Граф Суворов. Книга 18 - Иван Шаман

— Извини, Александр. Я привык видеть тебя иначе, а в этот раз погрузился слишком глубоко, — открыв глаза, сформулировал брахман.

— Подробнее. Что именно пошло не так? — настаивал я, и Айо вздохнул, пересаживаясь на кресло напротив. — Не думал, что моя сила столь ужасна, чтобы её можно было пугаться. Я, мягко скажем, даже в России не самый могущественный.

— Твоя сила велика, — кивнул брахман. — Но в самом деле не так обширна, как тебе кажется. И уж точно не может напугать.

— Тогда в чём дело? — я поторопил Айо с ответом, когда он опять надолго замолчал.

— В отличие от того, что за ней скрывается, — наконец выдавил он из себя. — Не ты привёл в мир Пожирателя, хотя и мог бы. Но ты выпустил в его мир нечто куда более страшное и неподконтрольное никакой силе.

— Да, это было откровение, которое спасло наш мир и погубило тварь, — кивнул я. — По сравнению с тем, чем она являлась, те отростки, что попали в наш мир — лишь жалкие отголоски ужасной сущности.

— И мир благодарен тебе за это, — чуть поклонившись, ответил брахман. — И всё же, в тот же миг ты позвал всепожирающее пламя и указал ему путь в наш мир. Послужил ключом, что вставлен в замочную скважину.

— Я далеко не единственный одарённый, который использует стихию огня, — осторожно напомнил я.

— Какая твоя стихия? — задал неожиданный вопрос Айо.

— Хм. Я было ответил — огонь, потому что использую его, даже не задумываясь, — задумчиво проговорил я, посмотрев на свои раскрытые ладони. — По крайней мере, для базовых конструктов. Вроде меча и пробойника. Но с недавних пор я с тем же успехом использую и лёд.

— А какая стихия — твоя? — вновь спросил брахман.

И я задумался ещё глубже. Вспоминал весь свой путь как одарённого от самого начала, от получения клинка от ведьмы, и выходило, что…

— Никакая?.. — с удивлением ответил я. — Я использую чужие стихии и эмоции как якоря для повышения сродства со стихией.

— Ты меняешь собственную душу в угоду делу. Это непростительно, ужасно и в то же время впечатляюще, — покачал головой Айо. — Тот, кто посмотрит на тебя поверхностно, увидит то же, что и я при первом взгляде: просто сильного практика. Но сейчас, пытаясь найти отголоски чужого духа в твоей дочери, я заглянул так глубоко, что увидел стоящих за твоей силой. И боюсь, как бы они не увидели меня.

— Я встречался со странниками и не увидел в них ничего ужасающего, — ответил я, пожав плечами. — Просто люди, энергетические образы, которые каким-то образом смогли вмешаться в природу этого мира.

— Разве ключи тебе дали они? — строго посмотрев на меня, спросил брахман, и я вновь задумался.

— Нет. Конечно, нет. Первый я получил, когда убил одарённую со стихией огня, того, кого даже суженный называл ведьмой и предпочёл умереть, лишь бы не дать ей победить, — наконец ответил я. — Второй оказалась моя мать, вернее, то, во что она превратилась: чудовище, угрожавшее уничтожить не только меня, но и весь город.

— Разве ты брал их способности? Прилагал какие-то усилия, чтобы получить эти отголоски? Возможно, каждый раз, когда ты убивал одарённого с новой силой, ты забирал её себе? — спросил Айо.

Когда я покачал головой, он продолжил:

— Тогда с чего ты решил, что взял что-то? Ты, отмеченный тысячами смертей, стал интересен, и тебе дали. Не ты. Тебе. Ключи к чудовищной силе, что может погубить мир.

— Но не погубит, ведь ты этого не видишь, — сухо констатировал я.

— Возможно, именно для этого, а не для служения твоему сыну, я прилетел сюда — предупредить тебя об опасности, — с лёгкой улыбкой ответил брахман, но затем лицо его стало серьёзным. — Ты не прекратишь использование этой силы, но должен понять её цену и действовать с осторожностью. А главное — найти свою стихию.

— Ключи… — прошептал я, чувствуя, как всплывают воспоминания. — А ведь, верно. Я помню, как мне говорили, что это ключи, и, именно восприняв стихию огня, так я сумел для себя выстроить концепцию открытия дверей. Но ключ как открыл, так и закрыть может.

— Для этого нужно, чтобы на место встала дверь, — покачал головой Айо. — Чтобы то, что хочет войти, не сумело этого сделать. Если бы это был зверь, ты мог бы его припугнуть, упереться плечом в створку и давить со всей силы, а затем использовать ключ. Но то, что ждёт нас всех на той стороне…

— Прекрасно, просто прекрасно… — вздохнул я, прикрыв глаза ладонью. — Мало нам было Пожирателя.

— Просто не открывай эти двери. Не стучи в них больше необходимого.

— Тут, видите ли, какая проблема. Недели две назад я создавал конструкт в несколько километров диаметром, который удерживал над облаками, чтобы на пляже сияло солнце и было тепло. И ничего, мир не рухнул, — я развёл руками.

— Ты использовал одну стихию? — после короткой паузы уточнил Айо.

— Хм. Нет. Я создал ледяную линзу и наполнил её огненной стихией, чтобы она стала легче воздуха и держалась в небесах.

— Вот и ответ. Две твари, что смотрят на тебя со стороны, столкнулись лбами, и ни одна не смогла взять верх над другой. Они настолько чужды друг другу, что уравновешивают себя.

— Тогда нет проблем, — пожав плечами, ответил я. — Просто буду использовать обе. Правда, для моей души это не слишком легко. Я постоянно сваливаюсь в несвойственные мне эмоции, душа начинает вибрировать в чуждом темпе, и я боюсь, что разрушаю её такими манипуляциями.

— И всё же сделал невозможное только для того, чтобы твои дети повозились на пляже? — улыбнувшись, спросил брахман.

— Во-первых, я был не один, мне помогали мои ученики, — поправил я. — Во-вторых, нормального солнца слишком давно не было. И непонятно, когда оно появится. Не расти же детям постоянно под серым небом и среди бесконечной пасмурности.

— Думаю, детям во всём мире хотелось бы больше солнца, — согласился Айо. — Так что в этом желании их винить нельзя. Однако вы с товарищами используете свои способности, почти не задумываясь об их последствиях. Раньше использовали. Надеюсь, теперь это изменится, и ты начнёшь искать баланс.

— Даже если у меня есть ключи, они есть не только у меня. Множество одарённых по всему миру обладают стихийным резонансом. Не далее как