Ведомости Бульквариуса 4 - Руслан Алексеевич Михайлов

Да... будь это в реальном мире – фиг бы кто зашел кроме любителей рискового адреналина.

Да... я изначально делал расчет больше на игроков, чем на куда более разумных и спокойных «местных». Игроки приходят в Вальдиру ради драйва. Ну... большая часть игроков во всяком случае... я вот что-то избегаю этого всего, но я из тех, кто построение финансового благополучия ставит выше всего остального....

Вчера мы полностью разгребли участок, воздвигли стену, напоминающую вал бурелома, оставив «пролом» для входа внутрь. Стена тянулась углом с двух сторон, отгораживая квадрат от улицы и от соседнего пустыря. Не понимающие моего замысла помощники пытались укладывать мусор аккуратно и даже посмели заикнуться о кирпиче и прочем нормальном строительном материале, но я только посмеялся и прямо швырял в будущую стену то, что находил прямо под ногами. В результате этих усилий из выла высотой в полтора метров торчали панцири, плавники, черепа, гнилые бревна и доски с гвоздями, пара якорей с обрывками цепей, несколько иззубренных клешней и все то прочее, что обычно отправляют на мусорку.

Это по периметру.

Внутри было самую чу-у-уточку лучше – заботясь о целости седалищ будущих возможных клиентов, я просто приобрел прочные, но косоватые столы и лавки в ближайшей мастерской общим количеством в шесть столиков и двенадцать лавок. На каждую лампу встало по две тусклые термитные лампы в чьем свете было бы проблемно даже собственную руку углядеть – зато огоньки прикольно мерцают и стоят очень дешево. Вся внутренняя обстановка обошлась мне в восемь серебряных монет.

Та-да-а-а-ам... вот и готово!

Пока безымянная кофейня почти готова принять первого смельчака клиента – как только прибудет её сердце. Но фургончик Коф-Скваха уже подходит к окраине Приглубья, я дождусь его, мы заведем фургон внутрь, после чего я наконец выпаду в реал. Ну а завтра с рассветом кофейня откроется, и я уж постараюсь чтобы её первым смелым посетителем был я сам...

И вот он я...

Зевающий рассвет, прохладная вода, медленно разгорающееся зарево солнца там над поверхностью океана, тени рыбацких лодок скользят по светлому песку мелководья и по улочкам подводного городка, а я, закинув ноги на бревно, сижу у входа в безымянную кофейню и наслаждаюсь горячим кофе, задумчиво глядя на пока редких спешащих по своим делам прохожих. Рядом со мной в песок нарочито косовато вбита палка с гордым и специально аляповатым объявлением «ТУТ ПРОДАЕТСЯ КОФЕ!», а ниже еще одна строчка: «Вкусный как твоя жизнь!».

Первым рядом со мной остановился игрок пятьдесят четвертого уровня. Поправив очки в золоченой оправе, он внимательно прочел объявление, сурово уставился на меня и очень сердито осведомился:

- Да откуда им знать какова на вкус моя жизнь?!

- И не говори – вздохнул я и с хлюпаньем втянул в себя через трубку еще дозу черной бодрящей жидкости – Ох... хорошо...

- Объявление против всех правил разумного маркетинга!

- Да уж – согласился я.

- Кто владелец?!

- Ну не я же – хмыкнул я и поднялся – Пойду еще кофейку куплю...

- Только после меня! А пока варят сей напиток – я уж донесу до баристы всю ошибочность такой рекламы! Кстати декор – отвратен!

- Да уж...

- А ну постой! Я же сказал – я первый! И мне не одну чашку, а шесть – мы идем убивать донную бешеную акулу и нам понадобится побольше бодрости! Ох уж эти рассветные квесты Вальдиры...

- Да уж...

- А ты парень немногословный я погляжу...

- Да уж – вздохнул я.

- Может кофе не бодрит?

- Ну...

- Да я сейчас сам проверю. Я в кофе знаток!

- Конечно-конечно! – заверил я, шагая так медленно, чтобы ни в коем случае не обогнать первого клиента.

Моя предусмотрительность дала свои плоды почти немедленно – он резко остановился, и я едва не влетел носом в его защищенную кожаным доспехом широкую спину. Повернувшись, он с большим подозрением всмотрелся мне в глаза и, понизив голос до грозного шепота, спросил:

- Надеюсь ты даже и не подумал хвалить баристу? Нет хуже кофе от плавающего на ложе из ложных дифирамбов баристы! Ты ему не дифирамбил?!

- Я? Да что ты! Что ты! – я аж головой замотал от испуга – Я же не дурак какой, чтобы хвалить баристу! Баристу хвалит лишь полоумный! Я молча взял кофе и ушел... а сейчас просто иду за добавкой.

- Не говори ему что было вкусно! Скриви рожу так, будто хлебнул помоев – и вот тогда он постарается как следует прожарить кофейные зерна! Лучший кофе тот, что пахнет знойным полуднем, загорелыми женскими лодыжками и легким страхом баристы... ты согласен со мной?

- Эм-м-м... ну по паре пунктов так точно...

- Ага! Мы на месте! – крутнувшись, он оглядел небогатый интерьер, поморщился и шагнул к фургончику – Уважаемый!

- Слушаю! – и так донельзя напряженный Коф-Сквах вытянулся в дрожащую струнку, поедая клиента преданным взглядом – Чем угостить этим славным утром?

- Я сам решу какое это утро!

- Да, господин!

- И первый глоток сваренного тобой кофе подскажет мне ответ обо всем дне сразу!

- Да, господин!

- Желаю шесть тройных порций эспрессо крепких настолько, чтобы растворить печень кашалота!

- Да, господин!

- И никакого сахара, молока или любых иных богохульных добавок! Кто добавляет в кофе сливки тот никто иной как...

Дальше я уже не стал слушать. А зачем? Коф-Сквах заметался в фургончике, а я потопал обратно на улицу, собираясь создать вторую рекламную табличку и лениво размышляя что же такого на ней написать. Может как раз про то, что мы подаем эспрессо способный растворить даже печень кашалота? А эта кашалотная печень вообще легкорастворимый объект или нет?

Напишу табличку, постараюсь заманить сюда еще пару клиентов, а потом надо торопиться в рыночную таверну, где уже не раз и не два начинался мой долгий день и моя не менее долгая дорога...

**

Я лежал на плотной как хорошо стянутая метелка и мягкой как пуховая перина кроне высокого водорослевого дерева и, закинув руки за голову, смотрел, как надо мной очень неспешно проплывает громада синего кита. И тут не было ни малейшего преувеличения – бювалы Вальдиры покрупнее чем киты реального мира. Там по слухам в прошлом водились синие киты под сорок метров длиной – до тех пор большую их часть не истребили китобои. Этот же красавец идущий над