Второй шанс для принцессы - Анна Морская

Я приподняла голову, чтобы взглянуть на дияра. В полумраке черты его лица казались мягче, чем обычно. Исчезли напряженные складки у глаз, расслабились сжатые губы. Он смотрел в потолок, но взгляд был не отстраненным, а словно обращенным внутрь.

— Ты когда‑нибудь спишь в другой спальне? — спросила я тихо.

Он повернул голову, встретился со мной взглядом. Его губы сложились в едва заметную улыбку.

— Иногда. Может, я тебя снова разочарую, но, несмотря на текущее положение, я родился простым человеком, в деревне. Хотя провел там только детство. Прошло так много лет, а к роскоши слабость питать я так и не научился. Тут удобнее, ничего лишнего, и вход в лабораторию напрямую через дверь.

Как я и думала.

Я снова прижалась к нему, вдыхая запах его кожи, смешанный с едва уловимым ароматом вереска и формалина.

— Много же тебе, наверное, пришлось пережить, — сонно пробормотала я.

И решила, что об этом его тоже еще спрошу, очень много раз. Как он жил до этого момента и через что когда‑то переступил, на что надеялся, и остался ли доволен тем, что получил в итоге. Но не сейчас. Сейчас слишком хорошо.

— То же могу сказать и о тебе, — иронично отметил Кассиан. — Неправильная принцесса, которую, судя по всему, не волнует, что выбранный ею мужчина родился не просто без титула, но еще и среди сена и коров.

Я тихо рассмеялась, уткнувшись в его плечо.

— Знаешь, это меньшая из моих «неправильностей», — согласилась я. — Но разве это плохо?

Кассиан провел ладонью по моей руке, задержавшись на запястье, будто проверял пульс.

Конечно, плохой он эту черту не нашел.

— К тому же, какая я теперь принцесса? Уверена, отец уже подписал указ, лишающий меня титула и обвиняющий в государственной измене, — продолжила я мысль и помрачнела, потому что с пугающей ясностью вспомнила, что есть одно важное незаконченное дело. — Что с условием, которое я поставила Конклаву, Кассиан?

Он поморщился, явно не желая это обсуждать, но все же ответил:

— Незадолго до твоего прихода я получил вести от Хорта. Конклав постарается сделать, как ты просила, но твой отец решил превратить зендарийский дворец в крепость. Ваши люди готовятся к долгой осаде, рассчитывают за это время подтянуть союзников и напасть на нас. Сама понимаешь, мы этого допустить не можем, поэтому, если придется действовать жестко, мы это сделаем.

От спокойствия и расслабленности в одно мгновение не осталось ничего. Я приподнялась, отстранившись от Кассиана, и внимательно заглянула в его глаза:

— Проблема только в защите дворца?

Дияр молча кивнул. В моей же голове сразу родилась идея.

— Тогда, если рассеять их внимание и, скажем, на время устранить капитана гвардии, у вас появится возможность действовать по первоначальным договоренностям?

— Допустим, — помрачнел теперь уже Кассиан, не предчувствуя ничего хорошего. — Что ты задумала, Лорелин?

— Ничего сложного, это будет просто организовать. Мне всего лишь надо придумать, как дать о себе знать на территории империи, желательно с максимально яркими спецэффектами. Пусть думают, что Конклав избавился от меня, как только получил то, что мог, а я пытаюсь сделать что‑то полезное, чтобы все‑таки получить убежище. За мной не отправят случайных людей, которые способны на самосуд. Уверена, схватить меня поедет лично капитан гвардии Геворг. Он был мне как второй отец с раннего детства.

— Нет. Мы больше не будем рисковать твоей жизнью понапрасну.

— Будем, Кассиан, если это необходимо, — надавила я. — Возле сокровищницы ты позволил мне сделать свой собственный выбор. И тогда я подумала, что все, волновавшее меня прежде, больше не имеет значения. Моей жизни нужен смысл, и боюсь, одного управления хозяйством твоей резиденции будет недостаточно.

— Смысл можно найти и без риска для жизни.

— Возможно, но не для меня, — я отрицательно качнула головой. — Я много думала, что будет, когда все закончится. И только вчера, когда вы с Ноймарком посвятили меня в положение дел, поняла, какую пользу могу принести всем. Не только Зендарии или Конклаву. Пока не знаю, как именно, но уверена, что если убеждать людей будет пускай и бывшая, но принцесса, к тому же магосозидатель, это будет намного эффективнее, чем все, что вы можете придумать собственными силами.

Кассиан сел, оперевшись на спинку кровати, и скрестил руки на груди. В его мимике и взгляде я прочла борьбу между эгоистичными порывами и перспективами, которые я предлагала. И очень надеялась, что победит в нем то, что всегда было сильнее.

Он ведь должен понимать, что если подойти с умом, я гораздо быстрее смогу добиться того, чего Конклав не сможет получить войной и кровью еще очень долгие годы.

— Допустим, твой план сработает, — произнес он ровным, почти бесстрастным тоном. — Геворг отправится за тобой. Дальше что?

Я немного расслабилась и выдохнула. По крайней мере, он готов слушать.

— Дальше мне будет нужно бежать как можно дольше, чтобы дать вам время. Когда все получится, капитану сразу же сообщат по специальной связи, недавно внедренной пока только в гвардии. Тогда у него не будет причин брать меня под конвой и определять на временное размещение в местную тюрьму. Другой, может, все равно поступил бы так, но Геворг не станет.

Дияр упрямо поджал губы.

— Ты слишком рассчитываешь на его доброе отношение. А я не смогу сопровождать тебя, если мы действительно хотим произвести впечатление, что Конклав тебя бросил.

— Кассиан, он нянчил меня чуть ли не с младенчества! Он ухватится за малейшую возможность не исполнять приказ.

— Запереть бы тебя и никогда никуда не выпускать, — утомленно вздохнул Кассиан. — Правильно говорят, что деятельная женщина — это к беде. Но тебя не разубедить, ведь так?

Уже предчувствуя победу, я активно закивала головой.

— Осталось только придумать, чего бы мне такого феноменального сотворить, чтобы во дворце об этом сразу узнали.

— Как раз это не проблема, — снова поморщился дияр. — К западному рубежу отправили обоз, они везут устройства, которые создают мощный взрыв, если на них наступить. Хотят разместить в полях вдоль границы. Сделаны они так, чтобы воспользоваться ими мог любой рядовой магосозидатель, так что ты вполне способна устроить подрыв как минимум одной повозки.

— Если только смогу достаточно