трепали по всему Востоку крайне продвинутыми дронами, охотясь только за оперативниками. Машинки-камикадзе нападали роями, подчиняясь приказам примитивного, но очень эффективного, искусственного интеллекта. Чтобы уменьшить волнение, этот конфликт перевели в полусекретное состояние, открыв натуральный фронт технологической войны, подключив к происходящему некоторые страны. Вследствие, кстати, этого напряжения, и хотели избавиться от нас «под шумок». Теперь шум работал в противоположную сторону.

— А мы будем сидеть тихо, — с удовольствием объяснила вампиресса, вынудившая Соню сражаться за еду с Майором Томом, — Не ищем больших человекоподобных роботов, не достаем со дна проклятые сокровища, не охотимся на легендарных вампиров, не гладим твоих воронов, Красовский. Просто живем, не привлекая к себе внимания. Марий отказался от баронства, так что про нас скоро все забудут. Давай лучше поговорим про…

— Подожди… — прищурился я, глядя на свою женщину, а затем на насторожившегося командира, стрельнувшего в меня вороватым взглядом, — «Больших человекоподобных роботов»? Вы что, аниме смотрели вместе?!!

Как у них глаза забегали! Надо же! Мой собственный лидер и друг, человек без страха и упрека, совращает мою женщину самым извращенным способом!

Это требует мести! Немедленной!

— Норма! — я поймал за мизинец пытавшуюся пройти мимо волчицу, под ногами которой крутились пыхтящие звери, — Ты знаешь, что такое «хентай»⁈

— Петр, нет!!! — крик Мария напоминал вопль смертельно раненного оленя.

Норма, конечно же, не