Дом на перекрёстке Времён. Мастер - Ирина Ульяненко

коридоре. Она улыбнулась, заметив на стуле свою пустую корзинку, оставленную в прошлый раз, но держалась напряжённо.

— Он пришёл со мной. Элеонора осталась ждать нас.

Я кивнула.

— Анри в саду. Позову.

— Подожди.

Жанна провела ладонью по ручке корзинки.

— Мы долго разговаривали. Он хочет познакомиться. Но я не знаю, как…

Она замолчала.

Из маленькой комнаты послышались шаги.

На пороге появился Анри.

Тот, которого мы знали по больнице. Моложе. С более тёмными волосами и привычкой сразу оглядываться, проверяя, где Жанна.

Он увидел меня, поздоровался.

Потом спросил:

— Где он?

Я вышла в сад.

Старший Анри стоял возле Сергея, державшего в руках садовые ножницы. Они обсуждали яблоню.

Увидев меня, Анри сразу перестал говорить.

— Приехали?

Я кивнула.

Он провёл ладонью по жилету.

— Сейчас.

Мы вошли в дом вместе.

Младший Анри ждал в гостиной.

Они увидели друг друга и остановились.

Сходство было гораздо сильнее, чем я представляла. Я привыкла встречать их по отдельности и невольно замечала разницу: седину, усталость, более резкие складки у рта.

Теперь увидела одинаковый поворот головы. Одинаковые руки.

И совершенно разные выражения лиц.

Младший первым протянул руку.

Старший пожал её.

— Здравствуйте.

— Здравствуйте.

Адель стояла рядом со мной.

Я почувствовала, как она взяла меня за локоть.

Жанна придвинула стул.

— Сядем?

Оба Анри одновременно потянулись помочь ей.

Потом остановились.

Младший неловко усмехнулся. Старший отвёл глаза, но тоже улыбнулся.

Мы сели.

Сначала говорили с трудом.

Младший Анри всё время смотрел на старшего, потом смущался и переводил взгляд на чашку.

Старший держал руки на коленях.

— Жанна рассказала, что вы были у Адели на работе, — произнёс младший.

— Да. Хорошее место.

— Ей там нравится?

Адель подняла голову.

— Мне можно ответить самой?

Жанна улыбнулась.

Оба отца посмотрели на дочь.

— Нравится, — сказала она. — Не всё получается, но я учусь.

Младший Анри кивнул.

— Наша… — Он запнулся. — Та Адель, что осталась у нас, тоже учится. Уже уехала.

Старший поднял глаза.

— К портнихе?

— Да. Пишет, что первые дни только распарывала и подметала. Теперь ей стали доверять больше.

— Она давно хотела.

— Знаю. Я сначала сомневался. Всё-таки другой город.

— Ты её проводил?

— Конечно.

Старший Анри посмотрел на Жанну.

Потом снова на него.

— Хорошо.

Он сказал это негромко, но младший услышал.

— Я привезла её письмо, — добавила Жанна, обращаясь к Адели. — Потом прочтёшь.

Адель кивнула.

За столом стало немного легче дышать.

Позже они вдвоём вышли в сад.

Без Жанны.

Без Адели.

Я видела их через окно, но не слышала, о чём они говорили.

Старший Анри достал из кармана конверт. Младший взял, посмотрел на своё имя и убрал письмо, не открывая.

Некоторое время они стояли молча.

Потом младший что-то спросил.

Старший покачал головой, ответил. Они пошли вдоль дорожки.

Жанна подошла ко мне.

— Я боялась, что они не смогут даже смотреть друг на друга.

— Смогли.

Она прислонилась плечом к косяку.

— А дальше?

Я посмотрела на двух мужчин в саду.

— Не знаю.

Жанна кивнула.

Кажется, ей и не требовался другой ответ.

Когда они вернулись, младший Анри сам придвинул стул для старшего.

Тот сел рядом с дочерью.

— Я всё-таки поеду домой, — сказал он.

