С этой вершины видно мой дом - Eaterina

- Это отличное предложение, господин Гилрам! Немедленно так и поступлю. А вы пока, будьте столь любезны, попросите принести мне берийского голубя.

Тевера и впрямь черкнула несколько строк, описывая постигшие её неприятности. Добавила, что вся её надежда на скорейший приезд княжича, но уверенности, что Дантор и впрямь появится, не было. Потому, едва голубь был выпущен в окно, императрица вновь надела все положенные ей статусом драгоценности и направилась в малую приёмную залу, где должна была состояться новая встреча с посольством, на сей раз в присутствии представителей большого имперского совета.

Малая приёмная зала была украшена менее помпезно, чем вчерашнее помещение, но Тевере нравилась больше. Мягкие зеленоватые тона стен и высокие окна, открывающие прекрасные виды на Белый парк создавали ощущение, что человек находится не в помещении, а среди деревьев. Мебель красного дерева усиливала это сходство, как и северные ковры с пушистым длинным ворсом. Бронзовые подсвечники поначалу могли бы ввести в заблуждение кажущейся скромностью, но стоило зажечь свечи, и они начинали играть всеми оттенками красного золота.

Глава посольства вновь долго разливался в комплиментах красоте Теверы, словно намеренно обходя важные вопросы и её статус императрицы. Девушка выслушивала с лёгкой, ничего не значащей улыбкой, но настроение её портилось всё больше и больше. Понимание, что и сегодня ничего не изменится, радости не могло добавить, а встречаться ежедневно с этими черноглазыми хитрецами желания у неё не было.

- Никогда в империи не научиться столь красиво выражать свои мысли, как это умеете делать вы, господин бен-Ратон, - стоило послу замолчать, чтобы перевести дух, проговорила императрица. – Язык вашей родины певуч, а взаимные славословия воистину бесконечны. Однако сегодня большой императорский совет собрался несколько по иным вопросам, к обсуждению которых мы предлагаем вам переходить.

- Сиятельная, мы с величайшим удовольствием выполним вашу просьбу, как только ты представишь нам правителя, готового держать ответ на наши предложения.

Это было бы почти грубо, если бы не сопровождалось очередным вежливым поклоном.

- Правитель в империи один, - всё же строже, чем нужно было, ответила Тевера. – Мы сейчас перед вами и готовы вас выслушать. Если же возникнут какие-то вопросы, господин Гилрам с удовольствием разъяснит их нам.

Посольство, склонив головы друг к другу, о чём-то зашепталось, затем господин бен-Ратон вновь заговорил:

- Нам известно, что в столице присутствует твой старший брат, посвящённый Нерождённому. И хотя законами империи жрецам запрещено вмешиваться в политику, беседовать с ним было бы удобнее, чем с тобой, не сочти за обиду, сиятельная госпожа.

- Брат нездоров, - сдержанно заметила императрица.

- Тогда его мог бы заменить твой жених, ведь, если слухи не врут, ещё при его величестве Тауберге ты обучилась с наследником Берийским.

- Наш жених уведомлен о необходимости своего присутствия в столице, но за одну ночь даже сказочный летающий ковёр не донесёт его из Берия до Дармата.

Посол изогнул губы в подобии улыбки, словно показывая, что оценил шутку императрицы, и вкрадчиво заметил:

- Но разве сиятельной не известно, что все берийцы – драконы? Им ничего не стоит превратиться в этих летающих ящериц и за день-другой преодолеть расстояние, которое покажется нам невероятным.

В зале поднялся гомон. Каждый имперец чтил Нерождённого, признавая божественной милостью творимые жрецами чудеса. Но превращение человека в нечто совершенно иное было не угодно богам – в этом храм успел убедить свою паству. Никто и никогда не решился бы вслух произнести нечто, подобное тому, что высказал сейчас посол эмирата.

- Нам известны эти слухи, но доказательств этому не существует, - сумела найти ответ императрица, пресекая возмущение своих советников.

- Что ж, тогда выход только один – ты должна немедленно избрать себе нового жениха, который будет говорить с нами от лица империи, - и посол торжествующе улыбнулся.

Наверное, каждый советник мгновенно представил себя или своего сына рядом с императрицей. Впрочем, гости с востока тоже, красуясь, выпрямили спины – и они неплохи.

- Довольно. – Тевера всё же разозлилась и позволила себе выразить это голосом. – Наши государства – добрые соседи, и были таковыми на протяжении многих веков. Однако империя никогда не поучала эмираты, как им надо жить, не стоит и вам навязывать свои взгляды империи. Мы, императрица Манзокеи и сопредельных земель, Тевера Манская, готовы выслушать посольство. Или же нам придётся послать ноту протеста эмиру и потребовать заменить послов.

Кто-то из советников, сидевший в отдалении от императрицы, довольно хохотнул, но мгновенно умолк под тяжёлым взглядом эмиратцев.

Это противостояние – хитрых, опытных в интригах мужчин и юной девушки – будто заставило раскалиться воздух. Тевере даже на миг показалось, что магия вот-вот хлынет из неё наружу, сметая всех на своём пути. Но мысль о том, что за её спиной застыл инквизитор и ждёт малейшего повода обвинить её в ереси, заставила взять себя в руки.

- Ваше… величество… - с трудом, словно катил в гору тяжёлые камни, выговорил посол. – Вы неверно меня поняли.

- Интересно, как же нам следует ещё понимать ваш категорический отказ от переговоров? – язвительно поинтересовалась Тевера и, не дождавшись ответа, продолжила. – Эмираты уже получили от нашего отца отказ стать женой одного из эмиров. Так вы решили взять нас интригами? Не выйдет! Эмиратам нужен союз с империей, дабы было куда продавать все свои диковинки, но империя прекрасно обойдётся и тем, что имеет, если вы не начнёте уже вести себя достойно. Как посол.

Глаза господина бен-Ратона опасно сузились, однако он промолчал. Когда допускаешь ошибки в политической игре, лучше не усугублять их бесполезными спорами. Но и наступить на горло собственным принципам оказалось непросто.

- Итак, - опять выждав некоторое время, проговорила Тевера, - мы жаждем услышать, с какими новыми предложениями приехали к нам наши друзья из эмиратов.

Господин бен-Ратон сделал едва заметный жест, и самый молодой его спутник встал и принялся зачитывать пункты будущего торгового договора. Императрица лишь мысленно усмехнулась: возможно, это и очередное проявление явного неуважения, что слово дали какому-нибудь младшему секретарю младшего секретаря, но она чувствовала себя победительницей, одолев представителей восточных держав.

* * *

День закончился приёмом в честь посольства. Тевера радовалась только тому, что можно сидеть на троне и не шевелиться. Противостояние с послами, слишком явное желание большого императорского совета воспользоваться подсказкой и предложить императрице нового жениха, давящее присутствие инквизитора –