Крошка Энни на краю света - Надежда Черпинская

Сквозь сладкую дрёму Энни уловила какой-то далёкий шум, он её порядком встревожил, но глаза открывать не хотелось.

Ей было так уютно и тепло. Даже во сне Энни чувствовала, что Джо рядом – нежно обнимает её, прижимает к себе, и оттого ей так спокойно и хорошо.

Казалось, уснули они совсем недавно, утомлённые любовью и счастьем. Да, оказывается, от любви и счастья тоже можно устать. Энни чудилось, что внутри неё всё ещё пульсировала в такт биению сердца огненная смесь из страсти и нежности, и так не хотелось выныривать из этой сладостной неги.

Но неожиданный громкий стук заставил её тревожно подскочить на постели.

– Т-ш-ш-ш, не бойся… – Джо, уже поднявшись с кровати, мягко вернул её на подушку и укрыл плечи. – Спи, моя Крошка! Это наверняка Колум…

Джо вышел из комнаты, а Энни осталась. Ни о каком сне, разумеется, уже не могло идти и речи.

Она бы пошла следом за мужем, но вся её одежда была в соседней комнате. А туда так просто не проскользнуть – от входной двери видно.

Натянув одеяло до подбородка, Энни тревожно вслушивалась в далёкие звуки.

Во дворе гавкал Брат, но лениво, без должной злости. На крыльце кто-то топтался.

Скрипнула щеколда на двери. И Энни наконец с облегчением выдохнула, узнав приглушённое, но всё равно громкое бормотание Колума.

– Ух, прости, что так поздно… Но пока туда, пока сюда, сам понимаешь…

– Ну что там? – также шёпотом откликнулся её муж.

– Хорошие вести у меня, дружище… – торопливо принялся рассказывать Лонер. – Можешь не переживать, больше эта скотина вам докучать не будет. Пока его в лекарню при казармах определили до суда. Солдат из форта приставили эту мразь сторожить, дабы не удрал. Хотя сбежать у Даки сейчас вряд ли выйдет, разве что – уползти. Ногу ты ему удачно прострелил…

Энни не выдержала, опять вскочила, тихонько подползла поближе к двери и замерла, навострив уши.

– Хромать будет всю жизнь. Ну если, конечно, его не казнят в ближайшее время, – продолжал негромко гость. – Судя по всему, пойдёт Эймс на каторгу, но нельзя исключать, что может угодить и на виселицу. Наместник Гарнет велел судье Харрису ещё раз пересмотреть то мутное дело с милли Эймс. В связи со всем, что этот гад устроил, они снова засомневались, что Даки не причастен к смерти своей жены.

– Да уж, опомнились… – Джо невесело хмыкнул. – Но лучше уж поздно. Ясно. А мне что велели передать? Ехать завтра туда с утра?

– Нет, Харрис отправит сюда своих людей. Они хотят тут на месте осмотреть всё. И наведаться на ферму Даки заодно. Так что жди гостей до полудня.

– Ясно, – ещё раз сказал муж. – Благодарю за всё, друг! Если бы не ты…

– Да что я… Ты сам с этим мерзавцем справился, – смутился Колум и тут же заботливо поинтересовался: – Как там милли Энни?

Джо на мгновение замялся, и Крошке показалось, что она через стену ощутила его взгляд.

– Спит… – немногословно откликнулся муж.

– А… ну и славно, – голос Колума стал ещё тише, – славно… Досталось ей сегодня. Ладно, пойду… Ещё до дома ехать. Повозку я у ворот оставил. Давай, брат, доброй ночи!

– Доброй ночи, друг! Ещё раз за всё благодарю…

Энни слышала, как хлопнула дверь, скрипнула вновь щеколда. Но задумавшись обо всём услышанном, она не успела улечься обратно и притвориться спящей.

Джо застал её сидящей на постели нагишом. И хоть в комнате было сумрачно, муж всё равно на миг замер, окинул её долгим нескромным взглядом. В его глазах тут же разгорелся уже знакомый Энни огонёк.

Джонатан ничего не спросил – видно, и так понял, что она всё слышала. Без лишних слов присел рядом на край постели.

И вот сейчас всё это неожиданно смутило Энни – его близость, собственная нагота, его взгляд… Всё, что творилось недавно в этой постели, мигом вспыхнуло в памяти и опалило изнутри огнём.

Энни судорожно вздохнула, не зная, как вести себя теперь. В тот миг, когда она решилась, всё было так легко и ясно, а теперь…

Джонатан протянул руку и, едва касаясь, погладил её по щеке. Она подняла глаза, чувствуя, что сейчас должно случиться что-то ещё, что-то очень важное…

Он смотрел на неё. Даже в слабом лунном свете, что лился в окно, Энни видела, как блестели глаза мужа, как он улыбался.

А потом Джо потянулся к ней и поцеловал. Очень нежно, неторопливо, мягко.

Отстранился чуть-чуть, так что она всё ещё без труда ловила его дыхание, и сказал уверенно и легко:

– Я люблю тебя, Энни Уайз… люблю… Моя Крошка Энни…

– Джо… – на вдохе прошептала она. Голос дрогнул, подвёл, но она всё-таки договорила: – И я… Я тебя люблю! Очень…

***

Глава 43

На следующий день Энни проснулась поздно. Давно уже себе такого не позволяла, а тут вдруг разоспалась, словно ленивая кошка.

Впрочем, тому было объяснение. Слишком много переживаний на неё обрушилось вчера, сперва – пугающих, страшных, а потом – сладостных. Да и сегодня, стоило открыть глаза, как мысли и чувства накинулись, будто рой диких пчел.

Даже собственное тело нынче ощущалось как-то… по-новому – чуть тянуло и пульсировало внизу живота, но это почти не замечалось за той приятной негой, что разливалась внутри неё от макушки до пяточек. Энни чувствовала себя такой счастливой!

Теперь ей смешно было вспоминать свои прежние страхи. Всё то, чем пугали женщины на корабле, оказалось лишь глупыми сплетнями. Может, конечно, у кого-то где-то там близость с мужчиной, и правда, выливалась в сплошные грубости, боль и унижение, а у неё с Джо всё было по-другому. Ещё никогда в жизни ей не было так хорошо.

Так хорошо, что словами не высказать!

А ведь как Энни боялась, когда её только отправили в Аттрику! Да и потом, уже после аукциона, когда познакомилась с мужем, всё равно боялась. Тогда она называла его мастер Уайз, смущалась и дичилась чужого мужчину, такого хмурого, серьёзного, молчаливого. А ей достался самый ласковый и заботливый муж на свете. И совсем не бука… Вон он как светло улыбаться умел, и даже смеяться, а сколько красивых слов наговорил ей ночью.

Энни повела носом. В доме пахло чем-то вкусным и настолько аппетитным, что она тут же почувствовала небывалый