Замуж за Морозко. Без шапки не выходить - Мира Вишес

всего поражала его… м-м-м… нездешность? Будто он был частью этого замка — холодный, отстраненный, вырезанный из того же материала, что и ледяные стены вокруг. Прекрасный и недосягаемый, как зимний рассвет.

Я сглотнула, чувствуя, как пересохло во рту.

Это несправедливо! Ледяные монстры не должны выглядеть так. Они должны быть страшными. Отталкивающими. А не… вот такими.

— Кхм, — я прочистила горло, — спасибо. За то, что спасли…

— Пожалуйста, — отозвался он, не поднимая глаз от книги. — Хотя предпочел бы не утруждаться. Знаешь, как тяжело тащить замерзающую девицу через весь лес?

Я озадаченно моргнула.

— Что, простите?

— Ты не очень-то легкая, — пояснил «монстр», перелистывая страницу. — Может, и выглядишь худой, но вот этот рюкзак твой весит как мешок камней. Чем ты его набила?

— Там… вещи, — пробормотала я, не зная, обижаться мне или смеяться. — Необходимые вещи.

— Необходимые, чтобы замерзнуть насмерть?

Что-то он перестал мне нравиться. Подумаешь, красавец… Зато характер очень скверный! Знаем мы таких, лучше не связываться.

— Вы кто вообще такой? И где я?

Вообще-то с этого следовало начинать.

— Морозко, — представился он. — А ты в моем ледяном замке.

— Морозко? Это имя? — уточнила я.

— Нет, зовут меня Норд. А Морозко — это скорее профессия, ну или должность. Хранитель зимнего леса. Семейное дело, досталось мне от деда. — Он тяжело вздохнул.

— Соболезную! — поспешила посочувствовать я.

— Чему? — удивился Норд.

— Утрате… Ну ваш дедушка, он же…

— Да ну тебя! Дед на пенсию ушел, как только я закончил учебу и смог приступить к обязанностям.

Понятно…

— Работка не пыльная, если честно. Слежу, чтобы земля была снегом укрыта. Зверушек подкармливаю, чтоб зиму пережили. Лета жду… Очень жду! Летом отпуск! Собственно, уже весной можно в него уходить, как снег сойдет…

— Погодите, — насторожилась я. — Если вы хранитель, а не монстр, тогда почему все говорят, что в зимнем лесу водится ледяное чудовище, которое убивает всех, кто сюда забредает?

— Репутация. Нужна, чтобы всякие любопытные не совались. Лес зимой опасен — заблудиться легко, замерзнуть еще легче. А всех умников спасать… Проще пустить слух про чудовище. Народ боится и близко не подходит. — Он с укором посмотрел на меня. — Как правило. Но иногда вот заходят. Вот приходится искать в справочнике инструкцию, что делать, если девицы пытаются у меня в лесу замерзнуть.

— Я не пыталась замерзнуть! Я за зимнецветом! И нашла бы его обязательно, если бы сводная сестра не украла согревающее зелье… Ну что, есть для такого случая инструкция?

— На каждый случай есть, — заверил Норд. — Дед был педантом. Вот пожалуйста: «Если девица замерзает в твоем лесу, надо спасти, отогреть и велеть три дня присматривать за замком. Уборка и прочие хлопоты»… Тебя, кстати, как зовут?

— Айса… — растерянно проговорила я. — А вам зачем?

— Как зачем, не могу же я незнакомой девице замок доверить! А знакомой наоборот — могу. Итак, на чем мы остановились? «…Уборка и прочие хлопоты. Если справится — дать ей приданое и отпустить. Не справится — тоже отпустить, но без приданого».

— Приданое? — переспросила я недоверчиво. — Какое еще приданое?

— Ну, обычно драгоценности, — он пожал плечами, — меха… Золото еще с серебром. Да хватает тут хлама!

Интересненькое у него представление о хламе. Впрочем, когда ты живешь один в лесу, от золота и серебра, наверное, и правда немного толку.

— А зимнецвет? Его можно… в приданое?

— Ты сначала с заданием справься, а потом уже зимнецветы выпрашивай, — нахмурился Норд. Но потом добавил с улыбкой: — Конечно можно, жалко мне что ли?

Улыбка преобразила его лицо. Холодная красота смягчилась, серые глаза потеплели. На секунду он перестал быть суровым хранителем зимы и стал просто молодым мужчиной с приятной улыбкой. Но эта иллюзия длилась недолго. Он снова нахмурился.

— Замок прибери, да ужин приготовь, а я пошел — дела у меня.

Глава 5

Норд ушел, оставив меня наедине с Искоркой и весьма туманными инструкциями. «Замок прибери, да ужин приготовь!» Да еще и таким тоном сказано! Распоряжается мной, как служанкой… А я ему, между прочим, не служанка, а… Кстати, кто?

Самое время об этом задуматься.

Гостья?

Пленница?

Откровенно говоря, больше похоже на второе. Даже в этой его волшебной книге написано: «Через три дня отпустить». А гостей вообще-то не отпускают, они сами могут уйти, когда им вздумается.

С другой стороны, этот Морозко, или как его — Норд, спас меня от верной смерти. Тут уж сомнений никаких: не подоспел бы он вовремя, лежала бы сейчас моя замороженная тушка под деревом. Так что он, вроде бы, хороший.

И в книге в этой его написано: «Через три дня отпустить с приданым». Зимнецвет вон обещал, говорит, не жалко…

Только кто сказал, что он не обманывает?

И книгу эту я только со стороны видела, внутрь не заглядывала. А там, вполне возможно, написано совсем не то, что он сказал. Например, такое: «Если попадется в лесу девица, забери ее в свой замок, три дня делай с ней что хочешь, а потом обязательно убей».

Тогда, получается, мне еще благодарить судьбу надо, что в это «что хочешь» входит только уборка. Могло быть кое-что похуже.

Бежать отсюда надо, бежать!

Только вот как убежишь, если кругом — студеный лес, и шансов добраться до Академии никаких. Единственный шанс: вдруг он в этом огромной ледяном замке держит огромный гербарий, а в том гербарии — парочка зимнецветов.

Я вздохнула. По всему выходило, хороший этот Морозко или не очень, а единственное, что я могу сейчас сделать, — это заняться уборкой. И внимательно смотреть, не попадется ли в этом хозяйстве зимнецвет.

— Ну что, малыш, — я погладила Искорку на плече, — давай посмотрим, что тут у нас.

Сперва я проверила свой рюкзак в углу. Все вещи были на месте. Мое пальто висело на спинке кресла — сухое, будто его специально высушили. Сапоги стояли рядом. Заботливо… Хотя, скорее всего, Норд просто не хотел лишних хлопот с простуженной гостьей.

В углу обнаружилась кладовочка, из которой я взяла мягкую тряпку, веник с прозрачными прутьями, совок и мешок для мусора. Я обулась и решительно направилась исследовать — то есть, конечно, убирать — ледяной замок.

За дверью зала начинался почти бесконечный коридор. Широкий, со сводчатым потолком, весь покрытый удивительными ледяными узорами. Я шла медленно, не в силах оторвать взгляд от стен. Справа был вырезан целый замерзший сад — розы изо льда, лилии, гроздья винограда, какие-то диковинные цветы с причудливо изогнутыми лепестками. Слева — сцены охоты: олени, волки, медведи, все такие детальные, что казалось, животные вот-вот сорвутся