Минус - Руслан Евгеньевич Смирнов

Грим стоял на белом песке и смотрел на север. Руины, тёмный силуэт среди скал, полузасыпанный, молчаливый, уже не казались опасными. Они были тем, чем были: тестом. Он прошёл. Получил плату. Кто построил их, зачем, для кого оставил ловушки и кристалл: система не отвечала на такие вопросы. Может, некому было отвечать. Может, ответов не существовало.

Тринадцать очков.

Грим зарылся в песок и пополз на юг, к охотничьим угодьям. Невидимый, бесшумный, с новым навыком в арсенале и ожогами в пасти, которые регенерация тянула медленно, неохотно, как нитку из клубка.

Тринадцать очков, и он станет чем-то другим. Чем именно, система не говорила. Но дыра в груди уже тянулась навстречу.

Глава 4. Кровь

Тринадцать очков заняли два дня.

Грим охотился с новым навыком, и навык изменил всё. Нырнуть в песок, проползти под поверхностью, чувствуя вибрации чужих шагов чешуёй, вынырнуть за спиной жертвы. Челюсти смыкались раньше, чем тварь поворачивала голову. Чистые убийства, без затяжных боёв, без ран. Хирургия, а не мясорубка.

Пятьсот из пятисот.

[Порог достигнут][Эволюция ранга: E → D][Процесс необратим][Инициировать? Да / Нет]

«Необратим». Первый раз система предупреждала. До сих пор всё можно было переделать: слоты переставить, навыки поменять. Это нет. Одностороннее.

Да.

Ударило сразу. Не болью, чем-то глубже. Кости двигались под чешуёй, раздвигались, удлинялись. Мокрый скрежет изнутри, будто кто-то разламывал стебли внутри его тела. Мышцы рвались и сращивались заново, быстрее, чем успевала боль. Ощущение не «больно», а «неправильно». Позвоночник удлинялся: он чувствовал каждый новый позвонок, как они нарастают, как между ними появляется ткань, которой секунду назад не существовало. Хвост тяжелел. Лапы разрастались, когти уходили глубже в подушечки. Старая чешуя трескалась, и под ней выступала новая, плотнее, темнее на тон, как вторая кожа под первой.

Три секунды. Может, пять. Может, вечность.

Грим лежал на камне, скрючившись, дыша рвано и мелко, пока лёгкие не нашли новый ритм.

Когда нашли, он был другим. Размер пони, не волка. Голова шире, массивнее. Маска удлинилась, обросла гребнем от лба к затылку, как у игуаны, только острее. Хвост толще в основании, навершие оформилось в булаву с гранями. Лапы мощнее, с широкими подушечками, не проваливающимися в песок. Зубы длиннее, крепче, и между старыми появились новые, заполнившие промежутки. Полная пасть.

[Ранг: D][Сила: 12 | Прочность: 9 | Скорость: 6 | Рейацу: 5 | Инстинкт: 7][Иерро обновлён: Железная Шкура II][Слоты: 3 активных, 3 пассивных][Инстинкт хищника обновлён: ранг II]

Из ниши он вышел другим. Новое тело двигалось иначе: тяжелее, увереннее. Центр тяжести ниже, ближе к земле. Каждый шаг ощущался по-другому: когти вгрызаются в песок, мышцы работают слаженнее, воздух обтекает тело, встречая больше сопротивления.

Кварцевое дерево у входа. То самое, которое он ломал хвостом после первого бонуса к Силе.

Ударил.

Ствол разлетелся. Не сломался: разлетелся. Осколки веером, звон, треск. Удар прошёл сквозь ствол, как сквозь пустоту. На месте дерева пень и россыпь хрусталя.

Заряжен. Пружина, готовая сработать.

На третий день после эволюции мелкие hollow перестали подходить к его территории. Разворачивались за пятьдесят метров и уходили. Рейацу, пять баллов, немного. Но для E-ранга хватало, чтобы инстинкт кричал «не подходи». Хорошо для выживания. Плохо для охоты. Добыча кончилась.