Адель замерла.

— В тысяча девятьсот седьмой?

— Да. Надо разобраться с делами. Люди ждут.

Он посмотрел на неё.

— Но я хочу приезжать.

— Приезжай.

— И ты приезжай ко мне.

Адель обняла его за плечи.

Младший Анри немного помолчал, потом добавил:

— К нам тоже. Мы договорились.

Жанна посмотрела на него.

Он взял её за руку.

Старший Анри заметил это. На мгновение опустил глаза, затем повернулся к Адели и спросил, в какие дни она теперь работает.

Я видела, что ему всё ещё больно.

Но он слушал ответ дочери, переспрашивал, запоминал.

Перед уходом Жанна попросила нас сфотографировать их всех.

Без долгих приготовлений. Просто раскрыла альбом, который Адель принесла показать ей.

— Здесь есть свободная страница.

Адель посмотрела на раскрытый разворот.

И улыбнулась.

Сергей взял телефон.

Мы поставили их возле окна.

Жанну — посередине. Адель сначала встала рядом с ней, потом оглянулась на отцов.

— Подойдите ближе. Вы оба.

Они послушались.

Сергей поднял телефон.

— Только не надо так серьёзно.

— Мы нормально стоим, — одновременно ответили оба Анри.

Адель рассмеялась.

В этот момент Сергей и сделал снимок.

Вечером, когда Жанна и младший Анри уже вернулись к Элеоноре, Адель сидела за своим столом.

Отец стоял рядом и смотрел на фотографию на экране.

— Нужно будет напечатать, — сказала она.

— Можно мне тоже?

— Конечно.

Он ещё немного постоял, затем поцеловал дочь в макушку и пошёл вниз.

Я осталась у двери.

Адель раскрыла альбом на той странице, куда почти неделю не знала, что положить.

Теперь она сняла с неё чистый лист.

Аккуратно сложила его и убрала в ящик.

Эпилог

Фотографию мы напечатали в трёх экземплярах.

Один Адель вклеила в альбом. Второй отложила для матери. Третий положила перед отцом, который уже собирал вещи к возвращению в тысяча девятьсот седьмой год.

Анри долго рассматривал снимок.

— Здесь я почти улыбаюсь.

— Улыбаешься, папа.

Он осторожно провёл пальцем по белому краю, потом вложил фотографию между двумя листами плотной бумаги.

— Так не помнётся?

Адель принесла конверт.

Перед уходом он ещё раз поднялся в её комнату. Проверил, ничего ли не забыл, хотя приехал с одним небольшим свёртком. Дочь стояла возле стола и терпеливо ждала.

— После ярмарки напишу, — сказал он.

— Расскажешь про синюю шерсть.

— Если продам.

— Продашь.

Анри посмотрел на неё и улыбнулся.

Потом обнял.

Я оставила их вдвоём и спустилась на кухню. Сергей ставил чайник.

— Скоро?

— Ещё немного.

Он кивнул и достал третью чашку.

Когда Анри уехал, Адель несколько минут посидела возле дивана.

Потом подошла к окну. В саду ветер качал голые ветки.

— Хорошо, что у него теперь есть фотография, — сказала она.

Я стояла в дверях.

— Да.

— И у меня.

Она повернулась ко мне.

— Пойдём? Сергей, наверное, уже всё приготовил.

На кухне она сама расставила чашки. Три — для нас.

Я смотрела, как она наливает чай, и впервые за этот день не считала, сколько человек осталось в доме.

К концу весны мы снова стали обедать в саду.

Сергей вынес стол, потом вернулся за подкладкой под короткую ножку. Леон предложил наконец её починить.

— В прошлом году тоже предлагал, — напомнил Сергей.

— В прошлом году у меня был большой заказ.

Мы посмотрели друг на друга.

Леон первым рассмеялся.

Ася принесла тарелки. Их дочь бежала следом, прижимая к груди пачку салфеток. У калитки показались Марина и Тим.

Мальчик за зиму