Мортерра. Призрак разрушенной башни - Екатерина Артуровна Радион

Федель не сдвинулся с места. Он не понял, что именно собирается делать Кустоде, и ждал каких-то пояснений.

— Что замер? Ступай. И без тебя дел хватает, — прикрикнул на Феделя Кустоде, резко переходя на “ты”, и демонстративно уткнулся носом в только что распечатанное письмо.

“Аудиенция окончена. Извольте исчезнуть, молодой человек”, — хмыкнул про себя Федель, когда за его спиной закрылась массивная дверь.

— Преподобный просил приготовить для вас келью. Следуйте за мной. Я собрал всё необходимое для молитвы. Еду вы получите после ритуала, — затараторил молоденький служка, рукой указывая Феделю направление.

Их путь лежал на улицу, к жилому корпусу монахов. Выйдя из храма, Федель вдохнул полной грудью.

* * *

Молитвы Всеблагой не приносили успокоения. Они бередили в душе какие-то странные воспоминания, порождали видения мира, залитого светом. Всё в нём было соткано из светящихся нитей, по которым что-то текло прямо в сердце мира. Это было настолько завораживающе, что Федель и сам хотел превратиться в этот свет, слиться воедино со всем, что происходит, но что-то не давало ему. Мешало. Вырывало из молитвы раз за разом. И если в маленьком видении Феделю казалось, что его пытаются увести из чертогов Всеблагой на грешную землю, то потом, очнувшись, он понимал совсем другое.

Видение — изысканный яд, отравляющий его разум. Он уже видел что-то подобное. И там, в прошлом, за видением скрывались самые настоящие ужасы.

“Что происходит, Кустоде? Что ты задумал? Почему мне совсем не нравится то, что ты пытаешься провернуть?” — подумал Федель, прервав молитвы.

Он закрыл глаза и улёгся на узкую постель, положив ладони под голову. То, что преподобный ведёт какую-то свою игру, почти очевидно. Какой-то странный ритуал, не описанный в троекнижии Всеблагой… Стоит ли доверять Кустоде или нужно бежать?

Федель выглянул из кельи и увидел сидящего рядом служку.

— Всё в порядке? — обеспокоенно спросил незнакомый юноша.

— Да, просто решил размяться.

— Преподобный просил напомнить вам, что перед ритуалом стоит провести время в молитвах.

— Мне нужен свежий воздух.

— Вам нужна молитва, — строго оборвал его служка и посмотрел с таким вызовом, что Федель решил не связываться с мелким волчонком.

Окна в келье не было, а вентиляционный ход был слишком узким для того, чтобы попробовать сбежать через него. Федель почувствовал себя загнанным в угол зверем. Вот только зверь будет драться до последнего, а Федель пытался найти более разумный выход. Невидимые часы тикали над ухом, нагоняя тоску. А решение никак не приходило.

“Что же я наделал? Во что ввязался?” — раз за разом задавал себе вопрос Федель, но ответа не находил. Слишком уж странно выглядело всё происходящее. Забыться в молитвах, как юный священник делал это в Бенифтерре, не получалось. Мысли раз за разом возвращались к реальности, водили сознание на поводу по кругу, пока всё не прекратил скрип двери.

— Пора. Преподобный ждёт.

Федель поднял потерянный взгляд на служку. Тот же самый, что сторожил его? Или кто-то другой? Да какая разница? Ощущение безысходности сделало клирика безразличным.

Поднявшись, Федель пошатываясь пошёл за провожатым, всматриваясь в очертания ночного храма. Луна скрылась за облаками и почти не давала света. В те редкие мгновения, когда она стыдливо поглядывала на мир, витражи в стрельчатых окнах начинали казаться чем-то жутким. Шаги подхватывало эхо и разносило в отдалённые уголки ночного города. Этот звук побуждал оглядываться, всматриваться в темноту в поисках несуществующей опасности. В Мортерре только в городе и можно было забыть о том, что на твоей шее сжимается стальная хватка мертвеца.

Магический огонёк, которым служка разгонял мрак по дороге, тоже не внушал доверия. Он резко очерчивал всё, до чего мог дотянуться, делал ярким и почему-то даже колючим. Феделю казалось, что они разрезают мир как раскалённый нож масло, оставляя позади себя незаживающую рану. Конечно, это всё было лишь игрой воображения, но настолько реалистичной, что Федель невольно отшатывался от деревьев и статуй.

Дверь храма была открыта, и по крыльцу стелился подрагивающий желтоватый свет, словно храм Всеблагой освещали не магией, а факелами.

Подул ветерок, и Федель понял, что не ошибся. Запах костра ударил в нос, но вместо приятных воспоминаний о ночных летних посиделках он вызвал фантомные видения похорон.

Федель зажмурился и помотал головой из стороны в сторону. Да, священники проводят обряды пламенного погребения, но это определённо не то, о чём хочешь думать перед странным ритуалом.

Внутри храма было довольно светло, но не так, как предполагал юный священник. Лавки для молитвы стояли двумя рядами, у алтарной части не горели свечи.

— Нам в подвал, — холодно прокомментировал служка, запирая дверь в храм на массивный навесной замок.

Благовония, пропитавшие собой весь воздух храма, успокаивали. Перестав видеть во всём подвох, Федель спускался вслед за служкой по узкой лестнице в крипту. Его не смущали ни странные руны, светящиеся синим цветом, ни гимн, который пели внизу. Отдалённо знакомый, он искажался, совершенно меняя суть. Но это было не важно.

— А вот и ты, — довольно улыбнувшись, поприветствовал Феделя Кустоде, стоящий у странного алтарного камня, испещрённого крючковатыми рунами. — Ложись. Для ритуала всё готово.

ГЛАВА 5

Ночь была тем временем, когда некромантка чувствовала себя лучше. Сильнее. Свободнее. Мир окрашивался в серые тона. Люди обычно не видели дальше собственного носа, даже в лунном свете они терялись, путались, но Мальдира была далека от них и прекрасно ориентировалась в темноте.

Пробираясь сквозь высокую траву заливных лугов, она твёрдо знала, что достигнет своей цели к утру. Если опираться на карту, ей удалось срезать неплохой кусок пути. Почему-то дорогу никто не прокладывал напрямик, предпочитая старые, но проверенные маршруты. Некромантка нежити не боялась, рискнула и выиграла. Разве что пришлось стукнуть особо ретивого скелета по черепушке посохом. Так разве ж это сложно?

Ухмыльнувшись, Маль приготовилась сделать длинный прыжок через небольшой ручеёк, как тело пронзила острая боль.

Совсем недавно Мальдира думала, что узнала о боли всё. Как же она ошибалась. Хотя, казалось бы, мёртвое тело не должно ничего чувствовать, но… болело что-то другое. Маль лежала на земле, разрывая пальцами дёрн, и выла. Она не могла взять себя в руки, прекратить эти страдания. Весь мир превратился в одно мучение, выворачивавшее саму её сущность наизнанку.

* * *

В темноте ничего не видно, только слышно, как где-то далеко монотонно, словно отсчитывая время, капает вода. Мир вокруг… а существовал ли он? Ответа не было. Только странное ощущение реальной нереальности происходящего. Мальдира не