Дети Зазеркалья - Варвара Кислинская

он странный, сэр. У него платиновая «Виза», а одет он, словно подбирал гардероб в Армии спасения. А еще он все время улыбается. И у него такой голос… — на этих словах на лице портье появилась мечтательная улыбка, окончательно повергшая меня в недоумение.

— В самом деле? — мне стало интересно. Похоже, меня узнал не кто-то из коллег. Пациент? Кто-то из родственников пациента? — А имя у этого молодого человека есть?

— Да, сэр. Его зовут Вел Дебритеанна.

Я пожал плечами, поблагодарил портье и направился к стоянке такси. Имя мне ни о чем не сказало. Довольно странное имя, должен сказать. Если бы улыбчивый, одетый в обноски парень с платиновой картой, был моим пациентом, я бы его помнил. Я постарался выкинуть любопытного соседа по отелю из головы.

Не тут-то было. Почему-то он напрочь задержался где-то на грани сознания и мешал сосредоточиться на общении с коллегами. Это раздражало. Да и не только это. Прежде, чем я успел добраться до индийского врача, тот ушел. Как мне потом объяснили, его самолет вылетал еще до полуночи. У меня тоже был билет на ночной рейс, и я посчитал нерациональным терять оставшееся время на этой бессмысленной тусовке. Но ко мне обращались, мне приходилось отвечать, поэтому быстро уйти не получилось. И все же, направляясь в отель, надеялся успеть повидаться со странным парнем, который весь вечер занимал мои мысли.

Упаковать нехитрый багаж много времени не заняло. У меня еще оставался почти час, и я позвонил на ресепшен и попросил соединить меня с мистером Дебритеанна. На экране монитора появилась девушка. Самая обычная, довольно милая, несколько излишне серьезная для своего возраста.

— Добрый вечер, — она улыбалась дежурной вежливой улыбкой, но увидев меня, вздрогнула. — Ох! Мистер Уитлрок?! Вы ведь Питер Уитлрок, не так ли?

— Да, — я удивился. Девушку видел первый раз в жизни. — Мы знакомы?

— Н-нет… — протянула она, — конечно, нет. Просто Вел… я… видела все фотографии… поэтому узнала…

— Фотографии? — не понял я.

— Не важно, — отмахнулась она. — Вам нужно поговорить с Велом. Или с другими. Не со мной. Я почти ничего не могу сообщить, — я видел ее растерянность и никак не мог понять, в чем причина. Девушка нахмурилась, очевидно, что-то для себя решая.

— Так могу я с ним поговорить? — не выдержал я.

— Да нет его! — воскликнула она в сердцах. — Никого нет. Все помчались ловить Лэндсхилла!

— Ловить? Лэндсхилла? — ее слова звучали не просто странно, а даже немного зловеще. Я не знал, кто такой этот Лэндсхилл, но оказаться на его месте мне не хотелось.

— Он же тоже в Лиме, — ответила она невпопад, но тут же собралась. — Мистер Уитлрок, не могли бы вы перезвонить через час? Вам очень нужно поговорить с Велом. Это важно.

— Боюсь, что нет, юная леди, — я уже жалел, что вообще поддался любопытству, — через час я отправлюсь в аэропорт. У меня рейс в Британию в час сорок пять.

— О, нет! Мистер Уитлрок! Питер! Не улетайте! Задержитесь! Пожалуйста, задержитесь! — в ее глазах отразилась паника.

— Боюсь, это невозможно, — ответил я и собрался попрощаться.

— Это необходимо! — вдруг очень жестко сообщила девушка, которая так и не представилась. — Вел должен поговорить с вами о вашем отце.

Я не вздрогнул. Смысл ее слов просто не сразу до меня дошел. А когда мозг обработал, наконец, только что полученную информацию, меня затрясло от ярости. Я редко злюсь. Вообще редко позволяю себе поддаваться отрицательным эмоциям и уж тем более попадать в ситуации эти эмоции провоцирующие. А сейчас злиться стоило разве что на себя, на свое неуемное любопытство. Я не желал ничего слышать об отце. Кто бы ни были эта девушка, неизвестный мне Вел и таинственные «все», они сами не понимали, насколько запретную тему затронули. И если меня не собираются шантажировать, им лучше оставить меня в покое и забыть о моем существовании.

Понадобилось несколько мгновений, чтобы взять себя в руки. Девушка смотрела на меня с надеждой. По ее мордашке никак нельзя было сказать, что она замышляет что-то недоброе. Напротив, она выглядела так, словно думала, что меня обрадовала.

— Разговор окончен, леди, — вздохнул я. — Я не желаю слышать что-либо об отце. И передайте мистеру Дебритеанна, что впредь ему не стоит искать встреч со мной. Лучше бы ему вообще не приближаться ко мне на расстояние голоса, — девушка почему-то нервно хихикнула, и я покосился на нее с осуждением. — Вы затронули больную тему, леди. У меня слишком плохая память о покойном родителе, чтобы возникло желание говорить о нем с кем-то.

Она вдруг зло прищурилась.

— А если я скажу, что он совсем даже не покойный, мистер Уитлрок? И все это время он мечтал о том, что сможет дать вам лучшую жизнь, но не имел на это возможности?

Адреналин ударил в голову с такой силой, что на мгновение я даже перестал видеть девушку на мониторе. Наверное, не будь наше общение опосредованным, я бы ее ударил. Или сломал что-нибудь. А так мои толстые пальцы просто впились в диванную подушку, не в силах причинить мебели вред.

— Да пусть он подавится своей лучшей жизнью, — прохрипел я и с силой ударил по клавише на панели телефона.

Меня трясло. Жив? Этот ублюдок жив? Сначала бросил нас, потом и вовсе исчез, оставив меня с полупомешанной матерью, а теперь жаждет дать мне лучшую жизнь?!

Я заметался по комнате. Хотелось разнести все тут к чертовой матери и в то же время бежать без оглядки от безымянной девушки и незнакомого улыбчивого Вела. В какой-то момент даже возникла мысль все же остаться и выслушать этих двоих, или сколько их там, увидеться с Марком и придушить его собственными руками. Но я все же не кровожаден. Бежать и никогда больше не думать об этом странном разговоре, было для меня лучшим выходом.

Позвонил на ресепшен и попросил подать такси немедленно. Лучше поброжу по дьюти-фри, куплю сувениры сотрудникам, чем оставаться здесь, в непосредственной близости от искушающей опасности. Увы, именно искушающей. Как бы я ни злился, серьезной подружке Вела удалось меня заинтриговать. Решительно отбросив эту мысль, подхватил чемодан и выскочил из номера.

Я невольно обратил внимание на них. Впрочем, не только я. Все головы повернулись в их сторону. Модели? Актеры? Скорее всего. Четверо запредельно красивых парней и две девушки. Одна тоже красавица-блондинка, а вторая — незаметная, но необыкновенная милая. Кто-то из вспомогательного персонала, наверное. Они спешили. Очень спешили. Они пронеслись через холл, оставив за собой шлейф из осколков разбитых сердец. Перед ними