Малахитовый перстень - Наталья Валериевна Орлова

Димка рассмеялся:

– Нет, ну как же похоже!

– А еще я думаю, что она бы сравнила это место с чем-то удивительным, например, сказала бы: «Это просто сказка! Как будто я попала в другую реальность!» – добавил Сашка.

– А знаешь, – кивнул Димка, – в этом я с ней согласен. Такое не каждый день увидишь.

– Точно! – подтвердил Сашка.

Зимава грустно улыбнулась и посмотрела на князя. Он стоял поодаль, равнодушно взирая на все происходящее.

– Арон, – произнесла Зимава, подойдя ближе, – объясни. Я ничего не понимаю. Почему ты здесь?

– Почему? – усмехнулся Арон, и Зимава заметила странный, пугающий блеск его глаз. – Потому что теперь это мой дом.

– Твой дом? – недоумевала Зимава. – Князь, здоров ли ты? Твой дом не здесь. Твой дом в замке, рядом со мной и нашим сыном, рядом со своим народом, который ты обещал защищать, который верит в тебя и ждет твоего возвращения.

– Замок, народ, – вздохнул князь, – все это кажется мне теперь таким далеким…

– Правда, княже, – вмешался Глад, – уж не знаю, что с тобой тут случилось, но пора возвращаться.

Князь задумчиво посмотрел на Глада:

– Я уже не могу вернуться, друг мой.

Зимава закусила губу:

– О чем ты, княже? Ты нужен своему народу, ты нужен мне.

Арон, положив руки на плечи, заглянул Зимаве в глаза:

– Зимава, я позволил вам прийти сюда только для того, чтобы попрощаться. Ты не представляешь, как тяжело мне это говорить, но вам всем нужно вернуться. С первыми лучами солнца пещера снова закроется, и тогда никому уже не выйти наружу.

Зимава испуганно посмотрела на Арона.

– Князь… – начала Зимава, но тут же запнулась.

Она не могла вымолвить ни слова: «О чем говорит князь? Попрощаться? После того как столько сил было потрачено на то, чтобы его найти?» Княгиня была ошеломлена и запуталась в своих мыслях. Она понимала, что Арон говорил ей что-то важное, что-то, что должно было изменить жизнь их обоих, но она не могла осознать смысл его слов. Взгляд скользил по лицу князя Арона: «Он действительно изменился…»

Зимава чувствовала себя беспомощной. Ее губы задрожали… И вдруг в памяти возник образ Великого Змея: «Плата… плата…»

– Арон, я принесла перстень. – с надеждой произнесла она. – Его нужно отдать змею, и он отпустит тебя, он отпустит Кудеяра.

– Зимава, – злобно произнес князь, – все изменилось. Теперь я… Я и есть Великий Змей, но я не знаю тайну малахитового перстня.

– Не знаешь?

Зимава отшатнулась. Ее разум не мог постичь этой ошеломляющей новости. Арон – князь благородный и храбрый, теперь стал воплощением того самого чудовища, от которого она всеми силами пыталась спасти своего сына. Пораженная словами Арона Зимава покачнулась.

– Князь, зачем ты пугаешь меня? – прошептала она.

– Ты хочешь знать как?

– Да. Я хочу знать правду.

Глава 12

Завеса тайны

Арон решил приоткрыть завесу тайны и рассказать княгине все, что с ним случилось.

– В ту ночь я пошел следом за змеем. Я не отставал от него ни на шаг, боясь потерять из виду и затеряться в подземных лабиринтах. Несколько раз змей останавливался и оглядывался назад. Мне уже казалось, что он вот-вот обнаружит меня, но, к счастью, Ягинда дала мне плащ, который делал меня невидимым. Змей не заметил меня и не догадался, что я проник за ним сюда, в его логово.

Я видел, как он стращал нашего мальчика, как шипел и извивался вокруг него, а потом, разозлившись, вернул его обратно. О, как страдало тогда мое сердце, как жаждало отмщения в тот миг. Боль от бездействия разрывала душу, но я хорошо помнил наказ Ягинды и ждал.– Арон замолчал, словно пытаясь собраться с мыслями. В его глазах промелькнула грусть, которую ему сложно было скрыть.–  Вернув Кудеяра домой, – продолжил князь, – змей уполз, а я, влив сонное зелье в чашу с водой, стал поджидать его возвращения.

Время тянулось медленно. Сквозь щели в горе сюда проникал солнечный свет. Так я узнал, что ночь сменилась утром, а утро – днем. И все это время я был тут один, ходил по этой чудо-пещере, рассматривал каждый закоулок и все пытался понять: зачем ему наш княжич?

Змей вернулся лишь ночью. Вернулся не один, а с нашим Кудеяром. «Спи… Спи… – прошептал он ему. – Теперь это твой дом». Княжич тут же уснул, а змей склонился над чашей с водой и стал жадно пить.

Я не мог больше безучастно наблюдать, как это создание подземного мира измывается над нашим сыном, и, сняв плащ, обнажил свой меч. «Оставь его в покое, мерзкое создание!» – крикнул я, шагнув ему навстречу.

Отблеск стали отразился в глазах изумленного змея.

«Как ты осмелился появиться здесь?» – прошипел он. «Я пришел за своим мальчиком», – отвечал я.

Змей усмехнулся: «Думаешь, подземный мир позволит тебе забрать его? Кудеяр больше не принадлежит миру людей, князь. Лучше уходи отсюда, пока цел».

И тогда в моем сердце вскипел гнев. Я кинулся на змея и попытался его ударить, но он, вильнув хвостом, увернулся: «Уходи…»

«Нет!» – взревел я.

Я снова бросился на него, и между нами завязался бой. Сила змея была поразительна. Он был ловким и быстрым, его тело извивалось и ускользало от моих ударов, но я был полон решимости освободить княжича из-под его власти. Вскоре мне пришлось отступить. Змей прижал меня к стене и, приближаясь, шипел: «Уходи, уходи, князь…»

«Нет!» – выкрикнул я.

Он был так близко, что я ощущал его дыхание на своем лице. «Вот и пришел мой час», – решил я тогда. Я судорожно сжал кулаки и приготовился достойно встретить свою участь. Так, как и полагается потомку древнего рода князей Альмагиров. Смерть не страшила меня. Меня тревожило то, что я не мог помочь своему сыну.

При упоминании о Кудеяре Зимава невольно поджала губу.

– Бедный мой мальчик, – всхлипнула она. – Судьба так несправедлива к нему.

– К тому времени, – продолжал Арон, – начало свое действие зелье. Глаза змея затуманились, тело его стало тяжелым, и он рухнул на пол. Я приблизился к своему поверженному врагу. «Ты не понимаешь», – прошипел он.

Я действительно не понимал и не хотел понимать того, что змей пытался мне сказать. Я вспомнил все страдания, которые он причинил нашему мальчику и нам с тобой, княгиня.

Месть, которую я испытывал, была сильнее любого чувства сожаления. И моя рука не дрогнула, когда я пронзил его сердце. Кровь хлынула из раны, обрызгав и меня. Змей издал пронзительный вопль и тут же обернулся дряхлым стариком. «Арон,