Башня Богов IV. Эхо Ривеннора - Антон Александрович Карелин

воскликнул я, вдруг сложив воедино происходящее: после её фразы в голове словно раздался щелчок пазла, вставшего на своё место. — Гоблины, когда отсюда смывались, не пытались забрать ни одной монетки. Почему?

— Ну они тут вроде служат стражей, охраняют сокровищницу.

— А почему? С какой стати им жертвовать частью своих бойцов в боях с Восходящими? Небось, несут регулярные потери. Они по своей природе мародёры, и если бы могли забрать драгоценности, давно бы нашли способ продать их и прокормить племя.

— То есть бабло проклятое? — понял воин. — Потому его не берут?

— Да. Это и есть ловушка, испытание этажа. Не бой, который мы на раз-два прошли даже не слишком напрягаясь. Это всё было отвлечение, этаж сделал вид, что мы его прошли. А настоящее испытание — на жадность.

— Блинский творог! — мои мысли Лысому не понравились. — А есть альтернативное мнение, товарищи маги? Устройте консилиум, что ли.

Чир вместо ответа зажмурился и внезапно хлестнул по красивому золотому кувшину хвостом. По нему прошла волна слепящего света, пронзила посудину и просветила насквозь: это была магия ауриса, позволявшая увидеть энергетические потоки.

— О, — сказал котик разочарованно.

— Что ты там увидел?

— Золото не проклятое, но как бы… балласт. Оно резонирует с порталом и нарушает его работу. И чем больше сокровищ с собой возьмёшь, когда ныряешь в портал, тем меньше шанс… выплыть.

— Вот почему на сокровищах защита от инвентаря! — догадалась Щётка. — Чтобы любой вор должен был хватать его в руки и прыгать в портал. И тогда… А чего тогда?

— Ну, наверное, войдёшь в портал и не выйдешь, так и умрёшь с золотом на дне Башни, — предположил Чир. — Как ты и сказала про лабиринт без выхода.

— Или свалишься в Изнанку Изнанки, — покачал я головой. — Прямо в Душеворот.

— А это ещё что такое? — спросила Щётка, и, судя по их взглядам, Лысый тоже не знал. Счастливые люди.

— Одно из самых плохих мест в Башне Богов. Куда все погибшие попадают после смерти.

— Типа ада, что ли?

— Да, только мучения длятся недолго, а после них — небытие.

— Брр.

— Короче, мы можем просто уйти через порталы в Изнанку, — подбила Щётка. — Но каждый может на свой страх и риск взять трофей. Так получается?

— По-моему, да, — кивнул Чир.

Лысый потёр лысину.

— Блин, нет, — сказал он. — Я рисковать не буду.

— Зря, что ли, сражались с этими гадами, — буркнула недовольная магичка.

Настроение у всех упало, ещё бы, столько сокровищ вокруг, вон прямо на меня смотрит какая-то заманчивая техносфера, а взять ничего нельзя. Слишком рискованно.

— Если бы я делал такой этаж, то первая вещь отсюда была бы без проблем. А вот уже вторая с реальным шансом умереть из-за жадности.

— Готов попробовать? — быстро спросил воин. — Нам нужен доброволец.

— А как вы узнаете, что я выжил?

— Тоже верно.

— Знаете, что я подумал? — сказал Чир слегка испуганно, оглядываясь вокруг.

— Ну?

— Что это всё сокровища тех, кто здесь умер… от жадности. Тех, кто нахапал и «утонул», не выплыл из портала. Они отправились прямиком в Душеворот, а их деньги, артефакты, оружие пополнили этот зал.

Всем стало не по себе, ибо помимо типичных ценностей вокруг было много доспехов и оружия. Чьих-то.

— Может, потому и достижение такое странное? — задумчиво сказала Щётка. — «Очищение» в прямом смысле от гоблинской вони, а в переносном смысле от жадности?

— Или это намёк на то, что сокровища можно очистить от резонанса! — воскликнул я. — Вот для чего дали достижение, которое не нужно!

На секунду все замерли, осмысляя.

— Чистота спасёт мир! — фыркнул Чир и применил «Убийцу гоблинов I». Его тут же окатил благоухающий ливень, который за секунды вымыл всё вокруг котика и его самого. Аж пар разошёлся. — Ух ты, какой я ЧИРстый. Мррр.

— Ну, за знакомство, — хмыкнул Лысый и омыл себя вместе с ещё одной частью зала.

Щётка молча сделала то же самое, в итоге я, стоявший между ними, попал сразу под три душа и теперь блестел, как мерседес после автомойки. Пах вроде получше. Пожав плечами, я отошёл в ещё не тронутую часть и там применил достижение, меня окатило такой свежестью, что аж в руках защекотало. В итоге большая часть сокровищницы сияла без единой пылинки.

— Ну, проверяйте! — с нетерпением сказал Лысый, расчёсывая от нетерпения ладонь.

Чир снова ударил хвостом, один раз, другой…

— Резонанс остался, — сказал котик разочарованно. — Он по-прежнему чувствуется в каждой монетке и вещи.

— Стоп, а мы сами? Омыло-то в первую очередь нас, — Щётка плюнула себе на ладонь и зажмурилась, после чего радостно сунула руку Лысому в лицо. — Есть! Теперь у меня в руке такой же резонанс! Дай тебя проверю.

— А можно не слюнявить, а водички капнуть?

— Какие мы разборчивые!

— Короче, теперь наши руки как бы одноразовый ключ, — возбуждённо предположил котик. — Я почти уверен, что если взять одну вещь, то резонанс сработает и арканная вязь самоуничтожится. И в руке, и на вещи, тогда её станет можно забрать в интерфейс.

— Значит, выбирать из всей сокровищницы нужно одну вещь, и с умом, — кивнул я и пошёл к техносфере, которая сразу же мне приглянулась. Как говорится, «она на меня смотрела», в буквальном смысле: тёмная линза вроде и была отключена, но сверлила меня невидящим взглядом.

Все разбрелись по сокровищнице, выбирая себе что-нибудь. Лысый сразу схватил какой-то техногенный то ли бластер, то ли автомат. Щётка колдовала над диадемой из рубленого обсидиана. Котик с интересом осматривал ту самую тяжеленную книгу, которую попытался взять воин.

— Это «Малый Монстрариум», скрижали монстров, — сказал Чир. — Мануал, в котором тысяча двести страниц и описаны силы и слабости девятьсот девяноста девяти созданий… из десятков тысяч, населяющих миры Башни Богов.

— Всё равно ценная, — хмыкнул воин.

— Конечно, столько знаний!

— Я про золотую обложку, забитую драгоценными камнями.

— Знания ценнее. Чирское правило номер семь: инвестируй в знания, они окупаются!

Не касаясь сферы, я осмотрел её, она казалась увесистой. Чистота увидела в глубине два типа магии, и оба в спящем режиме: ментал и воздух.