За гранью иллюзии 3 - Лев Жуковский

однобоко. И поверь мне, сделано это осознанно и со знанием дела. А по поводу силы, ты действительно веришь, что может наступить момент, когда ты займёшь должность, позволяющую тебе пройти перерождение в высшего человека официально? Вижу по твоим глазам, что это совсем не так. Так зачем ты пытаешься убедить меня в том, во что и сам абсолютно не веришь? Да и неважно всё это. Я, честно говоря, уже смирился, что старый злобный рыцарь нас не простит, не в его это характере. Ведь он и за малость пальцы ломал, а как рассказывали некоторые ветераны, ещё и отрубал их трусам и глупцам. А такой проступок, который мы совершили, точно не из тех, о чём можно просто забыть. Так что и тебе советую смириться с неизбежностью. Не питай иллюзий, господин Корвин по возвращению обязательно найдёт способ совершить акт воздаяния. И даже если он решит сделать это позже, через месяц или два, тем самым только продлит нашу агонию. Но увернуться от занесённого меча над нашими головами уже никак не удастся.

— Леур, ты совсем умом тронулся, что ли⁈ — почти взбешённо начал кричать Талер Соятов. — Что за чудовище ты мне описываешь? Может, он ещё и полковника Овцева, ко всему прочему, обезглавит мимоходом? Это просто старый дед, поехавший рассудком, и ничего больше.

— Посмотри на него и повтори эти слова! — неожиданно весело, даже для самого себя, сказал я.

Соятов мгновенно стушевался и не смог себя заставить взглянуть на это истинное воплощение ужаса среди людской расы. Да и вообще, поведение молодого мага было чрезвычайно странное и нелогичное. И пары недель не прошло с того момента, когда у самого Талера Соятова рассудок висел буквально на волоске от падения в пропасть безумия. А сейчас его оптимизм снова заставлял сомневаться, что он помнит произошедшие с ним события. Ведь именно он не так давно в мире Ссшорс вёл себя, как типичное умертвие.

— Не можешь? — злорадно произнёс я. — А всё продолжаешь строить долгоиграющие планы. Лучше бы весь свой появившийся энтузиазм направил на исправление неприязни со стороны столь враждебно настроенного к нам младшего офицера. Подумай, что мы можем ему предложить. Что его заинтересует? Потому что у меня дельных мыслей на этот счёт нет абсолютно.

Мы молча погрузились в размышление. На самом деле всё, что у меня было из ценного, я уже отдал в прошлый раз. Оправдываться и выгораживать себя смысла не было никакого. Нападение однозначно было, в таких вопросах шутники долго не живут. И старый рыцарь справился без видимых усилий и каких-либо повреждений своего тела. Предлагать себя в роли информатора тоже не лучший вариант — предателям, а тем более дважды переметнувшимся, доверия у здравомыслящего человека тоже не будет никакого. Единственная надежда на то, что светлая мысль посетит моего молодого коллегу.

— А знаешь, Леур, — после нескольких минут размышлений заговорщицки произнёс Талер, — кое-какая мысль всё же у меня есть.

Глава 20.1. Начало пути. Старый рыцарь Корвин

Честно говоря, столь внезапного предложения от моих магов я точно не ожидал. Да что там говорить, эдакой смелости от двух трусливых чародеев и, главное, спесивых отпрысков аристократов было тяжело представить даже такому старику, как я.

— Господин Корвин, разрешите обратиться! — по-военному официально начал разговор Леур.

— Разрешаю, — продолжая поедать ароматный суп, прошипел я.

— Мы очень виноваты по отношению к вам, — начал бодро Леур, но не смог поднять на меня взгляд и перешел на бормотание, — я и Талер Соятов знали о готовящемся на вас покушении. Даже примерно догадывались, какой именно отряд собирались отправить за вами. Но на самом деле у нас не было по-настоящему важной информации. Как для исполнителей покушения, так и для вас лично. Чем-то, реально способным повлиять на эту ситуацию, мы однозначно не располагали. Скажу честно, не скрываясь за кружевами слов, надеялись и строили дальнейшие планы, после вашего устранения. Но лично, кроме той постыдной попытки отравить вас, мы ничего не предпринимали. По правде говоря, мы несколько приукрасили ваши возможности в разговоре с господином Захарием Соятовым. Но опять же, опирались лишь на собственные домыслы и общеизвестные слухи, гуляющие по городу…

Видя, что энтузиазм Леура полностью угас и он понял, сколь обличительно звучат эти слова, я почувствовал, что страх окончательно сковал его. А вот Талер смог сам набраться храбрости и продолжил разговор вместо старшего мага.

— Думаю, подобных ситуаций за вашу долгую службу случалось не так уж и мало. И как опытный офицер, вы, господин Корвин, понимаете, что лично мы, два молодых волшебника, не можем представлять для вас хоть сколько-нибудь серьёзной угрозы, — сказал он запальчиво, но и его бравый настрой довольно быстро прошёл и превратился в трусливый лепет, — но всё же мы чувствуем за собой вину и очень хотели бы получить возможность исправить нашу ошибку.

— Ближе к сути, — прошипел я, — что ты предлагаешь, как собираешься смягчить мою неприязнь?

На эти побледневшие лица было чудовищно приятно смотреть. Они вмиг осознали, что я слышал весь их разговор, несмотря на разделяющее нас расстояние. И как в это не поверить, если слово «неприязнь» крайне редко сейчас употребляется в нашем обществе? Да и в принципе, я прекрасно понимал, что они в полной мере снабжали информацией отряд, напавший на меня. И вина их действительно заслуживала самого сурового наказания. Впрочем, расправа над этими предателями может и подождать, если они предложат действительно нечто ценное. Опять же, ярость, бурлящая в моей душе после нападения, за прошедшие недели слегка померкла, и разговаривать об этой ситуации я мог вполне спокойно. Да и в целом мне было прекрасно понятно, что они лишь пешки, но от этого, конечно, моё желание устранить их не становилось слабее.

— Однажды Талер прочёл довольно редкую книгу, — первым взял себя в руки Леур, хотя взгляд поднять на меня так и не смог, — так вот, в ней упоминалось, что характеристики всегда находятся в промежуточном состоянии. Им иногда не хватает самой малости для преодоления порога следующего уровня. И применительно к показателю Живучести, это может заключаться в некой хронической болезни или застарелой травме.

— Леур, неужели ты думаешь, что я этого не знаю? — холодно и отрешённо снова прошипел я. — Суть предложения.

— Простите, господин Корвин, — нервно промямлил Леур, — в книге упоминалось, что даже ежедневное применение заклинаний лечения