Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю

а сквозь белую как пудра кожу заиграл лёгкий румянец. Принц тыльной стороной ладони стёр пот со лба и обернулся, чтобы заговорить с Хуа Чэном, но внезапно провалился ногой в пустоту и тут же сделался ниже на два чи!

К счастью, Хуа Чэн всё время шёл за ним и, похоже, был готов к чему-то подобному — тут же вытянул Се Ляня наверх.

— Гэгэ, осторожнее.

Се Лянь, стоя рядом с ним, снова обернулся, чтобы посмотреть, куда чуть не угодил. В земле виднелась глубокая яма, через которую чернела дыра, ведущая неизвестно куда. Если бы Се Лянь вовремя не схватился за края, или Хуа Чэн мгновение промедлил, принц наверняка свалился бы в эту темноту.

Хуа Чэн произнёс:

— На горе повсюду ямы, ступай за мной не торопясь, и всё будет в порядке. Только что гэгэ слишком поторопился.

Оказывается, под слоем снега поверхность горы очень хрупкая и покрыта большими и мелкими дырами, количество и глубина которых не известны никому. Но Хуа Чэн, что удивительно, помнил расположение каждой ямы. Се Лянь с облегчением выдохнул и предложил:

— Хорошо. Тогда давай идти поближе друг к другу. В заснеженных горах нельзя громко кричать. Если мы по неосторожности столкнёмся с чем-нибудь, даже позвать на помощь будет непросто…

Но стоило принцу это сказать, сверху раздался яростный рёв:

— Может, хватит уже…!

Это какому же… доброму господину достало смелости, чтобы посреди опасных и крутых заснеженных гор так громко голосить?!

Се Лянь, ничего не понимая, посмотрел наверх. Среди белых снегов, которые накрыли здесь всё, насколько хватало глаз, виднелись две маленькие точки, сцепившиеся в схватке, — слышался звон оружия. Одна точка явно натягивала длинный лук и осыпала другую дождём стрел, другая же, сжимая в руках саблю чжаньмадао, воинственно размахивала ею, отбивая все стрелы до одной. И наконечники стрел, и клинок сабли поблескивали божественным сиянием, а оба поединщика осыпали друг друга бранью. Тот, что с саблей, как раз закричал:

— Я же сказал, что мальчишку убил кто-то другой! Я сам их ищу!

Нань Фэн и Фу Яо!

Не успевая удивиться появлению здесь этой парочки, Се Лянь чуть не выкрикнул: «Закройте рты!», однако вовремя остановился и проглотил слова обратно. Если он так же беспечно станет сотрясать округу криками, выдержит ли снежная вершина рёв сразу троих крикунов???

Хуа Чэн скрестил руки на груди и приподнял бровь:

— Они не знают, что громкие вопли в снежных горах могут повлечь за собой сход лавины?

Се Лянь ответил:

— Ну… они ведь не настолько дурные! Должно быть, знают, но такой уж у них характер — когда гнев ударяет в голову, на всё остальное могут наплевать!

Нань Фэн и Фу Яо, взбешённые до крайности, дрались и переругивались друг с другом. Но битва происходила слишком далеко, по обрывкам фраз нельзя было понять, что стало причиной конфликта, да и они совершенно не замечали поднимающихся на гору Хуа Чэна и Се Ляня. Принц хотел поскорее добраться до них и разнять, но снега сковали горную вершину, а под ногами тут и там попадались ямы — быстро подняться не выйдет. Пробежав два шага, Се Лянь снова провалился ногой в пустоту, пришлось поспешно отступить.

— Нельзя позволять им дальше сражаться, нужно их остановить!

Из-за спины принца стрелой выпорхнула серебристая бабочка, которая быстро полетела наверх. Се Лянь сначала озадаченно застыл, но потом понял — идея замечательная! Если они сами не могут в мгновение ока взобраться на гору, нужно лишь отправить бабочку, чтобы передала послание!

Серебристая бабочка оказалась на удивление проворна — в три взмаха достигла цели. Но Се Лянь ещё не успел передать ни слова, когда на его глазах выражение лица Хуа Чэна сделалось непомерно серьёзным. Принц понял — что-то пошло не так, и спросил:

— В чём дело?

Улыбка окончательно пропала с губ Хуа Чэна, от лица едва не повеяло лютым холодом, как от этой самой горы.

Се Лянь повторил:

— Сань Лан, скажи наконец, в чём дело?

Хуа Чэн шевельнул губами, но ответить не успел — Се Лянь и сам ощутил беспричинную тревогу в сердце, сразу вздёрнул голову наверх, да так и застыл с широко распахнутыми глазами.

С крутого склона снежной вершины, уходящей к небесам, сошёл массивный пласт белого снега.

Нань Фэн и Фу Яо, поглощённые ожесточённой битвой, тоже ощутили эту безмолвную мощь — подняли головы и наконец-то поняли, что произошло.

В следующий миг снежный массив, подобно плотине на тысячу ли, которая своим обрушением уничтожит всё на своём пути, с оглушительным свистом и застилающими небеса грохочущими снежными волнами понеслась на них!

С горы в самом деле сошла лавина!!!

Се Лянь схватил Хуа Чэна за руку, развернулся и бросился бежать. Но спустя несколько шагов вспомнил о тех двоих наверху, которые оказались ещё ближе к лавине. Принц резко остановился, обернулся… Так и есть! Убрав оружие, юноши позабыли о битве и вместе помчались вниз, но Фу Яо почти сразу попал ногой в яму и провалился по грудь в снег. Нань Фэн бежал быстрее, вот только, оглянувшись, замедлился. Похоже, принял решение вернуться… Но покуда он тратил время на колебания, убийственная снежная волна уже настигла обоих!

За миг до того, как их поглотило лавиной, Се Лянь выбросил вперёд Жое. Белая лента, вытянувшись бесконечной полосой, мгновенно и точно схватила Фу Яо и Нань Фэна, вытянув из снежного моря. Хуа Чэн бросил на них взгляд, и в его глазах сверкнуло пламя гнева.

— Гэгэ! Брось этих двоих, сейчас не до того!

Но Се Лянь крепко держал конец Жое и бежал, таща ленту за собой.

— Так нельзя! Если не помочь, их погребёт здесь на сотню лет!

Хуа Чэн тяжёлым тоном произнёс:

— Не успеть!

— Что?! — вздрогнул Се Лянь, а обернувшись, увидел лишь заслонившую весь мир белоснежную стену, которая обрушилась прямо на голову.

Нань Фэн и Фу Яо стали грузом, который замедлил принца. И когда лавина накатила неудержимым потоком, мощная снежная волна унесла Хуа Чэна дальше, разлучив с Се Лянем.

От удара принц не смог удержаться на ногах, его закружило белым вихрем, перевернув несколько раз с ног на голову. Он упрямо продолжал бороться с силой лавины, но снега было слишком много, а ударная мощь слишком велика — то и дело его накрывало с головой, даже несколько раз приходилось задерживать дыхание. Последнее, что он успел крикнуть — «Сань Лан!», после чего огромная снежная волна наконец поглотила его.

Неизвестно,