Пришлось расширить территорию на восток, в скалистую зону. Валуны, расщелины, обломки породы, торчащие из песка. Хорошее место для засады. Плохое для бегства.

Инстинкт хищника, теперь второй ранг, чётче, точнее, дёрнулся на исходе первого часа. Не крик. Шёпот: «внимание». Грим замер. Прислушался. Принюхался.

Ничего. Пустыня молчала. Но ощущение не уходило. Тонкое, как зуд под чешуёй. Кто-то смотрел. Кто-то терпеливый и умный.

Нырнул в песок. Темнота, давление. Вибрации: далёкие, мелкие, неважные. И одна другая. Ближе. Тяжелее. Скользящая, ритмичная, без ударов лап о грунт. Безногое. Длинное.

Вынырнул за валуном, в тени, тихо. Увидел.

Змей. Тело втрое длиннее Грима, может, вчетверо. Безногое, гладкое, чешуя цвета мокрого пепла, отливающая в лунном свете. Голова треугольная, плоская. Маска в виде раскрытой пасти: нижняя челюсть свисала до земли, как забрало, верхняя загибалась назад шипами. По бокам головы два клинковидных нароста, плоские, длинные, с режущими кромками. Костяные мечи, вросшие в тело. Покачивались при движении, лениво, как маятники.

Змей полз к месту, где Грим был минуту назад. К следу. К запаху. Не торопился. Выслеживал терпеливо, экономно. Эта тварь жила в пустыне не неделю: месяцы, может, годы. И она охотилась на него.

[Обнаружена угроза: ранг D][Превосходство противника: скорость, дальность атаки, опыт][Ваше превосходство: прочность, масса, ближний бой][Вероятность победы: 41%]

Сорок один. Монетка. Чуть хуже монетки. Можно уйти: нырнуть, уползти, змей не найдёт. Разумный выбор.

Но змей пах густо. Очень густо. Сто ОО. Может, больше. Энергия от него шла волнами, жирная, плотная, как от десятка мелких.

Грим вышел из-за валуна.

Змей атаковал первым. Скорость из другого мира. Одно мгновение: свёрнутое кольцо на песке. Следующее: клинки скрещены перед мордой Грима, рубят сверху вниз. Никакого замаха, никакого предупреждения. Просто не было, и вот.

Грим принял на Иерро. Клинки прошли через чешую, как нож через глину. Два пореза на плечах, глубокие, до мышцы. Кровь потекла сразу, горячая, тёмная.

Быстрый. Вдвое, втрое быстрее. Тело змея работало как хлыст: удар, уход, удар с другой стороны. Клинки свистели. Грим уворачивался, не успевал, принимал на чешую. Иерро держал, но каждый удар оставлял порез. Десять секунд, четыре пореза. Двадцать, восемь. Змей резал его методично, экономно, как повар рыбу.

Серо. Грим раскрыл пасть, начал копить. Секунда. Клинок чиркнул по маске, голова мотнулась, энергия рассеялась в воздух. Бесполезно. Змей бил в морду каждый раз, когда Грим раскрывал пасть. Знал, что это значит. Видел. Понимал.

Другая тактика. Грим бросился вперёд, в клинч, массой. Змей длиннее, но легче. Грим врезался грудью и опрокинул. Клинки полоснули по бокам, неглубоко, по инерции. Навалился, вдавил в песок. Зубы нашли сочленение между чешуёй и подбрюшьем. Прокусил. Рванул. Кусок плоти в пасть. Змей взвизгнул, тонкий режущий звук, и обвил Грима кольцами.

Мышцы змея как стальной трос. Живой, сжимающийся. Кольца стягивались вокруг грудной клетки, сантиметр за сантиметром. Рёбра трещали, дыхание уходило, каждый вдох короче предыдущего. Грим рычал, бил хвостом, навершие глухо стучало по чужой чешуе, но кольца были повсюду, некуда ударить с размаха. Клинки прижаты к его бокам, пилили вслепую, вперёд-назад, как пилы, сдирая чешую полосами. Кровь текла по песку, по хитиновым пластинам, по чужой чешуе.

Ребро треснуло. Одно.