Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

Его задача — дать знать тёмным, что Кострищ отныне неприкосновенен. Дела светлых империй его не интересуют. Ими занимается тот, кто имеет на это право. Поэтому мне приходится игнорировать свои желания и эмоции, дабы выполнить приказ. Я не проявляю агрессию, граф Вяземский. Не устраиваю драк. Я просто стою в стороне и смотрю на представление факиров. У тебя ко мне ещё остались какие-то вопросы?

Держать лицо граф Вяземский умел. Не сказав ни слова, он развернулся и широким шагом отправился восвояси, умудряясь при этом держать рядом с собой сына. Чтобы тот не натворил непоправимых дел. Народ начал шушукаться, круг отчуждения возле меня стал ещё больше, но меня это не заботило. Я повернулся спиной к толпе и жестом пригласил факиров продолжать своё прерванное представление.

— Смотрю, друзей ты заводить умеешь отлично, — в ушах послышался голос Кималя Саренто. Мой ученик стоял рядом и общался со мной через мифриловую броню.

— То есть мне нужно было устроить драку, убить графа Вяземского, попасть в немилость всей империи? — уточнил я. — Кстати, почему он всё ещё жив? Разве вы не собирались уничтожить его на турнире?

— Ты не поверишь, но турнирная сетка ни разу нас не свела вместе. Что граф Вяземский, что граф Шубной — все проиграли графу Кузьминскому. Старик оказался тёмной лошадкой, сумевшей преподнести сюрприз. Мы встретились в финале и мне пришлось основательно постараться, чтобы победить. Защита у искателя оказалась не хуже мифриловой брони. Пройдись по нему «Анализом». Нужно выяснить, откуда в графе Кузьминском такая сила.

— Я его здесь не видел.

— Старика здесь нет. Он не любитель таких мероприятий. Видимо, сидит дома и…

— Эрцгерцог Валевский, уделишь старому знакомому несколько минут? Или меня тоже будешь пугать страшными сказками про Инквизитора?

Обернувшись, я уставился на отца Урга. Верховный епископ оставил свой отряд прикрытия и подошёл к нам, держа, при этом, некоторую дистанцию. Я молча смотрела на мужчину, экстренно соображая, как поступить. С одной стороны — этот человек помог мне стать тем, кем я стал. Это факт бесспорный. Не будь воли верховного епископа — не видать мне обучения со Злым Инженером. С которого, по сути, всё и началось. Но то, кем на самом деле являлся отец Ург, сводило все положительные моменты к нулю. Внешне добродушный старичок являлся одним из опаснейших людей нашей империи, даже не обладая, при этом, личной силой. «Анализ» чётко показывал, что никаких тайных магических камней или их невероятной силы у отца Урга нет. Прислушавшись к собственным ощущениям, я решил всё же не демонстрировать верховному епископу явную агрессию.

— Всегда приятно поговорить с умным и образованным человеком, — я приветственно кивнул и посторонился, приглашая верховного епископа присоединиться ко мне, чтобы наблюдать за огненным представлением. Факиры вновь приступили к поразительному контролю огня, стараясь пуще прежнего. Отец Ург несколько мгновений поколебался, но присоединился и какое-то время мы молча стояли, наблюдая за представлением. При этом зона отчуждения вокруг нас оказалась больше, чем во время перепалки с графом Вяземским.

— Мне хотелось бы поговорить с тобой в более спокойной обстановке, — произнёс, наконец, верховный епископ. — Насколько мне известно, ты собирался сегодня ночью в Крепость. Полагаю, прежде чем воплотить свои планы в жизнь, тебе стоит обсудить их со мной. Уверен, два, как ты сказал, умных и образованных человека всегда смогут найти точки соприкосновения, не уничтожая имущества друг друга.

— Трое, — автоматически поправил я. Голова была занята другими мыслями. Откуда отец Ург узнал, что я собирался навестить сокровищницу? Об этом знал весьма ограниченный круг лиц и практически всем из тех, кто об этом знал, я мог доверить свою жизнь. Откуда утечка?

— Конечно, наставник не может забыть о своём ученике, — верховный епископ повернулся в сторону Кималя Саренто, что предусмотрительно отошёл в сторонку, не мешая нам общаться. То, что весь разговор он слышал отлично, к делу отношения не имело. — Граф Саренто, с удовольствием встречусь и с вами. Предлагаю сделать это через час в моём кабинете. Здесь, как мне кажется, делать больше нечего. Императора сегодня не будет, выступление артистов мы уже видели, а на фуршет, как я понимаю, оставаться вам не интересно. Здесь не будет того великолепного вина, что делается в вашем имении, граф.

— Я птица подневольная, — Кималь Саренто развёл руки в стороны, показывая свою беспомощность. — Куда наставник, туда и мне придётся отправиться. Если он решит, что встреча в Крепости может быть опасна и непредсказуема, так тому и быть. Кто я такой, чтобы обсуждать его решения?

— Опасно? — верховный епископ красноречиво посмотрел на моего ученика. — Граф Саренто не доверяет церкви Света и мне, её лидеру в Заракской империи?

— Боюсь, это моя вина, — я вклинился в разговор. — Неделю назад по приказу Папы мне пришлось основательно прошерстить служителей Света в Цитадели и, как это не прискорбно признавать, среди них оказалось несколько тёмных. Даже среди командоров. Не говоря уже о руководителе службы снабжения. Отсюда недоверие ко всем, верховный епископ. Это не связано с вами. Ведь я вижу, что к Скрону вы не имеете никакого отношения.

Собравшиеся вновь начали шушукаться. Что уже основательно начинало бесить. Вроде высшая аристократия, опора и надежда империи, а ведут себя как базарные бабки, влекомые жаждой поскорее обсудить услышанное.

— Мы принимаем ваше приглашение, верховный епископ. Через час будем в Крепости.

— Эрцгерцог Валевский, вы останетесь здесь! — гвардейцы императора, что наводнили зал, выступили вперёд. Музыка вновь утихла. Артисты, словно сговорились заранее, организованно покинули помещение. Зрители расступились, позволяя одетым в полные стальные доспехи воинам выйти вперёд. Я не дёргался, наслаждаясь зрелищем. Не прошло и минуты, как мы оказались окружены. Хоть оружие пока доставать не стали.

— Как прикажете это понимать, полковник? — верховный епископ мгновенно вычленил среди гвардейцев командира. Тот отмалчиваться не стал:

— Приказ его императорского величества! Эрцгерцог Валевский должен быть арестован и сопровождён в камеру для высокородных заключённых до дальнейших указаний. Верховного епископа Заракской империи данные ограничения не затрагивают.

— Значит, Зурган всё же во дворце? — голос верховного епископа наполнился льдом. — Хорошо. Через час эрцгерцог Валевский и его ученик должны быть в моём кабинете. Такова воля Света. Если их