Граф Суворов. Книга 18 - Иван Шаман

неплохая. Если вы в самом деле сумеете держать её всё время, пока находитесь в радиусе действия вражеских радаров, то она даже сработает, —согласился я. — По крайней мере, вы сможете смертельно удивить противника, а потом уже будет неважно, есть у вас маскировка или нет — вы окажетесь на дистанции кинжального огня. Зонд на корабль установили?

— Пять штук, ваше величество. Два основных, радиопрозрачных, и три сменных, — с облегчением ответил Андрей.

— У кого из вас есть опыт создания маскировочной сферы такого диаметра, чтобы в неё влез фрегат, да ещё и с отверстием для выхода дрона? — спросил я, и ротные с сомнением переглянулись. — Ясно. Значит, пока вы не освоите её на достаточном уровне, никуда не полетите. На самоубийство я вас отправлять не согласен.

— Благодарим за заботу, ваше величество, — тут же ответило несколько голосов, и я кивнул, прикидывая, как лучше подойти к вопросу.

По всему выходило, что учить придётся с самого начала. С удержания двух прессов, между которыми воздух сжат до такой степени, что влага становится туманом.

— Размещайте личный состав и через час — в тренировочном зале, — подумав, приказал я и отправился вместе с Василием обратно во дворец.

— Не жалко вам свой фирменный конструкт отдавать? — поинтересовался он, пока мы шли. — Всё же он как визитная карточка, по нему вас узнают в бою.

— Не трави душу, я и так им фрегат отдал. Если они его потеряют, будет уже неважно, поделился я с ними конструктом или нет. К тому же конструкты из двойной стихии останутся при мне, — ответил я, но что-то внутри царапнуло.

Наверное, осознание того, что конструкты не мои, а данные мне монстрами из-за грани. Ну и чёрт с ними. Нет, я, конечно, найду свою стихию, должен найти, чтобы шагнуть на третий ранг и продолжить совершенствование. Но в данный момент, желание кого-то извне дать мне ключи к своим стихиям лишь играет на руку.

Самый действенный мой конструкт — бомба из стихийного льда, начинённая огненной сердцевиной — пока была ультимативным оружием для дуэлей и даже боя на судах. Не Смертельная Метель Морозова, пока что, но это лишь дело практики.

— Что эти павлины себе навоображали? — встретила меня вопросом Мария, смотревшая на судно из окна второго этажа. — Ради кого хвосты распушили?

— Ну, толика здравого смысла в этом есть, но очень небольшая, — ответил я, не став вдаваться в подробности.

— Они словно на парад собрались или на похороны. С таким камуфляжем — на свои. И даже я это понимаю, — продолжала распаляться Мария.

— Это потому что ты умная, — хмыкнул я. — А они дурные. Но логика в этом есть, хоть и своя, кривоватая. Пойдём заканчивать, нужно отработать с принцами и брахманом, пока орденцы свои дела не закончили. Зал нам понадобится.

— Хочешь их чему-то научить? — без подсказок поняла первая жена.

— Именно. Мне нужно, чтобы они вернулись домой живыми, и желательно не на своих двоих, так что придётся поделиться парой секретов.

— А индусов ты в это посвящать не хочешь, — вслух высказала она мысль и кивнула сама себе. — Бомбу или пробой?

— Нет, второму они не научатся, это нужно обладать… стихией огня. Бомба им без надобности. Это я предпочитаю иметь про запас что-то кроме основного калибра, а они и обычными снарядами обойдутся. Ну или тесловскими, нужно будет им выдать некоторое количество.

— Для нас это дефицит, пока не научились производить свои нормально, — заметила Мария, и я невольно кивнул.

Не хотелось лезть в эту грязь, но уж очень они оказались эффективны. Я бы даже сказал, пугающе эффективны. В мире, где результат войн решают стальные монстры, плывущие по небесам, новые снаряды — теперь супероружие, которое невероятно сложно обуздать.

Первая же идея, высказанная Красновым, — больше брони. Мысль не новая и довольно простая. Если в боеголовке снаряда меньше взрывчатого вещества за счёт наличия биологического компонента, то его попадание можно купировать. Вот только следом за первым прилетит второй, пятый, десятый и так далее. И щит пробьёт, и броню снесёт, независимо от её толщины.

Вторая мысль, более чем логичная — не попадать под такие выстрелы. Взять расстоянием, высотой, малой заметностью. План рабочий, но на любой хитрый манёвр найдётся скоростной перехватчик с одной-единственной пушечкой, которая сделает всего один меткий выстрел — и на этом всё закончится.

Так что победила третья мысль — щиты и ПСО. Больше шестиствольных орудий, сбивающих любой снаряд на подлёте. Минусы у них понятные: на каждое отбитие такое орудие тратит от десяти до ста патронов. Боеприпасы уходят мгновенно, буквально испаряются, и по сухому весу атакующий всегда выигрывает. По этой причине второй и третий способы решили совместить. С кораблей сняли пару слоёв брони, заменив их керамикой, чтобы увеличить манёвренность.

А теперь эти клоуны решили отказаться от малозаметности в пользу активной обороны. Что сказать, может сработать. Хотя, скорее всего, нет. Так что придётся им выучить пару трюков.

— Так. Почему вас больше, чем нужно? — нахмурился я, когда в зал набилось полсотни членов ордена. — Ротные и заместители учат, остальным передают. Всё, свободны. Не заставляйте меня повторять.

К счастью, не пришлось, и большая часть учеников, повесив головы, потянулась из зала. И всё равно осталось человек двадцать. Пять руководителей, у каждого по три зама. Многовато, но тут уж ничего не поделать.

— Сегодня вы отсюда выйдете буквально с новым знанием, но для начала подготовка. Стандартная тренировка, растяжка, дыхание, подготовка к работе третьего глаза, — начал перечислять я, и парни с девушками без подсказок встали на длину вытянутой руки. После чего приступили к разминке.

Комплекс упражнений за последний год въелся всем на подкорку, так что не приходилось даже повторять. И когда с базой закончили, я приказал всем встать кругом, чтобы мой конструкт оказался в центре, и активировать третий глаз.

— Некоторые из вас должны были видеть резонансные завесы. В них нет ничего сложного, — сказал я, создав пресс и перед ним щит. — Два плоскостных конструкта при достаточном сжатии дают эффект размытия. Такие используются на приёмах для уединения важных особ или на совещаниях, когда другой возможности отгородиться от подчинённых нет. Ясно?

— Так точно, — почти хором ответили бойцы.

— В чём явный недостаток такой схемы для прикрытия? Андрей.

— Щит является непроницаемым конструктом и отражает радиоволны, не скрывая от радаров, — тут же ответил Пожарский.

— Именно, — кивнул я, довольный результатом. — Ещё? Пётр.

— Такой щит скрывает только с одной стороны