С этой вершины видно мой дом - Eaterina

- Но ваше величество! – явно расстроилась девушка. – Вы же не в трауре и вам не сто лет…

- Зелёный – цвет магов, - холодно объяснила императрица. – Белого я не надену, не на свадьбу собралась, а всё остальное не достаточно строго для инквизиции.

Горничная смущённо опустила глаза, осознав намёк, и подчинилась. В другой день она бы с удовольствием поспорила с Теверой, как никак всю свою сознательную жизнь ей прислуживала, но сейчас такая хозяйка даже пугала. Волосы тоже пришлось собрать так, чтобы ни одной волосинки не выбивалось из гладкой причёски. Позволила императрица только запудрить и подкрасить покрасневшие глаза. Удовлетворённая получившимся результатом, она покинула свои покои, оставив Лавишу наводить порядок.

Проигнорировав удовлетворённый хмык инквизитора и благосклонно кивнув разом присевшим в поклоне фрейлинам, императрица зашагала к своему рабочему месту. Она была готова к тому, что её надзиратель опять потребует своего непременного присутствия в кабинете, но тот только осмотрел всё, установил очередной блокирующий магию артефакт и вышел за дверь.

- Ваше величество! – тут же подскочил к ней молодой Патин. – Расскажите, что происходит? Дворец весь в волнении, среди людей ходят слухи один другого страшнее. Так и до бунта недалеко!

- Ваше сиятельство, беспокоиться не о чем, - спокойно улыбнулась Тевера. – Небольшое недопонимание с патриархом Тсинаром – это ещё не повод для мятежа.

- Ну да, небольшое, - едва слышно усмехнулся молодой Оноре, но императрица сделал вид, что не услышала его, и приказала:

- Нам надо работать, а то вечером ещё принимать делегацию от восточных соседей. Итак, слушаю, что вы успели разобрать, пока я отсутствовала.

Привычно уже зашелестели бумаги, и Тевера на миг даже позабыла об утреннем происшествии. Только, как оказалось, все остальные прекрасно помнили. Представители герцогств то и дело косились на её величество, точно ожидали чего-то ужасного. Несколько раз они предложили посоветовать просителю обратиться в инквизицию – а вдруг против него кто-то затеял колдовство? Хотя раньше даже посмеивались над этими «воинами Нерождённого». А один раз представитель герцогства Дарун почти прямо заявил, что не может поддержать решение императрицы, потому что оно может быть неугодно храму.

Это оказалось последней каплей. И если все остальные намёки советников Тевера воспринимала как неудачную шутку, то сейчас она всерьёз разозлилась. Отбросила бумаги и, сердито поджав губы, откинулась на спинку своего стула.

- Довольно! – резко бросила императрица. – Я вас услышала каждого. Теперь послушайте меня вы. В Манзокее правит император, но никак не жрецы Нерождённого. И только мне решать, в каких случаях вмешательство храма допустимо, а в каких нет. Жители империи подчиняются древним законам. Согласно этим законам и должно принимать те или иные решения совету. А кто считает иначе, может отправляться домой. В столице немало ещё осталось желающих занять место в малом совете.

Все шестеро разом притихли. Они привыкли видеть немного растерянную девушку, порой удачно трактующую некоторые законы и всегда вроде бы спрашивающую совета у них, будущих герцогов. Преображение этой девушки в императрицу стало для всех неожиданностью, но Тевера вдруг почувствовала удовлетворение от того, что хоть кого-то сумела поставить на место. Наверное, герцоги забыли, каким образом они сумели получить свои титулы, так пришло время об этом напомнить.

- Ваше величество, - осторожно проговорил представитель рода Луенно, - мы вовсе не хотели вызвать ваше недовольство. Просто нас так учили: не знаешь, как решить проблему, спроси совета у жрецов Нерождённого.

- Переучивайтесь, ваши сиятельства, - не поддалась Тевера. – Для начала запомните новую установку: не знаешь, как решить проблему, открой сборник законов и найди схожую ситуацию.

- Да, ваше величество, - разом поклонились советники.

- Ну, а если все проблемы решены, продолжим работать.

Тевера давно не чувствовала себя настолько серьёзной и важной личностью. Казалось, она способна с ходу вершить правосудие и управлять каждым уголком империи. Это ложное чувство превосходства наполняло её до тех пор, пока в кабинет не вошла горничная с подносом, на котором был собран обед для её величества.

- Вам необходимо подкрепиться перед встречей, - без робости пояснила девушка, устанавливая поднос среди бумаг. – Через какое время мне подойти за пустыми тарелками?

Императрица точно очнулась ото сна и торопливо приказала совету:

- Все бумаги срочно подколоть в папки, нерешённые вопросы оставить до завтра. Все свободны.

Быстро перекусив, Тевера вернулась в свои покои. Стайка фрейлин, постоянно сопровождающая императрицу, беззаботно щебетала о появлении новых людей при дворе.

- Ах, при императоре Таубере нам всегда хватало средств и на проведение праздников, и на достойный отдых.

- А сколько интересных мужчин постоянно было при дворе – и аристократы, и послы, и торговые гости.

- Ах, а помните, какое представление давали артисты в прошлом году на день рождения её величества Данины! Бедная её величество! Так её жалко.

Тевера отстранилась от пустой болтовни, потребовав от гвардейцев выгнать всех из её покоев. За тревогами сегодняшнего дня она совершенно забыла о том, что вскоре предстоял ещё один своеобразный экзамен власти. Именно сегодня, первый раз за всё время правления Теверы, ей предстояло встречать посольство другого государства. Сложность была в том, что это были представители одного из восточных эмиратов. Карликовые государства, в которых женщине отводилось одно-единственное место – в спальне её мужа или на кухне, были до сей поры не самым надёжным соседом империи. И Тевера беспокоилась, как послы воспримут известие о том, что теперь дела им предстоит ввести с женщиной.

Рассматривая себя в зеркало, императрица недовольно поджимала губы. Она была молода даже на свой собственный взгляд, что уж говорить о чужаках! И даже платье из необычной переливчатой ткани, украшенное, словно брызгами росы, аленькими сапфирами не делало её важным политическим лидером. В который уже раз девушка пожалела, что не проявила настойчивость и не добилась как можно более скорого возвращения Дантора! Тревожило ещё и отсутствие Наргида, на которого Тевера тоже возлагала немалые надежды в предстоящих переговорах. Однако Лавиша уже несколько раз посылала справиться, не явился ли принц во дворец, и каждый раз получала отрицательный ответ.

- Ваше величество, корону и императорские драгоценности, - осторожно напомнила горничная, заметив, что её госпожа опять погрузилась в размышления.

- Да, конечно, - встрепенулась Тевера. – На востоке уважают тех, кто богат.

Она позволила вдеть в уши тяжёлые серьги и застегнуть на шее ожерелье, покрывшее всю грудь и кулон, подаренный