Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Кривотолков также кивнул Горовому, который неподвижной тенью застыл за спиной Государя.

Император нахмурился. Поднялся из-за стола, заложив руки за спину. Неспешно прошелся по кабинету.

— Что стряслось, спрашиваешь? Будто сам не знаешь! — резко обернувшись, он в упор посмотрел на князя, — Что у вас там с Фомой Лисовским приключилось? Почему он не у Истребителей, а у тебя в подземельях прохлаждается?

Кривотолков на миг опешил. Быстро справился с собой, склонил голову с самым смиренным видом:

— Ваше Величество! Тут вышло недоразумение прискорбное… Этот безумец, Лисовский, напал на меня средь бела дня! Еле отбился, спасая свою жизнь и жизни подданных Ваших! А после — в подвалы упрятал, покуда в себя не придет…

Горовой саркастически приподнял бровь:

— Вот как? Напал, значит? А не ты ли сам его вынудил, а, Дима? Знаю я твои методы — на святого нарвешься, и тот озвереет!

Лицо Дмитрия потемнело. На скулах заиграли желваки. Однако голос остался ровным:

— За кого ты меня принимаешь, генерал? Да я в жизни…

Но Горовой стоял на своем:

— Будет, князь. Фома хоть и пьянь беспробудная, но человек чести. Просто так на князей с кулаками не кидается. Не иначе как ты, Дмитрий, его до ручки довел!

Кривотолков побагровел. В глазах вспыхнул нехороший огонек:

— Вы меня обвиняете, генерал? В присутствии Императора? Сеете рознь в то время, когда нужно быть едиными как никогда?

Горовой поморщился:

— Что-то не припоминаю в списке княжеских обязанностей пункта «похищать бывших Истребителей и укрывать в фамильных застенках». Или я чего-то не знаю?

— Лисовский преступник и враг государства! — не сдавался Кривотолков, повышая голос, — Он сам на меня с кулаками накинулся, едва завидев! Что мне оставалось? Не на растерзание же чокнутому отдаваться! Скрутил его малость, в подвалах упрятал, покуда буйствовать не перестанет.

Император слушал эту пылкую тираду, хмуря брови. Многозначительно постукивал пальцами по столешнице, всем своим видом излучая скепсис. Наконец, произнес веско:

— Положим, ты и впрямь лишь защищался. Отбился от обезумевшего Фомы, скрутил, в темницу упек. Опасного преступника обезвредил, можно сказать. И что теперь? Под замком гноить будешь?

Дмитрий дернулся. Как-то уж очень резво для невинно оскорбленного. Но совладав с собой, склонил голову:

— Никак нет, Ваша Светлость! Не изверг я, чтобы беднягу в кандалах томить! Продержу малость, покуда буйство не поутихнет. А там Истребителям сдам, как и положено… Или в Ваше распоряжение препровожу, ежели соизволите…

Император задумчиво побарабанил пальцами по губам. На лице его отражалась напряженная работа мысли. Похоже, он что-то прикидывал, взвешивал… И никак не мог прийти к определенному выводу.

Наконец, решился. Махнул рукой, будто отметая сомнения:

— И как долго ты собрался его держать? Покуда твои кудесники из него мозги все не извлекут?

Лицо Кривотолкова брезгливо искривилось:

— Помилуйте, Государь! Да на кой ляд мне этот умалишенный сдался? Одни проблемы с ним, прости Господи! Лучше бы вообще не связывался!

— Вот это ты в точку попал! — кивнул Император, — Силы, которыми обладает Фома… Куда опаснее, чем ты можешь подумать. Я скажу больше, князь — все, кого ты оставил Фому охранять — сейчас в смертельной опасности.

Князь вскинул брови. Кажется, он не вполне поверил сказанному. Император помолчал, сверля Кривотолкова тяжелым взглядом. А потом припечатал:

— Поэтому Фома Лисовский отныне переходит под мою личную юрисдикцию. Ты сдашь его моим людям — живого и невредимого. А уж мы разберемся, что с ним делать и как обезвредить.

— Но Ваше Величество! — вскинулся Дмитрий, лицо его побелело от бешенства, — Это возмутительно! Фома первый напал на меня, главу благородного рода! Вы не можете лишить меня права на отмщение! Это… это плевок в лицо всему клану Кривотолковых!!!

Его голос почти сорвался на крик. Кулаки судорожно сжались, на скулах заходили желваки. Кривотолковым словно овладел праведный гнев… либо он очень умело притворялся.

— Да кто нас уважать будет после такого? Любой голодранец сможет пинка отвесить Кривотолковым — и ничего в ответ? Я такого допустить не могу!

Он в ярости ударил кулаком по столу. Звякнули склянки с чернилами, жалобно скрипнуло дерево. Горовой нахмурился.

Глава 6

Нежелательный способ

Император лишь скривился досадливо. Покачал головой:

— Что за детское упрямство, Дима?.. Сам ведь понимаешь — не до гонора сейчас. Зачем тебе этот геморрой с Фомой? Сдай его по-тихому, от греха подальше. Я слово даю — Слово Императора — никто и не пикнет, что не ты сам наказал обидчика. Возмездием займется императорский дом — официально. Все будут знать, Фома получил причитающееся. Не ущерб это твоему авторитету, а здравый смысл и благоразумие.

— Не упрямься, Дима, — сурово произнес Горовой, — Ты и так ходишь по самому краю… Государь сегодня ОЧЕНЬ добр, цени это.

Кривотолков скрипнул зубами. Отвел взгляд, явно борясь с собой. Выражение лица, весь его внешний вид протестовал против такого поворота, гордость княжеская вопила дурниной. Как это так — добычу из рук упускать? Своими руками отдавать⁈

Но и против воли Государя не попрешь. Себе дороже выйдет.

— Воля Ваша, Ваше Величество, — процедил он сквозь зубы, — Передам вам Лисовского. Берите этого психа. Только потом на меня не серчайте, если что не так!

— Вот и славно, — кивнул Император, — А теперь давай-ка, Дима, просвети меня — что там за история вышла-то? С чего это Фома на тебя с кулаками